Пацаны (The Boys)

Влажный, липкий от ноябрьской измороси ветер гнал по асфальту пустые пакеты и обрывки газет. Здание бывшего мясокомбината на окраине Балтимора встретило их запахом застарелой крови и ржавчины.

Зажигалка и молоко Она проснулась от того, что кто-то сжигал её любимую футболку. Ну, технически, она сама её сжигала. Опять. Сквозь сон, не успев поймать предательскую искру, что родилась где-то в районе

В тот день Хьюи Кэмпбелл потерял не только Робин. Он потерял свою веру в людей, потерял способность спокойно переходить через дорогу, потерял ту наивную улыбку, с которой раньше встречал каждое утро.

Всё началось с обычного вторника. Я сидел на работе, пялился в монитор и думал о том, что моя жизнь превратилась в бесконечный цикл «дом-работа-дом», когда вдруг экран замигал, пошёл рябью, и из динамиков

В убежище под прачечной пахло сыростью, старым порохом и чем-то сладковатым — кажется, так пахли дешёвые пончики, которые Малышка Марвин притащил утром из забегаловки через дорогу.

Он прилетел к ней в офис на рассвете, когда небо над Манхэттеном только начинало светлеть, а уборщики ещё не закончили смену. Хоумлендер не спал вторые сутки — такое случалось всё чаще, хотя он никому не признавался.

Я никогда не хотел быть чудовищем. Это звучит как оправдание, но это не оно — просто факт, такой же, как то, что небо над Нью-Йорком серое, а Мясник носит плащи с карманами для взрывчатки.

В камере было холодно, но Бен этого почти не замечал. Он сидел на стальной койке, привинченной к полу, и разглядывал свои руки — те самые руки, которые когда-то крушили танки, ломали кости супергероям

Бен проснулся в мотеле на окраине Канзас-Сити и долго лежал, глядя в потолок, по которому пробегали тени от фар проезжавших мимо грузовиков. Он не спал уже третью ночь — с тех пор, как вернулся в Штаты.

Чёрный Нуар стоял на краю небоскреба «Vought Tower» и смотрел на город, раскинувшийся внизу огненной паутиной. Он любил это время — час перед рассветом, когда небо ещё темно, но на востоке уже брезжит серая полоса.