В Кремле, среди золочёных икон и тяжёлых парчовых занавесей, растёт мальчик, которому суждено стать самым противоречивым царём XVII века. Алексей Михайлович — сын первого Романова — вступает на престол в шестнадцать лет.
В Ипатьевском монастыре, где пахнет ладаном и старой древесиной, под иконой, освещённой трепетным светом лампады, стоит шестнадцатилетний мальчик. Он сжимает в руках крест, подаренный матерью, и смотрит
Москва, 1610 год. Без царя, без патриарха, без надежды. Семибоярщина — правительство из семи бояр — берёт власть в свои руки. Они умны, осторожны, но страшно напуганы.
Шёл 1610 год, когда Москва, потерявшая и царя, и надежду, решилась на шаг, от которого у славянских летописцев похолодели руки. Королевич Владислав, сын польского короля Сигизмунда III, становится избранным
В Кремле ещё дымится кровь убитого самозванца, а бояре уже делят власть. Василий Шуйский — старый, хитрый, осторожный — становится царём не по праву, а по заговору.
Круиз начался так, будто это было заранее написанное решение — без права отмены, без возможности вернуться назад.
В дымных харчевнях Речи Посполитой, среди беглых холопов и обедневшей шляхты, рождается самая дерзкая авантюра столетия. Монах Григорий Отрепьев, бежавший из России, объявляет себя чудом спасшимся царевичем Дмитрием.
Кремль, апрель 1605 года. В Золотой палате, где ещё не высохла кровь его отца, на трон садится мальчик. Фёдор Годунов — сын царя Бориса, шестнадцатилетний юноша с книгой в руках и страхом в глазах.
В Новодевичьем монастыре, за дубовыми воротами, стоит человек, от которого зависит судьба России. Борис Годунов — шурин покойного царя, фактический правитель страны уже десять лет.
Москва, январь 1598 года. В Архангельском соборе гаснут свечи. Умер последний Рюрикович — тихий, блаженный царь Фёдор. Вся Россия замирает, глядя на его вдову. Ирина Годунова — сестра Бориса, женщина с железной волей и тихой улыбкой.
