Великолепный век Серия 60. Дорога к свету «Дорога к свету всегда проходит через тьму. И тот, кто идёт по ней, должен быть готов к тому, что тень может оказаться длиннее, чем он думает. Но если ты идёшь с теми, кто любит тебя, ты обязательно дойдёшь».
Глава 1. Вести с дороги
Утро в Топкапы было серым и холодным. Дождь моросил с самого рассвета, застилая окна водяной пеленой, и в комнате было сыро и неуютно. Хюррем сидела у камина, где потрескивали дрова, отбрасывая на стены дрожащие тени. Она была одета в простое шерстяное платье тёмно-синего цвета, без украшений, но в каждой складке её одежды чувствовалась та внутренняя сила, которая помогала ей выживать в самые трудные времена. На столе перед ней лежало письмо, которое она перечитывала уже в пятый раз за последние полчаса. Оно было от Сулеймана, но не его рукой — его писал один из лекарей, потому что сам султан был слишком слаб, чтобы держать перо.
В письме говорилось, что Сулейман ранен в плечо, и хотя жизнь его вне опасности, он не может двигаться быстро. Он возвращается в Стамбул, но путь будет долгим, и ему нужна будет защита. Хюррем сжимала письмо в руке, чувствуя, как внутри неё разливается холодная тревога. Она знала, что враги не упустят возможности нанести удар, когда султан будет уязвим. Она должна была защитить его, даже если для этого ей придётся рискнуть всем.
— Госпожа, — раздался голос Нигяр за её спиной. — Гонец прискакал с дороги. Он сказал, что караван султана остановился в крепости Ускюдар, но их окружили разбойники, и они не могут двинуться дальше.
Хюррем поднялась с кресла, и её лицо побелело. Она почувствовала, как её сердце сжалось от страха за мужа, но она взяла себя в руки. Она не могла позволить себе слабость, когда жизнь Сулеймана была в опасности.
— Приготовьте отряд, — сказала она, и её голос был твёрдым. — Мы выступим через час.
Но День-Ага, который стоял у дверей, покачал головой.
— Госпожа, вы не можете ехать сами. Если вы покинете Стамбул, враги могут использовать это для переворота. Мы должны отправить кого-то другого.
Хюррем задумалась. Она знала, что он прав. Но она также знала, что не может доверить жизнь Сулеймана никому, кроме как тем, кто был ей предан до конца. Она посмотрела на Мустафу, который стоял рядом, и его лицо было напряжённым.
— Я поеду, мать, — сказал он. — Я привезу отца живым.
Хюррем подошла к нему и положила руку на его плечо, чувствуя, как он вздрагивает под её прикосновением. Она видела в нём ту же решимость, которую видела в себе, и это давало ей силу.
— Ты должен быть осторожен, — сказала она. — Я не хочу потерять и тебя.
— Я вернусь, — ответил он. — Мы вернёмся вместе.
Она обняла его, и в этом объятии было столько тепла и надежды, сколько она могла дать. Когда он вышел, она осталась одна, глядя на огонь в камине и думая о том, что ждёт её впереди.
Глава 2. Тени в стенах
Час спустя Мустафа уже собирал отряд во внутреннем дворе Топкапы. Дождь всё ещё моросил, и всадники стояли с опущенными головами, ожидая приказов. Хюррем стояла у ворот, и её взгляд был устремлён на восток, где за горизонтом скрывался Ускюдар. Она чувствовала, как её сердце бьётся в унисон с лошадиными копытами, которые уже готовились к бегу.
— Я привезу его, — сказал Мустафа, садясь на коня. — Клянусь тебе, мать.
— Я знаю, — ответила она. — Береги себя.
Он кивнул и дал сигнал к выступлению. Отряд выехал из ворот, и Хюррем смотрела им вслед, пока они не скрылись за стенами города. Она чувствовала, как в её душе нарастает волна тревоги, но она подавила её. Она должна была оставаться сильной ради тех, кто остался здесь.
Она вернулась в свои покои, где её уже ждали День-Ага и Фирузе. День-Ага держал в руках список всех визирей, которые остались в Стамбуле, и Хюррем знала, что среди них могут быть те, кто ждёт её падения.
— Я хочу, чтобы вы проследили за каждым из них, — сказала она, обращаясь к День-Аге. — Особенно за теми, кто был близок к Ибрагим-паше. Они могут попытаться воспользоваться моментом.
День-Ага поклонился и вышел, а Хюррем повернулась к Фирузе, которая стояла у окна и смотрела на дождь.
