«Пикачу-паровозик и Сахарный мост» Сказка о том, как маленький Пикачу превратился в паровозик и построил мост из сладких кубиков. Читайте онлайн и узнайте, почему иногда нужно ехать быстро, чтобы успеть поделиться радостью.
«Самый крепкий мост — не тот, что сделан из камня, а тот, что успевший остыть как раз в тот миг, когда по нему идёт твой друг.»
Глава 1. Маленький Пикачу с большим гудком
В Долине Паровых Колёс жил необычный Пикачу. Его звали Чух-Чух. Он не бегал, как другие покемоны, и не прыгал по веткам. Он… катился. Потому что с детства мечтал стать паровозом.
— Чух-чух! — кричал он, разгоняясь, и из его щёк вылетали искры, похожие на паровозный дым.
Он носил на голове маленькую жестяную трубу (найденную на свалке), а на хвосте у него звенел колокольчик. Другие покемоны сначала смеялись, потом привыкли, а потом полюбили. Потому что Чух-Чух всегда приезжал на помощь первым.
— Чух-Чух, помоги донести ягоды! — просил Бульбазавр.
— Чух-чух! — отвечал Пикачу и катил тележку.
— Чух-Чух, покатай меня! — просил Пичу.
— Залезай на спину! Чух-чух! — И они мчались по холмам, разгоняя ветер.
Но однажды случилась беда.
Река, которая разделяла Долину на две части, называлась Кислая Лента. Обычно она была спокойной и прозрачной, и по ней плавали утки-покемоны. Но раз в пять лет, когда созревал урожай сладких ягод на том берегу, река вдруг превращалась в… скисшее молоко. Белое, густое, кислое и очень липкое.
— Опять, — вздохнул старый Слоукинг, глядя на белую поверхность. — Мост смыло. Пять лет назад мы его построили из брёвен, но молоко их разъело. Теперь мы не можем попасть на поляну Ягодного Писка.
А на поляне Ягодного Писка росли самые вкусные ягоды во всей Долине — «смешинки». Они были розовые, с пупырышками, и если их съесть, начинал икать от счастья. Все покемоны очень их ждали.
— Мы пропали, — заныл Мимкик. — Без смешинок у нас не будет праздника.
— А если построить мост из камня? — предложил Геодуд.
— Молоко разъест и камень за пять лет? — усомнился Слоукинг. — Нет, нужен мост, который не боится кислоты. Съедобный, но крепкий.
— Сахар! — вдруг крикнул Чух-Чух. — Сахар не боится молока! Он в нём растворяется, но если его… заморозить?!
Все замолчали.
— Сахар не замерзает, — сказал Слоукинг. — Он тает.
— А если добавить холод? Настоящий, электрический холод? Мои искры умеют не только греть, но и охлаждать. Если я ударю по сахарному кубику очень слабой искрой, она не подожжёт, а заморозит. Получится сахарный лёд.
Никто не верил. Но Чух-Чух уже катил к деревне, где стояли мешки с сахаром (их привезли ещё прошлой осенью).
— Чух-чух! Все за мной! Грузим кубики!
Глава 2. Сахарный поезд
Чух-Чух организовал настоящий конвейер. Бульбазавры таскали мешки, Пижи сбрасывали кубики в тележки, а сам он — маленький Пикачу — сидел на берегу и «охлаждал» каждый кубик.
Это было нелегко. Если ударить слишком сильно — кубик загорался и превращался в карамель. Если слишком слабо — не замерзал. Нужна была идеальная искра.
Чух-Чух закрыл глаза, представил зиму, снег, лёд. И из его щёк вылетела тонкая, почти белая, холодная искра. Она коснулась сахарного кубика, и тот покрылся инеем.
— Получилось! — закричали покемоны.
Кубик стал твёрдым, как стекло, но сладким на вкус. И главное — не таял в скисшем молоке.
— Начинаем строить! — скомандовал Чух-Чух.
Он сам катал кубики на тележке к воде. Другие покемоны укладывали их в два ряда, скрепляя между собой… тоже сахаром, но смоченным обычной водой (она замерзала быстрее). Чух-Чух пробегал по каждому стыку и «примораживал» его своей холодной искрой.
