Когда я умер, первым делом подумал, что смерть должна быть тише.
Не такой, как в кино. Не взрыв, не крик, не медленное угасание под дождём. Просто выключатель. Щёлк — и всё.
Вместо этого я услышал музыку.
Грязный синтезаторный рифф бился о стены, будто кто-то запер в маленькой комнате неисправный динамик. В нос ударил запах дешёвого алкоголя, разогретого пластика и чего-то химического, напоминающего больницу.
Я открыл глаза.
Потолок над головой был покрыт жёлтыми пятнами. Где-то за тонкой стеной орали люди. Под левым виском пульсировала боль.
Я попытался подняться и сразу пожалел об этом.
— Лежать, — сказал незнакомый голос. — Если хочешь сохранить мозги в черепе.
Я замер.
Рядом стояла женщина в хирургической маске и с татуировками на руках. В пальцах она держала тонкую металлическую иглу, а на столе перед ней лежали сверкающие инструменты.
Я посмотрел на себя.
Чёрная майка. Ссадины на костяшках. На запястье — интерфейсный порт. На шее — тонкий след от нейроимпланта.
И ещё одна вещь.
Я знал, где нахожусь.
Найт-Сити.
Знание пришло не постепенно. Оно обрушилось в сознание целой лавиной: районы, улицы, корпорации, банды, фиксерские имена, модели оружия, схемы метро, лица людей, которых я никогда не встречал.
А потом я увидел своё отражение в тёмном экране монитора.
Короткие волосы. Усталые глаза. След от недавней операции. Лицо, которое я видел сотни раз на экране.
Лицо Ви.
— Чёрт, — прошептал я.
Женщина сняла маску.
— Именно это я и сказала, когда увидела результаты сканирования. У тебя внутри кусок военной технологии и крайне плохая перспектива.
— Какой сейчас год?
Она посмотрела на меня так, будто я спросил, что такое кислород.
— 2077-й.
— Какой день?
— Тот, в который ты должен был умереть, если бы я не вытащила тебя из мусорного контейнера.
Я резко сел. В висках вспыхнуло белое.
— Подожди. Контейнер. Ханако. Арасака. Биочип…
Женщина нахмурилась.
— Ты слишком много знаешь для человека, которого нашли с пулей в голове.
Я сжал зубы.
Перед глазами возникли обрывки воспоминаний — не мои и одновременно мои. Дорога из Найт-Сити. Джекки, смеющийся за рулём. Виктор с тёплым голосом. Джуди, стоящая у окна. Панам, ругающаяся на весь лагерь. Девушка с короткими белыми волосами — Альт.
Они не были воспоминаниями. Скорее, файлами, которые кто-то загрузил в повреждённый мозг.
— Сколько у меня времени? — спросил я.
— Если ты спрашиваешь про жизнь, — женщина убрала инструменты, — несколько дней. Если про твою проблему с чипом — меньше.
Я спустил ноги с кушетки. Комната качнулась.
— Ты врач?
— Рипердок.
— Имя?
— Неважно.
— Для меня важно всё.
Она усмехнулась.
— Тогда зови меня Мара. А теперь объясни, почему ты говоришь так, будто уже видел собственные похороны.
Я посмотрел на металлическую дверь. За ней гремел Найт-Сити — город, где ночь никогда не заканчивалась, а жизнь стоила дешевле хорошего импланта.
В моей голове сидел Джонни Сильверхенд.
Пока ещё нет.
Но будет.
Я знал это точно.
— Мара, — сказал я, — мне нужно оружие, транспорт и доступ к старой сети.
— Ты едва стоишь.
— У меня есть несколько дней.
— Для чего?
Я поднял глаза.
— Чтобы переписать сюжет.
Я не стал звонить Декстеру ДеШону.
Это было первое решение, которое изменило всё.
Не потому, что я сомневался в ограблении. Чип всё равно был нужен. Без него не было бы Джонни, без Джонни не было бы доступа к Альт, а без Альт я не смог бы решить главную проблему.
Но я не собирался позволять Декстеру использовать нас как расходный материал.
Джекки нашёл меня через два часа после выхода из клиники. Он ворвался в дешёвую забегаловку у Кабуки, хлопнул ладонью по столу и уставился на меня.
— Братан, ты выглядишь так, будто тебя переехал грузовик.
— Почти угадал.
— А говоришь бодро.
— Я вообще полон сюрпризов.
Джекки сел напротив. Его рука легла на кобуру, но взгляд оставался тёплым.
— Что случилось?
