Восемь часов вечера. Неоновая реклама на башне «Арасака» зажглась первой, пролив на мокрый асфальт кислотно-красный свет, словно свежая рана. Потом подали голос голографические гейши над входом в «Джигу-Джигу», а следом — бесконечные ленты биржевых котировок, мигающие между окнами корпоративных небоскрёбов. Найт-Сити просыпался. В этом городе утро всегда наступало с заходом солнца.
Виктор Макларен по прозвищу Векс стоял у панорамного окна своей квартиры на сорок втором этаже, прижав ладонь к холодному стеклу. Под ногами раскинулся бетонный муравейник, разрезанный светящимися артериями автомагистралей. Потоки аэродинамических «калибурнов» и тяжёлых грузовых «милтеков» проносились между ярусами, оставляя в воздухе красные и белые полосы. Где-то далеко, в районе Пасифики, вспыхнула перестрелка — короткая пунктирная линия из трассеров, похожая на вышивку гладью по чёрному бархату.
— Прекрасная ночь, чтобы что-нибудь украсть, — пробормотал Векс.
Он был нетраннером — специалистом по нелегальному проникновению в закрытые информационные сети. В миру это называлось «киберкража», а в его кругах — «извлечение данных». Ему было тридцать четыре года, из которых последние двенадцать он провёл, балансируя на грани между респектабельным контрактником и разыскиваемым преступником. В теле у него стоял нейропорт четвёртого поколения, имплантированный за бешеные деньги в подпольной клинике в Санто-Доминго, а в жилах тёк коктейль из иммунодепрессантов и стимуляторов. Кожа на левом виске, где порт входил в череп, была покрыта тонкой сетью серебристых шрамов.
Квартира была спартанской: стол с голографическим монитором, кресло-кокон для глубокого погружения, оружейный шкаф с биометрическим замком и старый синт-кожаный диван. Вся жизнь Векса помещалась в двух чемоданах и одном набедренном рюкзаке. Привычка не обрастать вещами выработалась ещё в юности, когда он трижды за год менял убежища, спасаясь от коллекторов из «НайтКорпа».
Комм-линк на запястье завибрировал. На голографический дисплей выскочило сообщение с пометкой «зашифровано, протокол-7»:
«Работа. Заказчик анонимный, посредник — Миднайт. Оплата — 20 000 эдди. Встреча через час, бар “Красный туман”, кабинка 4. Будь один. Пароль: “В этом городе даже дождь кислотный, а кофе горький”. Отзыв: “Что поделать, если соль дороже сахара”».
Миднайт был фиксером из числа старых городских акул. Он никогда не подставлял клиентов лично, предпочитая держать руки чистыми, а рот — закрытым. Векс работал с ним трижды. Дважды всё прошло гладко, один раз пришлось отстреливаться от корпоративного спецназа и менять лицо у биотехника в Уэстбруке. Но заплатили тогда в тройном размере.
Векс подошёл к оружейному шкафу, приложил большой палец к сенсору. Дверца с шипением отъехала в сторону. Внутри, на бархатных ложементах, лежали: боевой нож «Такэда» с клинком из мономолекулярной стали, компактный пистолет-пулемёт «Армадекс» с интеллектуальным прицелом и штурмовая винтовка «Цунами Нуэ», разобранная на три части. Векс не был профессиональным соло — его оружием всегда были код и нейроинтерфейс. Но в Найт-Сити без ствола жили только дураки и мертвецы.
Он взял «Армадекс», проверил обойму, заткнул за пояс под куртку. Потом сел в кресло-кокон, закрыл глаза и запустил диагностику нейропорта. По телу пробежала мягкая волна тепла — система просыпалась, синхронизируясь с нервной системой. На внутреннем дисплее перед глазами высветился ряд показателей: температура ядра, скорость соединения, состояние подсистемы охлаждения (заводской брак, после одной аварии требовал постоянного контроля), заряд накопителей. Всё в зелёной зоне.
Векс встал, накинул куртку с капюшоном, вышел из квартиры. Лифт, как обычно, пах хлоркой и жжёной проводкой. В кабинке висел обрывок объявления: «МЕГАКОРПОРАЦИЯ “БИОТЕХНИКА” ИЩЕТ ДОБРОВОЛЬЦЕВ ДЛЯ ИСПЫТАНИЙ НОВОЙ ФОРМУЛЫ ИММУННОПОДАВИТЕЛЕЙ. ОПЛАТА ЩЕДРАЯ. ВЫЖИВАЕМОСТЬ 64%». Кто-то приписал маркером: «Это всё равно лучше, чем ипотека от “Арки”».