— Ты знаешь, что я не доверяю тебе до конца, — сказала Хюррем. — Но я даю тебе шанс доказать свою преданность. Скажи мне, знаешь ли ты о ком-то, кто может быть связан с последним заговором?
Фирузе повернулась к ней, и в её глазах блеснула искра, которую Хюррем не могла распознать.
— Я знаю, кто это, — сказала она. — Его зовут Ахмет-ага. Он был помощником Ибрагима-паши и теперь остался в тени, потому что никто не знает о его связи с венецианцами.
Хюррем нахмурилась. Она не слышала об этом человеке, но она знала, что не должна игнорировать подсказки.
— Где я могу найти его? — спросила она.
— В старой крепости на окраине города. Он прячется там, пока готовит новый заговор.
Хюррем задумалась, и в её голове уже созревал план.
— Мы должны поймать его, — сказала она. — И мы сделаем это сегодня же.
Глава 3. Ловушка в крепости
Ночь опустилась на Стамбул, когда Хюррем и её верные янычары подошли к старой крепости, стоявшей на холме за городскими стенами. Сырой ветер доносил запах гниющих листьев и сырой земли. Хюррем была в чёрном плаще и с кинжалом на поясе, и её сердце билось в такт с ветром. Она знала, что это может быть ловушкой, но она должна была рискнуть.
Крепость казалась пустой, но Хюррем слышала голоса внутри. Она дала знак янычарам окружить здание, а сама с Фирузе вошла через главные ворота. Внутри было темно, но в глубине коридора горел одинокий факел. Они пошли на свет и вошли в комнату, где сидел Ахмет-ага. Он был старым человеком с седой бородой и тёмными глазами, которые горели при виде Хюррем.
— Я знал, что вы придёте, — сказал он, и в его голосе слышалась насмешка. — Вы всегда приходите, когда кто-то угрожает вашей власти.
— Я пришла, чтобы остановить тебя, — сказала Хюррем. — Твой план провалился. Твои союзники мертвы, и ты остался один.
Ахмет-ага усмехнулся, но в его глазах не было страха.
— Вы думаете, что победили, но вы ошибаетесь. Венеция никогда не сдастся. Они пришлют новых людей. Они будут продолжать бороться.
— Неважно, что они сделают, — сказала Хюррем. — Ты больше не сможешь вредить нам.
Она махнула рукой, и янычары схватили его. Когда его уводили, Хюррем осталась в комнате одна, глядя на угасающий факел. Она чувствовала усталость, но и облегчение.
Глава 4. Возвращение домой
На рассвете следующего дня в Топкапы прискакал гонец с вестью о том, что Мустафа успешно добрался до Ускюдара и что караван султана уже движется к Стамбулу. Хюррем стояла у ворот, и её сердце билось быстрее, когда она увидела вдали облако пыли.
Вскоре показался отряд, и в его центре ехал Сулейман. Он был бледен, его плечо было перевязано, но он улыбался, когда увидел Хюррем. Она подбежала к нему и обняла его, чувствуя тепло его тела.
— Ты жив, — сказала она, и её голос дрожал от слёз.
— Я обещал тебе, что вернусь, — ответил он.
Она помогла ему спешиться, и они пошли в Топкапы. Когда они вошли в зал, Мустафа подошёл к Хюррем и прошептал:
— Мать, я должен сказать тебе кое-что. В лагере отца я узнал, что кто-то из его охраны был подкуплен венецианцами. Этот человек уже в Стамбуле. Мы должны найти его, прежде чем он попытается нанести новый удар.
Хюррем замерла. Она знала, что враг не сдастся, и что они всегда должны быть настороже.
— Мы найдём его, — сказала она. — Мы защитим нашу семью.
Глава 5. Новая угроза
Хюррем сидела в своих покоях, перебирая бумаги и пытаясь понять, кто из охраны мог быть подкуплен. Сулейман лежал на кровати, и его дыхание было ровным. Она смотрела на него и чувствовала, как её сердце наполняется любовью и страхом. Она знала, что должна защитить его, и она сделает всё для этого.
Фирузе вошла в комнату и протянула ей письмо, которое было перехвачено только что.
— Это от одного из шпионов Венеции, — сказала она. — В нём говорится, что агент уже в Стамбуле и планирует новое покушение на султана.
Хюррем взяла письмо и прочитала его. Затем она сжала его в руке и посмотрела на Фирузе.
— Мы должны найти его, — сказала она. — И мы должны сделать это как можно скорее.
Она подошла к окну и посмотрела на ночной город, где тени скрывали врагов и союзников. Она знала, что эта война не закончится, пока она не остановит их всех.
Продолжение следует…
