«Сказка о том, как Пикачу потерял свой цвет (и нашёл его в библиотеке)» Сказка для тех, кто любит читать, и для тех, кто ещё не знает, что книги умеют возвращать краски. Читайте онлайн и не бойтесь грустных историй — они становятся весёлыми, если рассказать их с улыбкой.
«Цвета живут не в красках, а в историях, которые мы помним. Забудь историю — и мир станет серым. Расскажи её заново — и он засияет.»
Глава 1. Утро без жёлтого
Златоуст любил читать. Он жил в маленьком домике на окраине Города Книжных Шкафов — странного места, где дома были сделаны из старых фолиантов, заборы — из корешков, а фонари светили буквами. Каждое утро он просыпался, брал с полки какую-нибудь книгу и читал за завтраком. Его щёки при этом светились тёплым жёлтым — от удовольствия.
Но в то утро он открыл глаза и не увидел себя в зеркале. Вернее, увидел, но не жёлтого. Он был… белым. Не серебряным, не прозрачным — именно белым, как чистый лист бумаги.
— Мама! — крикнул он.
Мама-Пикачу (тоже белая) заглянула в комнату.
— Что случилось, Златоуст?
— Я потерял цвет!
Мама посмотрела на себя. На свои белые лапы. На белый хвост.
— И я, — тихо сказала она. — И весь город, наверное.
Они вышли на улицу. Город Книжных Шкафов стал чёрно-белым. Красные крыши — серыми. Синие ставни — тёмно-серыми. Даже радуга над ратушей превратилась в полоску разных оттенков серого.
На площади собрались покемоны. Белые Пикачу, белые Бульбазавры, белые Чармандеры. Все растерянно смотрели друг на друга.
— Кто это сделал? — спросил кто-то.
— Я знаю, — раздался скрипучий голос. Из дверей старой библиотеки выкатился маленький пушистый комок — Мимэтт. Это был покемон-библиотекарь, похожий на сплющенного кота с очками на носу. — Это Кляксор. Книжный червь, который ест не буквы, а краски воспоминаний. Он живёт в подвале библиотеки. Если он съедает цвет какого-то предмета, этот предмет навсегда теряет свою окраску.
— Навсегда? — ужаснулся Златоуст.
— Если не вернуть цвет в течение суток, то да. У нас есть один день. Но чтобы выманить Кляксора, нужно прочитать ему историю. Не простую, а самую грустную в мире. Он питается печалью. Чем грустнее сказка, тем больше красок он выплёвывает.
— Зачем ему их выплёвывать?
— Он их перерабатывает. Но если история будет не грустной, а смешной, краски вернутся нетронутыми. Понимаешь? Кляксор не переварит юмор. Его стошнит красками.
— И что, никто не пробовал рассказать ему смешную историю?
— Пробовали, — вздохнул Мимэтт. — Но в нашей библиотеке нет смешных книг. Все они — трагедии, драмы, элегии. А те, кто пытался сочинить смешное на ходу, путались и начинали плакать от собственной неловкости. Кляксор их высмеивал и съедал ещё больше цвета.
Златоуст посмотрел на свои белые лапы. Потом на библиотеку.
— Я попробую, — сказал он. — Я читал много книг. Может, я смогу переделать грустную в смешную.
— Иди, — Мимэтт открыл дверь. — Но будь осторожен. Кляксор не только ест краски. Он ещё и очень обидчивый.
Глава 2. Библиотека, где плачут корешки
Внутри библиотека была огромной. Стеллажи уходили вверх на сотню метров, и по ним ползали маленькие лесенки на колёсиках. Воздух пах старым клеем, пылью и ванилью (от древних переплётов). Но все книги были серыми. Чёрно-белые обложки, чёрно-белые картинки, чёрно-белые буквы.
Златоуст шёл по центральному проходу. Над ним мерцали серые люстры. Из-за стеллажей доносился тихий плач.
— Кто здесь? — спросил он.
Из-за угла выглянул маленький корешок книги. У него были глазки-буковки и ротик-закладка.
— Мы плачем, — сказал корешок. — Потому что Кляксор съел наши картинки. Раньше у нас были цветные иллюстрации. А теперь мы серые и некрасивые.
— Я верну ваши краски, — пообещал Златоуст.
— Ты не сможешь, — вздохнул корешок. — Кляксор сидит в Читальном зале древностей. Там пол, стены и потолок сделаны из слёз. Каждый, кто входит, начинает плакать.
— Я не умею плакать, — сказал Златоуст. — Точнее, умею, но не буду.
Он двинулся дальше. Запах ванили сменился запахом солёной воды. Это был Читальный зал. Он и правда был сделан из слёз — прозрачных, застывших капель, которые лежали под ногами как ледяные плитки. На стенах висели картины из мокрых носовых платков.
В центре зала на груде серых книг сидел Кляксор. Он был похож на огромную гусеницу фиолетового цвета (цвет остался только у него). Его тело состояло из сегментов, на каждом сегменте — по паре маленьких жадных глаз. Рот у него был круглый, как точилка, и из него торчали остатки букв.
— Ага, — проскрежетал Кляксор. — Новая еда. Какой ты беленький, хорошенький. Давно я не пробовал цвет Пикачу.
— Я пришёл не едой, — твёрдо сказал Златоуст. — Я пришёл рассказать тебе сказку.
— Сказку? — Кляксор засмеялся. — Я обожаю сказки. Только они должны быть очень грустными. Такими, чтобы плакали даже стены. Если ты меня рассмешишь — я, конечно, расстроюсь. Но это невозможно. Никто не может рассмешить Кляксора.
— А ты попробуй послушать, — сказал Златоуст и сел на пол.
