Вечером шестнадцатого декабря тысяча девятьсот восемьдесят пятого года на Сорок шестой улице в самом сердце Манхэттена, прямо перед празднично украшенным фасадом знаменитого стейк-хауса Sparks, остановился черный Lincoln Town Car.
В 3:50 утра 2 января 1972 года к парадному входу роскошного отеля «Пьер» на пересечении Пятой авеню и 61-й улицы в Нью-Йорке плавно подъехал черный арендованный лимузин.
В три часа двенадцать минут ночи одиннадцатого декабря 1978 года черный фургон Ford Econoline плавно въехал на территорию грузового терминала 261 международного аэропорта имени Джона Кеннеди в Нью-Йорке.
Патрульный Маркус Вэнс ненавидел этот участок пустыни Мохаве. Старая трасса 66, отрезанная от современных скоростных магистралей, петляла здесь среди раскаленных песков, мертвых городов-призраков и выбеленных солнцем скелетов брошенных заправок.
Пыль в кабинете шерифа округа Фэйр-Крик всегда ложилась густым, рыжим слоем — это была въедливая пыль старых кукурузных полей Огайо, которую не брал ни один кондиционер, сколько бы ни бились над ним техники.
Ноябрь в Новой Англии не знает пощады. Он приходит со стороны ледяной Атлантики, неся с собой промозглый ветер, запах гниющих водорослей и тяжелые, свинцовые тучи, которые ложатся прямо на острые крыши старых особняков.
Диспетчерская служба 911 — это невидимая линия фронта. У людей, работающих там, нет ни полицейских мигалок, ни пожарных рукавов, ни дефибрилляторов. Их единственное оружие — гарнитура, экран монитора и собственный голос.
Чикаго тысяча восемьсот девяносто третьего года пах свежеструганным деревом, озоном от первых электрических дуговых ламп, угольным дымом и неистовыми амбициями. На берегу озера Мичиган вырос фантастический мираж — Всемирная Колумбова выставка.
Тихий Шепот (Quiet Whisper) — так назывался коттеджный поселок на окраине Эймса, штат Айова. Это было место, где газоны стригли по субботам с маниакальной точностью, дети спокойно оставляли велосипеды
В баре фешенебельного нью-йоркского отеля 11 Howard на Сохо шампанское Dom Pérignon лилось рекой, а стодолларовые купюры переходили из рук в руки с такой небрежной легкостью, словно это были бумажные салфетки.