Мост рос на глазах. Через час был готов первый пролёт. Через два — второй. Река Кислая Лента была шириной в три таких пролёта.
Но когда они начали третий, случилось непредвиденное.
— Солнце садится! — крикнул Хаундур. — Если стемнеет, мы не увидим, куда класть кубики.
— А главное, — добавил Слоукинг, — сахарный лёд при солнечном свете держится дольше. Ночью он может стать хрупким.
— Сколько времени осталось до заката? — спросил Чух-Чух.
— Полчаса.
— А сколько кубиков осталось?
— Сто пятьдесят.
— Не успеем, — прошептал кто-то.
Но Чух-Чух не умел сдаваться. Он оглянулся на тележки, на усталых покемонов, на небо, которое уже розовело. И вдруг его осенило.
— Слушайте меня! — крикнул он. — Я — паровоз. Паровозы могут везти много вагонов. Привяжите все тележки друг за другом. Я сам отвезу кубики на середину реки.
— Но там же нет моста! — удивились покемоны.
— Я проеду по воде. Мои искры охладят молоко под колёсами, и я не утону. Главное — быстро. Очень быстро. Чух-чух!
Ему не поверили, но другого выхода не было.
Привязали шесть тележек, нагруженных сахарными кубиками. Чух-Чух впрягся в первую, как настоящий паровоз, и разогнался.
— Чух-чух-чух-чух! — кричал он, бежа по берегу.
Вот он достиг воды. Все зажмурились.
Но Чух-Чух не провалился. Его лапы, обдавленные холодными искрами, не пробивали кислое молоко — они скользили по поверхности, как конькобежец по льду. Он бежал по реке! За ним, громыхая, катились тележки. Кубики подпрыгивали, но не падали.
— Чух-чух! — неслось над водой.
За три минуты он перевёз все сто пятьдесят кубиков на ту сторону. Там их уже ждали покемоны и быстро укладывали последний пролёт.
Солнце коснулось горизонта. В последнем луче Чух-Чух приморозил последний стык.
Мост был готов.
Глава 3. Смешинки и икающий праздник
Все покемоны перешли по Сахарному мосту на поляну Ягодного Писка. Там кусты ломились от розовых «смешинок». Никто не мог удержаться — все начали есть.
— И-и-ик! — икнул первый.
— И-и-ик! — подхватил второй.
Весь лес наполнился иканьем. Это было так смешно, что все начали смеяться, а от смеха икать ещё сильнее.
Чух-Чух тоже икал. И его «ик» звучал как «чух-чух-ик!».
— Ты настоящий паровоз-икалка! — засмеялся Слоукинг.
Они набрали полные корзины ягод и отправились обратно. Мост держался прекрасно — сахарный лёд не таял даже в темноте. Но все знали, что к утру он начнёт теплеть и растворяться.
— Мы успеем пройти ещё раз? — спросил кто-то.
— Успеем, — сказал Чух-Чух. — Но я предлагаю не жадничать. Мост построили, чтобы поделиться. Пусть он растает. Зато на следующий год мы построим новый.
И они построили. Каждый год, когда река становилась кислой, Чух-Чух с друзьями возводил Сахарный мост. Никто не боялся, что он растает, — все знали, что успеют пройти.
А через несколько лет река Кислая Лента вдруг перестала киснуть. Говорят, ей надоело, что её постоянно замораживают. Она снова стала прозрачной и сладкой, как обычное молоко. И мост уже был не нужен — появился паром.
Но Чух-Чух всё равно каждую осень выходил на берег, кричал «чух-чух!» и пускал холодные искры в воду — просто так, для веселья. А рыбы-покемоны выпрыгивали и ловили их ртами, думая, что это конфетти.
Праздник смешинок стал самым любимым в Долине. И каждый год кто-нибудь обязательно икал так громко, что эхо разносилось до соседних лесов.
А маленький Пикачу-паровозик так и остался главным героем. И если вы когда-нибудь услышите из леса «чух-чух-ик!», знайте — это он. И, может быть, вы тоже захотите построить мост из сахара. Только не забудьте его заморозить.
Конец
