Великолепный век Серия 59. Пока ты спишь «Когда враг приходит извне, ты видишь его и готовишься к битве. Но когда он прорастает внутри, ты рискуешь потерять всё, даже не заметив начала атаки».
Глава 1. Утро после бури
Тишина в зале дивана была особенной — не мирной, а той, что наступает после бури, когда всё вокруг затихает, но воздух всё ещё дрожит от напряжения. Хюррем стояла в центре зала, и её платье, тёмно-красное, как застывшая кровь, струилось по мраморному полу, оставляя за собой едва заметный шелест. Золотые нити на рукавах поблёскивали в утреннем свете, проникающем сквозь высокие окна, а в волосах, уложенных в сложную причёску, мерцала тонкая диадема с рубинами — та самая, что когда-то принадлежала её свекрови. Она взяла её после смерти Валиде, не как трофей, а как напоминание о том, что даже враги могут стать частью твоей судьбы.
Она подошла к столу, за которым обычно заседали визири, и провела пальцами по его резной поверхности, чувствуя подушечками холод дерева. Она знала, что каждый из этих людей, сидевших здесь, когда-то был либо её союзником, либо врагом. И теперь, когда она разоблачила заговор и арестовала предателей, она должна была решить, как действовать дальше.
— Госпожа, — раздался голос День-Аги за её спиной, — я проверил бумаги, найденные у Ибрагима-паши. Там есть указания на то, что заговор был частью более крупного плана. Венецианцы и австрийцы действуют вместе. Они планируют одновременное нападение на наши порты и на крепости в Эгейском море.
Хюррем обернулась, и её лицо было спокойным, но внутри неё закипала ярость. Она знала, что враги не остановятся, пока не уничтожат её, но она также знала, что у неё есть сила, чтобы противостоять им.
— Мы должны защитить империю, — сказала она. — Я хочу, чтобы ты подготовил отчёт для султана. Он должен знать, что происходит здесь, пока он в походе.
День-Ага поклонился и вышел, а Хюррем осталась одна, глядя на карту, которая висела на стене. Она смотрела на линию побережья, на порты, которые могли стать целями, и думала о том, как защитить их. Но она также думала о том, что враг может быть ближе, чем она думает.
Глава 2. Враг внутри
В тот же вечер Мустафа пришёл к Хюррем с известием, которое потрясло её до глубины души. Он стоял перед ней, бледный и напряжённый, и его голос дрожал.
— Мать, я должен сказать тебе кое-что о Фирузе. Я не знал, как сказать тебе это раньше, но я узнал её настоящее имя. Она не простая рабыня. Она Элеонора Фиоранти, дочь одного из самых влиятельных венецианских родов. Её отец был послом в Стамбуле много лет назад, и он остался здесь, чтобы работать на венецианскую разведку. Она была послана сюда, чтобы проникнуть в нашу семью и уничтожить нас.
Хюррем почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног. Она смотрела на Мустафу и видела в его глазах боль, смешанную с отчаянием. Она понимала, что он любит Фирузе, но она также знала, что доверие к ней может погубить его и всю семью.
— Ты уверен в этом? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, но внутри у неё всё дрожало.
— Да, — ответил он. — Я нашёл это письмо в её комнате. Оно было адресовано венецианскому дожу. В нём говорится о том, что она должна завершить свою миссию как можно скорее.
Хюррем взяла письмо и прочитала его. Каждое слово было как удар кинжала. Она перевела взгляд на Мустафу, и в её глазах зажглась сталь.
— Мы должны уничтожить её, — сказала она. — Она — угроза для нашей семьи.
Мустафа опустил голову, и Хюррем увидела, как по его лицу скользнула тень боли. Он любил её, и теперь ему предстояло сделать выбор, который мог разрушить его сердце.
Но он поднял голову, и в его глазах загорелась та же сталь, что и в её.
— Я сделаю это, — сказал он. — Я убью её, если это будет необходимо.
Хюррем подошла к нему и положила руку на его плечо, чувствуя, как он вздрагивает под её прикосновением. Она видела, как тяжело ему даётся это решение, но она также знала, что он должен сделать этот шаг.
— Я знаю, как это трудно, — сказала она. — Но ты должен быть сильным. Ради нашей семьи. Ради империи.