Он закрыл глаза и вспомнил самую грустную сказку, которую когда-либо читал. Это была «Русалочка» Ганса Христиана Андерсена. Про принцессу моря, которая пожертвовала голосом ради любви, а в конце превратилась в морскую пену.
Златоуст открыл рот и начал рассказывать.
Глава 3. Как превратить пену в шампунь
— Жила-была Русалочка, — начал Златоуст. — Самая красивая в море. Хвост у неё был зелёный (Кляксор облизнулся, услышав слово «зелёный»), а волосы — красные. Она влюбилась в принца, который не умел плавать.
— Грустно! — обрадовался Кляксор. — Продолжай!
— Русалочка пошла к морской ведьме, — продолжал Златоуст. — Та сказала: «Отдай мне свой голос, и я сделаю тебе ноги». Русалочка согласилась. Она стала немой, но красиво ходила. Принц её полюбил… но не как невесту, а как друга.
— Ещё грустнее! — Кляксор запрыгал на книгах.
— А потом принц женился на другой, — Златоуст почувствовал, что сам начинает расстраиваться. — И Русалочке сказали: «Если ты убьёшь принца, то снова станешь русалкой. Если нет — превратишься в морскую пену».
— О да! — Кляксор открыл рот пошире. — Сейчас будет печальный финал!
— И Русалочка… — Златоуст запнулся. Он понял, что сейчас заплачет. А если заплачет — Кляксор съест и его последние остатки цвета. Нужно было срочно менять историю.
— И Русалочка… — повторил он, а потом выпалил, — …подумала: «А зачем мне убивать принца? Пена — это же здорово! Из пены делают шампунь. А шампунь продают в магазине. И все покупают и радуются».
Кляксор замер.
— Что? — переспросил он.
— Да, — уже смелее продолжал Златоуст. — Русалочка превратилась не в грустную пену, а в пузырьки для ванны. Принц каждое утро мылся этой пеной и пах лавандой. А морская ведьма открыла бизнес по производству шампуней. И все жили богато и счастливо. А русалочка, став пеной, наконец-то научилась говорить — потому что пузырьки умеют лопаться со звуком «бум-с».
Кляксор закашлялся.
— Это не смешно, — сказал он. — Это глупо.
— А ты не смейся, — сказал Златоуст. — Ты просто скажи, что это не грустно.
— Это… это… — Кляксор начал зеленеть. Не от зависти, а от того, что внутри него что-то пошло не так. — Это неправильная сказка! В оригинале она плакательная!
— А в моей версии — пенная, — улыбнулся Златоуст. — И знаешь что? Ты, наверное, забыл самый важный момент. Когда Русалочка стала пеной, она не исчезла. Она стала воздухом. И каждый раз, когда кто-то смеётся, она пузырится у него в животе.
— Прекрати! — закричал Кляксор. Его фиолетовое тело начало покрываться пятнами. Сначала розовыми, потом жёлтыми, потом зелёными.
— А ещё, — не унимался Златоуст, — принц каждую субботу ходил на пляж и кричал: «Пена, ау!» А пена вылезала из моря и щекотала ему пятки.
Кляксор не выдержал. Он захохотал.
Не потому, что ему было весело. А потому, что его организм отторгал непереваренную грусть. Он смеялся и смеялся, а из его рта вылетали разноцветные сгустки — красные, синие, жёлтые, зелёные. Они разлетались по библиотеке, касались книг, столов, стульев, и те снова становились цветными.
Один жёлтый сгусток прилетел прямо в грудь Златоусту. Пикачу почувствовал, как по телу разливается тепло. Его шерсть снова стала золотистой. Щёки засветились.
— Ты… ты… — Кляксор корчился в припадке смеха. — Ты испортил мне аппетит!
— А ты больше не ешь краски, — сказал Златоуст. — Читай книги нормально. В них много интересного.
Кляксор, который от смеха уменьшился в три раза, выкатился из библиотеки и больше никогда не возвращался. Говорят, он поселился в цирке и стал клоуном. Потому что понял: смешить гораздо приятнее, чем воровать.
Глава 4. Цветная библиотека и жёлтый Пикачу
Когда Златоуст вышел из библиотеки, город снова был разноцветным. Красные крыши, синие ставни, зелёная трава. И огромная радуга над ратушей — настоящая, не серая.
На ступенях его ждал Мимэтт. Сплющенный кот-библиотекарь улыбался во все свои усы.
— Ты сделал это, — сказал он. — Ты рассмешил Кляксора. Как тебе это удалось?
— Я просто понял, — ответил Златоуст, — что любая грустная история становится смешной, если повернуть её под другим углом. Не «Русалочка стала пеной», а «Пена стала шампунем». Не «принц её не полюбил», а «принц полюбил мыться с пеной». Смысл один, а чувство — другое.
Мимэтт задумался.
— Значит, цвет зависит не от фактов, а от того, как мы на них смотрим?
— Именно, — кивнул Златоуст. — Грусть съедает краски. А смех возвращает их.
С того дня в Городе Книжных Шкафов появилась новая традиция: каждый вечер покемоны собирались в библиотеке и пересказывали известные трагедии как комедии. «Гамлета» превратили в историю о принце, который никак не мог выбрать шапку. «Ромео и Джульетту» — в рассказ о двух соседях, которые спорили, чей забор выше. А «Маленького принца» — в книгу про путешественника, который искал розу, а нашёл кактус.
Кляксор иногда приползал послушать. Но теперь он не ел краски, а сидел в уголке и тихо хихикал.
А Златоуст стал главным библиотекарем — не потому, что много знал, а потому, что умел находить смешное даже в самом печальном.
И если вы придёте в этот город, спросите жёлтого Пикачу. Он покажет вам книгу, которая заставит вас смеяться до слёз. А слёзы, как известно, тоже бывают радостными.
Конец
