Чикаго тысяча восемьсот девяносто третьего года пах свежеструганным деревом, озоном от первых электрических дуговых ламп, угольным дымом и неистовыми амбициями. На берегу озера Мичиган вырос фантастический мираж — Всемирная Колумбова выставка.
Тихий Шепот (Quiet Whisper) — так назывался коттеджный поселок на окраине Эймса, штат Айова. Это было место, где газоны стригли по субботам с маниакальной точностью, дети спокойно оставляли велосипеды
В баре фешенебельного нью-йоркского отеля 11 Howard на Сохо шампанское Dom Pérignon лилось рекой, а стодолларовые купюры переходили из рук в руки с такой небрежной легкостью, словно это были бумажные салфетки.
В середине тысяча девятьсот шестидесятых годов, когда компьютерные сети еще существовали лишь в закрытых лабораториях Пентагона, а вся мировая банковская система держалась на бумажных чеках, телефонном
В истории криминалистики Лос-Анджелеса — города, который сам себя называет «мировой столицей банковских ограблений», — есть преступления, похожие на уличную драку: визг тормозов, маски на лицах, крики
В ночь с семнадцатого на восемнадцатое марта тысяча девятьсот девяностого года Бостон не спал. Город, в жилах которого течет больше ирландской крови, чем в самом Дублине, шумно, хмельно и размашисто догуливал День святого Патрика.
В криминалистической хронике Соединенных Штатов есть одно дело, которое ветераны калифорнийской полиции и спасатели горно-лесной службы до сих пор называют «американским перевалом Дятлова».
В Южной Калифорнии, где солнце выбеливает вывески придорожных мотелей до цвета старой кости, а вдоль хайвеев тянутся бесконечные ряды бетонных складов самообслуживания, существует особый род азартных игр.
Утро двенадцатого июня тысяча девятьсот шестьдесят второго года на федеральном острове-тюрьме Алькатрас началось ровно в семь часов пятнадцать минут — с оглушительного, продирающего до костей звона электрического
В истории мировой криминалистики двадцатого века нет другого преступления, которое обладало бы столь совершенной кинематографической эстетикой и одновременно сводило бы с ума сотни лучших федеральных агентов на протяжении полувека.