Мустафа кивнул и вышел, оставляя Хюррем одну.
Глава 3. Предательство и прощение
Хюррем сидела в своей комнате и смотрела на закат, который заливал небо багровыми и золотыми тонами. Она думала о том, что произошло за последние дни: Фирузе оказалась шпионкой, Ибрагим-паша был казнён, и враги начали открытое наступление на империю. Она чувствовала, как на неё обрушивается тяжесть ответственности, но она также знала, что не может позволить себе сдаться.
Она вызвала Фирузе к себе. Девушка вошла, и её лицо было бледным, а глаза полны страха. Она знала, что её тайна раскрыта.
— Ты предала нас, — сказала Хюррем, и её голос был холодным, как сталь. — Ты пришла в наш дом под видом союзницы, а на самом деле планировала уничтожить нас.
Фирузе упала на колени, и слёзы покатились по её щекам.
— Я не хотела этого, — сказала она. — Меня заставили. Мой отец был послом, и он оставил меня здесь, чтобы я выполняла его миссию. Но я полюбила Мустафу. Я не хотела причинять вам вред.
Хюррем смотрела на неё, и в её душе боролись гнев и сострадание. Она знала, что Фирузе была лишь пешкой в чужой игре, но она также знала, что это не оправдывает её предательства.
— Ты должна сделать выбор, — сказала она. — Ты можешь остаться здесь и помогать нам, или ты можешь умереть как предательница. Но если ты решишь остаться, ты должна доказать свою верность.
Фирузе подняла голову, и в её глазах блеснула искра надежды.
— Я сделаю всё, что вы скажете, — сказала она.
Хюррем жестом подозвала её к себе и протянула руку.
— Тогда ты будешь моей союзницей. Но если ты предашь меня снова, я убью тебя собственными руками.
Фирузе поцеловала её руку, и слёзы всё ещё текли по её щекам.
Глава 4. Битва за Стамбул
Прошло несколько дней. Венецианские и австрийские корабли начали наступление на османские порты, и Стамбул готовился к обороне. Хюррем приказала укрепить стены и подготовить артиллерию. Она знала, что это будет долгая и тяжёлая битва, но она была готова к ней.
Она стояла на крепостной стене, глядя на море, где на горизонте уже виднелись паруса вражеских кораблей. Ветер дул в лицо, и она чувствовала запах соли и опасности.
— Они идут, — сказала она, обращаясь к Мустафе, который стоял рядом. — Мы должны быть готовы к бою.
— Мы готовы, мать, — ответил он. — Мы не дадим им пройти.
Она взяла его за руку и сжала её.
— Я знаю, что ты сильный, — сказала она. — Я верю в тебя.
Он улыбнулся ей, и в этой улыбке было столько тепла, что она почувствовала, как её сердце наполняется надеждой.
Когда первые корабли приблизились к порту, артиллерия открыла огонь. Ядра летели в воздух, разрывая паруса и корпуса, и море покрылось обломками и телами. Битва продолжалась несколько часов, и Хюррем смотрела на неё с высоты стены, чувствуя, как адреналин разливается по телу.
Когда последний вражеский корабль отступил, она повернулась к Мустафе.
— Мы победили, — сказала она. — Но это не конец.
Глава 5. Цена войны
Когда битва закончилась, Хюррем спустилась со стены и вернулась в Топкапы. Она была уставшей, но счастливой. Она прошла по коридорам дворца, где слуги уже начали убирать следы битвы. Всё было почти как прежде, но она знала, что эта война забрала у неё больше, чем она могла себе представить.
День-Ага ждал её в её покоях. На его лице была тревога, которую она не могла понять.
— Госпожа, — сказал он, — мы получили известие из похода. Сулейман одержал победу, но он был ранен в бою. Его жизнь вне опасности, но он не сможет вернуться в Стамбул ещё несколько месяцев.
Хюррем почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног. Она закрыла глаза на мгновение, и в её душе разрасталась боль.
— Он выживет, — сказала она. — Он сильный.
Но она знала, что эта война забрала у неё больше, чем она могла себе представить. Она потеряла мужа на несколько месяцев. Она потеряла свою семью. И она знала, что этот мир никогда не будет прежним.
Продолжение следует…
