В Архангельском соборе, среди золотых гробниц грозных предков, стоит на коленях человек, которого никто не боится. На его лице — блаженная полуулыбка, в руках — чётки, за спиной — тени отца-тирана и брата-мученика.
В Успенском соборе, где пахнет ладаном и древней пылью, шестнадцатилетний мальчик принимает венец, который никто не носил до него. Он — первый царь всея Руси. Сирота, который видел, как бояре рвут его
Представьте, что обычная деревянная скамейка может рассказать больше романтических историй, чем многотомный любовный роман — ведь каждое вырезанное на ней сердечко было чьей-то маленькой вселенной.
Трон пуст, и над колыбелью младенца-князя уже смыкаются тени боярских интриг. Елена, вдова Василия III, знает: пока её сын Иван мал, Москва может захлебнуться в крови.
В Успенском соборе, где пахнет ладаном и вековой пылью, стоит человек, который не привык кланяться. Василий, сын Ивана Великого и византийской царевны Софьи Палеолог, смотрит на мир с высоты своего роста и своего происхождения.
Осенний ветер кружил листья вдоль набережной большого города. Алина плотнее закуталась в шарф и ускорила шаг. День выдался тяжелым: бесконечные отчеты, звонки, срочные задачи и начальник, который, казалось
В старом Кремле, где стены ещё помнят ослеплённого князя и молитвы его матери, на престол вступает двадцатидвухлетний Иван, сын Василия Тёмного. Он не хочет быть ни героем, ни мучеником.
Ваша извращенная версия современной романтики — жить вместе, но встречаться только по ночам, или ваш сосед по комнате на самом деле вампир, который боится дневного света как огня?
Задумывались ли вы когда-нибудь, что настоящая любовь способна зародиться не в романтичном кафе, а в мерном стуке колес утренней электрички, где один случайный, глубокий взгляд может изменить всё?
Вы когда-нибудь заставали своего бывшего за приготовлением ужина в вашей квартире и ломали голову, что делать: вызвать психотерапевта, полицию или просто взять тарелку?