На улице Векса встретил знакомый коктейль запахов: уличная еда из вьетнамских ларьков, гниющий мусор в сточных канавах, озон от проносящихся аэротакси. Дождь не шёл, но туман опустился до уровня второго яруса, и неоновые вывески расплывались в нём, как акварель. Мимо пронеслась ватага подростков на копях-«яхонтах» — электрических скутерах с усилителями звука, которые транслировали агрессивный драм-энд-бэйс на такой громкости, что у Векса на мгновение отключился правый слуховой имплант.
Он не стал садиться на автобус — ночные маршруты в Уэстбрук контролировались бандами, и платить за проезд приходилось дважды: водителю и «страховку» местным. Лучше пройти пешком пару кварталов. Миновал светящуюся арку с надписью «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В УЭСТБРУК», кивнул охраннику на дверях стрип-клуба «Лиззи’s» (огонь, а не женщина, как говорил один его знакомый), свернул в переулок.
Здесь было темно, как в заброшенной шахте. Окна, выходившие в переулок, были забиты листами полимера, а одно — просто заварено стальными пластинами. Векс шёл быстро, но не бежал — бег по ночному Найт-Сити привлекает хищников. В тени громоздились мусорные контейнеры, на одном из них сидел бездомный с грязным ингалятором, вставленным в рот, и смотрел в никуда. Векс ускорил шаг.
Бар «Красный туман» занимал цокольный этаж старого торгового центра. Вывеска над входом была неоновой — красный череп с сигаретой, вставленной в зубы, и надпись курсивом: «Заходи, если живой». Внутри пахло синт-виски, пережжённым маслом и дешёвым табаком. Стены были обиты тёмно-бордовым велюром, на столах горели плазменные лампы, имитировавшие свечи. За стойкой сутулился бармен-киборг с полностью механической левой рукой и лицом, покрытым тонкими шрамами.
Векс прошёл мимо столика, за которым двое типов играли в кости, подсвеченные неоном, и остановился у четвёртой кабинки. За столом сидел человек в длинном сером плаще с капюшоном, надвинутым на лицо. Векс, следуя протоколу, произнёс пароль.
— В этом городе даже дождь кислотный, а кофе горький.
Человек усмехнулся.
— Что поделать, если соль дороже сахара. Садись.
Векс сел. Капюшон был отброшен. Лицо человека было узким, с резкими скулами и глубоко посаженными глазами, в которых мелькали искорки отражённого неона. Это был посредник от Миднайта. Имя не имело значения: у таких людей их с десяток.
— Слушаю, — сказал Векс.
— Заказчик — аноним, — начал посредник, — но интересы его лежат в районе Хейвуда. Нужно похитить данные из корпоративной сети отеля «Кёкудэн», что на пересечении Санта-Клары и Восемнадцатой. Точнее — из подвального дата-узла. Заказчик говорит, что это центр обработки финансовых транзакций одной небезызвестной группировки, которая использует отель как легальную крышу.
Векс нахмурился.
— Хейвуд — территория «Валентинос». И ты говоришь, что в подвале отеля — финансовый узел? Это похоже на западню.
Посредник развёл руками.
— Я передаю только то, что мне сказано. Оплата — двадцать штук. Аванс пять — на счёт при первом подтверждении готовности. Остальное — после сдачи данных.
— Кто в отеле? — спросил Векс. — Сколько охранников? Какая система защиты?
— Не знаю. Никто не знает. Заказчик прислал только адрес и запрос. Он настаивает на максимальной осторожности и полной автономии. Мой совет: сходи понюхай воздух, прежде чем соваться внутрь.
Векс откинулся на спинку.
— Пахнет так себе, скажу честно. За слепую работу беру тридцать, не меньше.
Посредник покачал головой.
— Двадцать. Рынок сегодня стоит на коленях. Но я могу накинуть бонус: информация, которая тебе пригодится. Через два дня в городе — корпоративный саммит «Кироши Оптикс». Отель «Кёкудэн» всегда бронирует апартаменты для гостей. Охрана, киберпсы, сканеры с усиленной фильтрацией. Если пойдёшь завтра — попадёшь в относительно спокойное окно. Если промедлишь — уже нет.
Векс взвесил. Двадцать тысяч — это четыре месяца аренды квартиры, еда, обслуживание линков и пара доз иммунодепрессантов. Не самая жирная работа, но с дурацкими рисками. Впрочем, глупо отказываться, не проверив объект собственными глазами.
— Ладно. Давай аванс.