Я разглядывал его лицо и чувствовал неприятное давление под рёбрами.
Я знал, что он умрёт.
В лифте. На руках у меня. Скажет, что мама ждёт его дома. Передаст мне биочип. И всё.
Существование этой информации было хуже любого кошмара. Я мог спасти его. Должен был.
— У нас проблемы с Дексом, — сказал я.
— Это новость?
— Он собирается подставить нас.
— Все в Найт-Сити кого-нибудь подставляют.
— Нет. Он собирается использовать нас для кражи чипа Арасаки, а потом убрать.
Джекки наклонился ближе.
— Откуда ты знаешь?
— Видел будущее.
Он несколько секунд молчал. Потом расхохотался.
— Чумо, ты после рипера совсем поехал.
— Джекки.
Я говорил спокойно, но внутри меня всё горело.
— Скажи Декстеру, что берёмся. Но я хочу знать весь план заранее. И запасной выход. И ещё одного человека в команде.
— Кого?
— Нетраннера. Настоящего.
— У нас есть Ти-Баг.
— Ти-Баг хороша. Но недостаточно хороша, чтобы вытащить нас из системы, которую спроектировал Арасака.
Джекки перестал улыбаться.
— Ты что-то знаешь.
— Знаю, что обычный план закончится плохо.
— А необычный?
— Может закончиться ещё хуже. Но у нас появится шанс.
Он долго смотрел на меня. Потом выдохнул.
— Ладно. Я с тобой. Даже если ты теперь разговариваешь как мутный пророк.
— Отлично.
— Но если ты начнёшь продавать предсказания на улицах, я лично сдам тебя Виктору.
— Договорились.
Джекки протянул кулак. Я стукнулся своим.
В этот момент мне впервые стало ясно: спасти его будет сложнее, чем просто предупредить.
Потому что судьба не была сценарием.
Она была системой.
Ти-Баг согласилась изменить план после того, как я показал ей кусок кода из внутренней архитектуры Арасаки.
— Откуда это у тебя? — спросила она.
— Долгая история.
— Не люблю длинные истории. В них обычно слишком много трупов.
— Поэтому и показываю.
Мы встретились в полутёмном помещении над магазином электроники. На стенах висели разобранные дроны, старые процессоры и неоновые вывески, которые никто не собирался ремонтировать.
— Чип не просто хранит цифровую личность, — сказал я. — Он переписывает нейронную структуру владельца. Но есть второй контур.
— Защита от копирования?
— Нет. Аварийный канал. Чип может передавать данные наружу. Не в сеть, а на специальный узел.
Ти-Баг выпрямилась.
— Куда?
— В Микоси.
— Это невозможно.
— Именно поэтому Декс считает, что его невозможно вычислить. После ограбления Арасака не просто будет искать чип. Она начнёт проверять все следы.
— А ты откуда знаешь, что будет после?
Я посмотрел на неё.
— Потому что это уже случилось.
Ти-Баг замолчала.
Мы изменили план.
Во-первых, украденный биочип не должен был оставаться у нас дольше нескольких минут. Во-вторых, Ти-Баг заранее создала ложный маршрут передачи данных. В-третьих, мы договорились не доверять Декстеру ни при каких обстоятельствах.
Я связался с Виктором и попросил его подготовить медицинское оборудование.
— Ви, — сказал он, — ты хочешь рассказать, зачем тебе аппарат для нейронного охлаждения?
— На случай, если всё пойдёт плохо.
— Всё всегда идёт плохо.
— Тогда на случай, если пойдёт катастрофически плохо.
Виктор вздохнул.
— Ты изменился.
Я опустил взгляд.
— Может быть.
— Взрослеешь?
— Скорее, умер и вернулся.
Он посмотрел на меня внимательно, потом кивнул.
— Тогда постарайся не умирать снова. Это плохо влияет на расписание.
Панам я не знал. Ещё не знал.
Но уже тогда понимал: без неё план не сработает.
Панам Палмер должна была стать частью истории позже. Я собирался встретить её раньше.
Мы выехали к «Конпеки Плаза» глубокой ночью.
Джекки вёл машину, постукивая пальцами по рулю. Ти-Баг сидела сзади, подключённая к системе, и ругалась на архитектуру отеля. Я смотрел на город за окном.
Найт-Сити выглядел именно так, как я его помнил: башни, уходящие в туман; реклама, проецируемая прямо на дождь; люди с хромированными лицами; полиция, которая появлялась только там, где уже было поздно.
— Эй, — сказал Джекки, — ты точно в порядке?
