Планета Каркоса не заботится о приказах корпораций. Она пожирает рассудок, переписывает реальность и превращает даже самых преданных солдат в нечто иное. Вот история с точки зрения того, кто должен был
Пролог: Две тени В моей жизни было две женщины, которые изменили всё. Две абсолютно разные, как огонь и вода, как пустошь и город, как ветер в лицо и тишина под водой.
Пролог: Звонок в ночи В Найт-Сити не бывает тихих ночей. Даже в три часа, когда, казалось бы, весь мир должен спать, город гудит, как улей: сирены где-то вдалеке, гул аэрокаров над крышей, соседский телевизор
Пролог: Возвращение Драко Малфой стоял на платформе девять и три четверти и смотрел на Хогвартс-экспресс. Алый паровоз выпускал клубы пара, которые смешивались с сентябрьским туманом, и всё это — платформа
Пролог: Распределение Гермиона Грейнджер стояла в очереди первокурсников, и её сердце колотилось где-то в горле. Она знала всё о Хогвартсе — во всяком случае, всё, что можно было вычитать в книгах.
Пролог: Пепел и тишина Найт-Сити после дождя пах бензином, мокрым асфальтом и чем-то сладковатым — может, разлитой синт-колой, а может, чьими-то разбитыми надеждами.
Пролог: Семь Поттеров В доме номер четыре по Тисовой улице было тихо. Так тихо, что Гарри слышал, как на кухне капает кран — размеренно, через равные промежутки, словно отсчитывая последние минуты.
Пролог: Письма, которые не доходят Гарри сидел на подоконнике в своей комнате на Тисовой улице и смотрел, как за окном умирает лето. Август в Литтл-Уингинге всегда был временем, когда всё замирало: газонокосилки
Пролог: Тьма в летней ночи Лето в Литтл-Уингинге всегда пахло свежескошенной травой, бензином от газонокосилок и отчаянием. Гарри лежал в своей комнате, уставившись в потолок, на котором от вечернего солнца дрожали золотистые пятна.
Пролог: Тени на горизонте Лето перед четвёртым курсом выдалось душным и странным. Гарри лежал в своей комнате — уже не в чулане, а в нормальной спальне, которую Дурсли уступили ему скорее из страха, чем из любви, — и смотрел в потолок.