Посредник кивнул и поднял руку. Через мгновение на нейроинтерфейс Векса пришло уведомление о зачислении пяти тысяч эдди на теневой счёт. Номер — одноразовый, провайдер — в Пасифике, деньги сгорит через сутки после снятия.
— На связь выйдешь сам, — сказал посредник, вставая. — И, Векс… не светись в Хейвуде. Там время сейчас мутное.
Он ушёл, не попрощавшись. Векс остался в кабинке, глядя в тёмный проём, где только что сидел человек. На душе было неспокойно. Отель «Кёкудэн» — место престижное, а потому охраняемое. И если заказчик не назвался и не дал деталей, значит, это либо корпоративная крыса, либо кто-то из «Валентинос», решивший подставить чужака. А может, просто сумасшедший, который случайно нашёл адрес и решил нанять наёмника.
Векс вышел на улицу. Туман стал ещё гуще. Неон плыл в молочной взвеси, отчего город казался огромной голограммой, вот-вот готовой погаснуть. До утра было далеко, и Векс решил провести разведку.
Он знал Хейвуд по прошлым вылазкам. Район считался территорией «Валентинос» — самых влиятельных из испаноязычных банд. Они держали под контролем все мелкие лавки, автосервисы и уличные стоянки. Но при этом не трогали тех, кто вёл себя по-ихнему: уважительно, тихо, без наглости. «Валентинос» жили по кодексу чести — насколько честь вообще возможна в ночном городе.
До отеля Векс добрался на такси. Миновал патруль городской полиции, остановивший какого-то пьяного корпората в разорванном костюме, и вышел на углу Санта-Клары. Здание отеля возвышалось над улицей на двадцать этажей, сияя золотом и густо-синим неоном. Фасад был украшен огромными каменными драконами, вменёнными в стены. Над входом горела вывеска: «Кёкудэн — традиции Востока в сердце Найт-Сити». У дверей дежурили четверо охранников в чёрных костюмах, с «сатэл-коммами» в руках. Все — с кибернетическими имплантами на висках, у одного — видимый под скулами сенсорный массив.
Векс перешёл на противоположную сторону и закурил, прислонившись к фонарному столбу. Изображать праздного прохожего было нетрудно — в Найт-Сити полно таких же одиночек с пустым взглядом. Он изучал вход: три двери с магнитным замком, над ними — сканеры лиц, слева — невидимая арка ионизирующего излучения, выхватывающая оружие. Векс прикинул варианты: через главный вход не пройти, слишком плотная охрана. Значит, нужен боковой или технический.
Он медленно обошёл квартал. Отель притирался задней частью к узкой улочке, где по ночам парковались служебные фургоны. В стене на уровне подвала виднелась металлическая дверь с кодовым замком и ржавой табличкой: «ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА. ОГРАНИЧЕННЫЙ ДОСТУП». Над ней тускло мигала камера.
Векс заметил ещё одно: вентиляционные решётки, выходящие в переулок, слишком широкие для стандартных воздуховодов. Пахло из них не едой и не прачечной, а горелыми платами и озоном — запах работающего дата-центра с плохим охлаждением. Слухи подтверждались: под отелем действительно было что-то похожее на серверную.
Он вернулся к главному входу и снял небольшой нейросканер-брелок, замаскированный под зажигалку. Поднёс к губам, будто прикуривая. Прибор начал улавливать сигнатуру сетевого трафика. Через пару минут Векс получил первые данные: внутри отеля работала локальная сеть с многоуровневым шифрованием, тип протокола — милитари, не ниже «Третьей Ступени». Штука серьёзная. Он убрал «зажигалку» в карман.
К полуночи план сформировался. Он не был идеальным, но был осуществим. Векс привык работать по принципу «пластичность важнее точности». Детали подстроятся в процессе.
На следующую ночь он вышел в нуле, одевшись как городской киберпанк: кожаная куртка с потёртостями, комбинезон с магнитными креплениями для гаджетов, армейские ботинки на амортизаторах. В рюкзаке — ноутбук-штурмовик «Милтон-9000», набор кабелей, пара взламывающих чипов, несколько баллончиков с электронным подавителем. В набедренной кобуре — «Армадекс» с глушителем. В кармане — холодный ключ нападения.
До отеля он добрался на арендованном копе, бросив его за два квартала. Потом десять минут ждал, пока охранник на задней двери не сменится. Именно в этот момент Векс вскрыл замок с помощью универсального отмыч-криптера, вставив его в щель.