— Нет.
— Хорошо. А то я начал думать, что ты стал скучным.
— Если увидишь, что я начинаю вести себя странно, не давай мне подключаться к биочипу.
— К какому чипу?
— К тому, который мы украдём.
— Я думал, ты хочешь украсть его.
— Я хочу использовать его.
Джекки бросил на меня быстрый взгляд.
— Это тот момент, где ты должен объяснить?
— Не в машине.
— Почему?
— Потому что Ти-Баг может услышать.
— Я слышу, — сказала Ти-Баг с заднего сиденья.
— Вот видишь.
Джекки покачал головой.
В отеле всё пошло не по плану сразу.
Охрана обнаружила технический сбой раньше, чем рассчитывала Ти-Баг. Один из дронов завис у окна, а потом развернулся в нашу сторону.
— Ви, — прошептала Ти-Баг через связь, — у нас две минуты.
— Должно быть десять.
— А у меня для тебя плохие новости: две.
Мы проникли в номер Сабуро Арасаки на пределе возможностей. Джекки ударил охранника, я перехватил второго, Ти-Баг отключила систему, но в коридоре уже раздавались шаги.
Затем вошли Сабуро и Ёринобу.
Сцена разыгрывалась почти так же, как я помнил.
Отец. Сын. Гнев. Чёрный кейс.
Я мог вмешаться.
Мог выстрелить в Ёринобу, когда он стоял спиной.
Мог предупредить Сабуро.
Но тогда погиб бы весь наш план.
Я сжал рукоять оружия так, что побелели пальцы.
Джонни появился позже, но его тень уже лежала на комнате.
Ёринобу убил отца.
Джекки выругался.
— Теперь?
— Сейчас.
Мы забрали чип.
Ти-Баг попыталась вывести нас через служебный канал, но Арасака уже запустила локальную блокировку.
— Я не могу открыть дверь, — сказала она. — Здесь другая система.
— Дай мне доступ.
— Ты не нетраннер.
— Дай.
Я подключился к панели.
Сначала пришла боль. Затем — шум. Миллионы строк данных, слепые камеры, охранные протоколы, нервные импульсы оборудования.
Я не умел взламывать такие системы.
Но Ви умел.
Его навыки всплыли в памяти, как мышцы, которые давно не использовали. Я не понимал, что нажимаю, но пальцы двигались сами.
Дверь открылась.
— Какого хрена… — начала Ти-Баг.
— Потом.
Мы выбрались из номера, но тревога уже поднялась.
И вот тогда я совершил вторую ошибку.
Я решил, что знаю, как спасти Джекки.
Когда мы добрались до лифта, охрана перекрыла нижний этаж. Я выстрелил в ближайшую камеру, а затем увидел боковой технический коридор.
В игре его не было.
В реальности он был.
Мы свернули.
Там нас ждали.
Два бойца Арасаки вышли из тени. Джекки успел убить одного, но второй выстрелил ему в живот.
Он пошатнулся.
Я уничтожил нападавшего и подхватил друга.
— Всё нормально, — прохрипел Джекки.
Нет.
Ничего не было нормально.
Мы добрались до лифта. Ти-Баг открыла его вручную. Внизу нас встретили новые враги.
Джекки становился тяжелее.
— Держись.
— Я держусь.
— Мы выберемся.
— Конечно.
— Я отвезу тебя к Виктору.
— Сначала… чип.
Он протянул мне кейс.
Я хотел сказать, что всё будет хорошо.
Но Джекки уже знал, что это ложь.
Он умер до того, как мы добрались до выхода.
Не на моих руках, как в знакомой сцене.
На металлическом полу лифта.
Его глаза оставались открытыми.
Я ненавидел этот момент сильнее всего.
Потому что, изменив судьбу, я не спас его.
Я только заставил его умереть иначе.
Декстер встретил нас в заброшенном мотеле.
Ти-Баг исчезла сразу после побега. Она сказала, что ей нужно проверить сеть и стереть следы. Я понимал, что она не вернётся.
Джекки лежал в багажнике автомобиля. Я не позволил Декстеру забрать тело.
— Где чип? — спросил он.
— У меня.
— Покажи.
Я стоял напротив него, держа оружие в руке.
— Ты уберёшь меня после передачи.
Декстер моргнул.
— У тебя жар?
— Ответь.
— Парень, я не знаю, кто залез к тебе в голову, но ты начинаешь раздражать.
— Ты приказал Брэку убить нас, если что-то пойдёт не так.
— Никогда не слышал о таком человеке.
