Часть первая. Приглашение Андрей Волков никогда не верил в проклятия. Даже когда в студенчестве на практике в Крыму вскрыл древний амфорный склад и после этого у него трижды ломался автомобиль, а кошелёк
Часть первая. Арктическая станция «Барроу» Восемьдесят километров до ближайшего человеческого жилья. Триста двадцать — до города, где есть взлётная полоса, способная принять самолёт.
Домовенок Кузя и Великое Переселение: Тепло для Ламповой страны Сказка про то, как гаснут лампочки, а живой свет живёт в памяти Часть первая, где гаснет свет и наступает тишина В Наташином доме вечера всегда были тёплыми.
Сказка про то, как вода стала другом, а страх превратился в смех Часть первая, где Кузя боится мыться и прячется под ванной В Наташиной квартире была ванная комната.
Домовенок Кузя и Чунявка: Сладкая каша из хрустальной кастрюльки Сказка про то, как желания становятся липкими, а настоящая магия живёт в беспорядке Часть первая, где в доме пахнет не пылью, а ванилью
Домовенок Кузя и Нафаня с Переплуткой: Узелок на память Сказка про забытые слова, старый сундук и самую одинокую кикимору Часть первая, где Нафаня теряет то, чего не вернуть Утро выдалось туманным.
Письмо пришло ночью, не умещаясь в экран телефона, как будто кто-то впихнул в один абзац слишком много воздуха и тишины. Вверху — неприметный логотип, безликие буквы, больше всего похожие на швы на куртке.
Сказка про то, как пропадали вещи, а нашёлся самый тихий друг Часть первая, в которой Кузя не виноват, а все думают на него За московской кольцевой дорогой, за старыми трамвайными путями, в одном обыкновенном
Глава первая, в которой гриб появляется на пороге Борис Иванович никогда не думал, что его жизнь может перемениться из-за гриба. Он вообще не думал, что жизнь может перемениться.
Глава первая, в которой предмет обретает имя Посёлок Тихореченск спал на берегу одноимённой реки, как старая собака сворачивается у печки — неудобно, но привычно.