Замок щёлкнул. Векс толкнул дверь и скользнул внутрь. Внутри было темно, пахло химией и мокрой штукатуркой. Он оказался в техническом коридоре, узком и низком, заставленном ящиками с моющими средствами. Сверху тянулись кабели, обёрнутые в гофрированную изоляцию. Тишина — только гул далёкой вентиляции.
Векс двинулся к лестнице, ведущей вниз. На полпути остановился и вытащил из набедренного кармана небольшой дистанционный датчик. Тепловой сканер показал: на следующем пролёте — одно живое тело, за углом.
Охранник стоял спиной, в тёмной форме, с поясом, полным шокеров и дубинок. Векс подкрался, выбросил вперёд руку, сжал сонную артерию в захвате. Тело обмякло. Векс уложил его на пол, связал пластиковыми стяжками, вставил в рот кляп. Забрал наручный комм и ключ доступа.
Следующая преграда — вентиляционная решётка в полу, под которой шёл широкий канал. Векс снял решётку и спустился. Внутри пахло раскалённым металлом. Канал привёл его в подвал. Здесь уже было светлее: вдоль стен горели оранжевые аварийные лампы. Подвальный зал был залит бетоном, сбоку — огромные вентиляторы, гонявшие воздух в серверные стойки. Дальше — стальная дверь с биометрическим сканером, как в бункерах.
Векс достал ноутбук и подключился к локальному интерфейсу сканера. Через минуту напряжение ушло: замок щёлкнул, дверь приоткрылась.
Внутри стояли рядами серверные стойки — мигали сотнями огней, жужжали и вибрировали. Система была навороченной, но не уникальной. Векс узнал тип — «Тандем-Энтерпрайз 9», старая, но надёжная платформа. Нужные данные, согласно наводке, хранились в массиве под кодом «PROD_FIN_07». Векс подключил штурмовик, вставил ключ. Начался взлом.
Экран мигнул. Появился запрос на многофакторную аутентификацию. Векс обошёл её через уязвимость в прошивке охлаждающего контроллера — дыру, которую не закрыли с момента установки. Потом пришлось нейтрализовать ICE — ледяную стену.
Виртуальное пространство отозвалось вспышкой: перед глазами развернулась чёрная комната, уходящая в бесконечность, с белой решёткой под ногами. По периметру вспыхнули красные контуры сторожевых программ. Это была «Цербер-Стена» третьего поколения. Векс знал: если не выполнить парольную цепочку, ICE начнёт атаку на его нейропорт. А это — выжигание.
Он работал быстро. Пальцы летали по клавиатуре, а в виртуальном стекле перед ним материализовались белые блоки кода. Один за другим он снимал слои защиты. На третьем уровне стена дрогнула, рассыпалась на тысячи стеклянных осколков. Путь открылся.
Данные хлынули потоком: финансовые таблицы, ключевые кодировки, номера счетов, суммы, транзакции, отчёты. Векс скачал всё, что нужно, на внешний накопитель. Затем, соблюдая осторожность, скопировал дополнительный пакет — просто на всякий случай. Лишние гигабайты часто решали вопросы жизни и смерти.
Но когда он уже вытаскивал кабель, экран мигнул синим. Потом появился текст:
«Доступ зафиксирован. Подсистема безопасности активирована. Запрос в городскую полицию и службу охраны отеля отправлен. Время прибытия: 6 минут».
Векс выругался. Слишком быстро. Кто-то настроил пассивный мониторинг на входящие соединения — следящая программа с омертвлением. Значит, внутри не было дата-центра «Валентинос». Это была ловушка или учебный полигон.
Он выдернул накопитель, бросил ноутбук в рюкзак и рванул к двери. Но дверь уже заперта. Векс вставил ключ-карту охранника — не подошла. Панель загорелась красным. Вырубилась вентиляция. Воздух в комнате стал плотным, горячим.
Тогда он снял со стены аварийный топор, сорвал плафон с лампой и начал бить по стеклянной смотровой панели в верхней части стены. Она поддалась со второго удара. Векс подтянулся и вылез наружу. В подвальном коридоре уже выла сирена. Он побежал к каналу, через который вошёл. Вентиляция не работала, но решётка оставалась открытой.
Сзади загремели двери. Крики, шаги. Векс не оборачивался. Нырнул в канал, прополз на животе, вылез в техническом коридоре, и тут его встретили.
Охранник — не тот, которого он усыпил, а новый. С электрошоковой дубинкой. Удар пришёлся по плечу. Векс упал, перевернулся, выхватил «Армадекс». Короткая очередь с глушителем — охранник опрокинулся навзничь. Векс поднялся. Боль в плече была острой, но рука работала.
Он побежал к задней двери…