— Ты приехал не за чипом. Ты приехал за свидетелем.
Декстер вздохнул и потянулся к пистолету.
Я выстрелил первым.
Тело рухнуло между двумя креслами.
Убить его оказалось проще, чем я ожидал.
Страшнее было другое: в момент выстрела я почувствовал облегчение.
Найт-Сити быстро учил плохим привычкам.
Я забрал его оружие, деньги и переносной терминал. Потом вызвал Эвелин Паркер.
Она ответила не сразу.
— Ви? Что случилось?
— План изменился.
— Где Декс?
— Мёртв.
На другом конце повисла пауза.
— Ты не должен был его убивать.
— Он должен был убить нас.
— Ты получил реликвию?
— Да.
— Привези её мне.
— Нет.
Голос Эвелин стал холоднее.
— Ты не понимаешь, во что ввязался.
— Понимаю лучше, чем ты думаешь. Ты хочешь использовать чип, чтобы получить доступ к проекту «Микоси», а потом сбежать от «Вудуистов». Бриджитт собирается убрать тебя, как только ты станешь бесполезна.
Пауза стала длиннее.
— Кто ты?
— Человек, который предлагает тебе выход.
— Какой?
— Мы встретимся с Джуди. Ты расскажешь ей всё. Никаких игр с «Вудуистами», никаких попыток в одиночку взломать «Реликвию». А потом ты исчезаешь из Найт-Сити.
— И ты просто отпустишь меня?
— Если будешь честной.
— Ты очень изменился, Ви.
— Да.
— Тебе не идёт.
— Мне тоже не нравится.
Виктор обнаружил, что чип уже активен, как только я принёс его в клинику.
— У тебя температура сорок, — сказал он. — И показатели мозга скачут.
— Можно убрать его?
— Можно. Но если я вытащу чип сейчас, ты умрёшь.
— Если оставить?
Виктор посмотрел на меня.
— Тоже.
Он подключил диагностику.
На экране вспыхнуло лицо Джонни Сильверхенда.
Он выглядел моложе, чем я ожидал. И злее.
— Ну наконец-то, — сказал он. — А я уже начал думать, что этот ковбойский городок совсем лишён гостеприимства.
Я отступил.
— Ты не должен был появиться сейчас.
— Взаимно.
Джонни оглядел комнату.
— Где мы?
— В клинике Виктора.
— Кто такой Виктор?
— Человек, который может починить мне голову.
— Если судить по твоей физиономии, он уже провалился.
— Джонни, — сказал я.
Он прищурился.
— Ты знаешь моё имя.
— Знаю.
— И знаешь, что будет дальше?
Я ничего не ответил.
Джонни улыбнулся.
— Тогда у нас будет много о чём поговорить.
Виктор отключил диагностику.
— Он видит тебя?
— Пока только как проекцию.
— Хорошо.
— Что значит «хорошо»? — спросил Джонни. — Я стою прямо здесь.
— Для тебя это неважно, — сказал я.
— Ты уже достал меня, а мы знакомы меньше минуты.
— Привыкай.
Я вышел из клиники на улицу.
Мне нужно было найти Джуди.
Она находилась в «Лиззи», спорила с Сюзи и пыталась не показать, как сильно боится за Эвелин.
Когда я рассказал ей правду, она сначала не поверила.
Потом я назвал детали, которые не мог знать.
— Если ты врёшь, — сказала Джуди, — я сама вытащу тебе мозги через нос.
— Справедливо.
Мы вывели Эвелин из «Облаков» до того, как её успели передать «Вудуистам». Я не стал убивать Матильду Розен. Не стал устраивать бойню в клубе. Мы подделали данные и заставили менеджмент поверить, что Эвелин перевели в частную клинику.
Проблема была в том, что «Вудуисты» всё равно узнали.
Бриджитт позвонила на следующий день.
— Ви, — произнесла она своим глухим голосом. — Ты украл то, что не понимаешь.
— Я понимаю достаточно, чтобы не позволить тебе подключить меня к Чёрному заслону.
— Ты хочешь спасти себя?
— Я хочу заключить сделку.
— С нами не заключают сделки.
— Тогда ты умрёшь вместе со всем районом.
Я отправил ей фрагмент будущего сигнала — не настоящий, а собранный из украденных данных Декса. На нём была карта сети, заражённой программой, которая могла уничтожить весь Пасифика.
Бриджитт ответила через минуту.
— Откуда это?
— Из будущего.
— Ты снова говоришь это.
— Потому что это правда.
Я предложил ей доступ к данным в обмен на помощь.
