Криминал

Осень 1987 года. Украинское село, затерянное среди полей и лесов. Семья ветерана войны Андрея Гаврилюка считалась образцовой: он, его молодая жена Оксана и пятнадцатилетний пасынок Иван.

Кубань, 1982 год. В станице Варениковской, где каждый второй друг другу сват или кум, случилось то, о чём шептались за заборами, но боялись говорить вслух: в собственном доме зарезали Евдокию Петровну

Ленинград, весна 1978 года. Мастерская на Васильевском острове пахнет маслом, скипидаром и чем-то ещё — сладковатым, тревожным. Александр Ковалёв лежит на полу, лицом вниз.

Она лежала в ванной, накрытая простынёй, и казалась спящей. Муж сидел на кухне, пил чай и ждал милицию. Когда оперативники вошли, он уже всё придумал: депрессия, усталость, бессонница.

Двое в масках врываются в дом, избивают женщину и её невестку, убивают сына. В той же ночи — второе нападение, но там жертвы выживают. Следователи понимают: преступления связаны.

Ольга Стрельченко шла по вечерней улице и не знала, что это её последний путь. Двое парней настигли её у пустыря, забили до полусмерти, задушили и сожгли. А через несколько дней в соседнем районе двое

Она была главой семьи — властная, жесткая, копившая золото для детей. Её боялись даже мужчины. А когда она исчезла, вместе с ней пропали и её взрослые дети — двадцать два года и восемнадцать лет.

Семья Богачёвых в подмосковном посёлке казалась образцом советского благополучия: отец-инженер, мать-учительница, двое детей. Старший сын Сергей — гордость родителей, отличник, спортсмен.

Карельский перешеек, 1973-й. Отставной моряк Янис Сиетниекс в одиночку уничтожил собственную семью, но мотив оставался загадкой. Следствие наткнулось на дневник убитой жены — исповедь женщины, которая

Ленинград, середина восьмидесятых. Город на Неве, ещё не успевший стать Петербургом, живёт своей жизнью: коммуналки, очереди, дефицит, вечная борьба за квадратные метры.