Бриджитт согласилась.
Но предательство началось ещё до нашей встречи.
Когда меня подключили к их системе, я почувствовал, как ледяные пальцы чужого кода входят в сознание.
Джонни закричал:
— Вырубайся!
Я не успел.
Чёрный заслон раскрылся подо мной, как бездна.
Там не было ни стен, ни света. Только бесконечные фрагменты человеческих голосов.
И среди них — Альт Каннингем.
Она была похожа на женщину из воспоминаний Джонни, но одновременно не имела лица.
— Ты не тот, кто должен был носить этот чип, — сказала она.
— Знаю.
— Тогда почему ты здесь?
— Чтобы остановить войну.
— Война уже произошла.
— Будет новая.
Альт приблизилась.
— Ты думаешь, что будущее можно переписать, потому что знаешь несколько событий. Но знание — не власть. Это только груз.
— Тогда помоги мне его поднять.
Она посмотрела за мою спину.
Там стоял Джонни.
— Он уже заражает тебя.
— Он нужен мне.
— Ты уверен?
— Нет. Но он тоже не уверен ни в чём. Это делает нас равными.
Джонни усмехнулся.
— Слышала? Я начинаю ему нравиться.
— Нет, — сказала Альт. — Но он тебе необходим.
Потом всё исчезло.
Я проснулся на полу в Пасифике. Бриджитт лежала рядом, мёртвая. Все терминалы вокруг были залиты кровью и перегоревшими имплантами.
Пласид стоял у двери, направив на меня пистолет.
— Что ты сделал?
— Выжил.
— Вирус должен был убить тебя.
— Он убил вас.
Пласид выстрелил.
Джуди спасла меня, ударив его электрошокером. Я выстрелил в потолок, не дав себе убить его.
— Почему оставил? — спросила она.
— Потому что нам нужен его доступ.
— Ты всё ещё думаешь на три шага вперёд?
— Нет. Теперь я думаю на десять.
— Это хуже.
— Знаю.
Следующим шагом была Панам.
Я нашёл её на стоянке «Алдекальдо», где она пыталась украсть собственный грузовик у человека, который когда-то называл её семьёй.
— Ты Ви? — спросила она.
— Да.
— Роуг сказала, что ты странный.
— Роуг меня не любит.
— Роуг никого не любит.
— Верно.
Панам скрестила руки.
— Мне нужен «Мизутани», потом Базилиск. И человек, который не задаёт лишних вопросов.
— Я задаю много вопросов.
— Тогда ты уже не подходишь.
— Зато я знаю, где спрятан твой груз.
Она замерла.
— Откуда?
— За старой заправкой, под третьим контейнером. Код замка — день рождения твоего отца.
Панам вытащила пистолет.
— Повтори.
— Я пришёл помочь.
— Если это шутка…
— Через десять минут сюда приедут люди Нэша. Через двадцать — они будут мертвы. Твой груз окажется у тебя, но ты потеряешь машину. Потом мы поедем за Сол и попадём в засаду.
Панам смотрела на меня так, будто пыталась решить, стоит ли стрелять сразу или сначала выяснить детали.
— Кто ты?
— Человек, которому тоже нужна помощь.
Она всё равно пошла за грузом.
Через полчаса мы уже ехали к месту, где держали Сол.
Засаду я разрушил заранее. Мы обошли лагерь с другой стороны и вывели Сол без перестрелки. Панам была разочарована, но не настолько, чтобы жаловаться.
— Ты знал, где стоят камеры.
— Да.
— Ты знал, что они скажут.
— Почти.
— Ты знал, что я сейчас спрошу?
— Нет.
— Тогда ты не такой умный.
Я улыбнулся.
— Никому не говори. У меня репутация.
Сол не доверяла мне. И правильно делала.
Но когда я рассказал ей о Ханако, о войне внутри Арасаки и о том, что Ёринобу собирается использовать смерть отца для захвата власти, она поняла, что перед ней не обычный наёмник.
— Ты хочешь использовать кочевников для штурма корпорации? — спросила Сол.
— Нет. Я хочу, чтобы кочевники помогли построить путь наружу.
— А внутри?
— Внутри будут другие.
Я связался с Роуг.
Она выслушала меня молча.
— Если ты хочешь ударить по «Арасаке», — сказала она наконец, — у тебя должен быть план лучше, чем «просто войти и стрелять».
— Есть.
— И цена?
— Слишком высокая.
— Для кого?
— Для всех.
Роуг согласилась на встречу.
На ней я рассказал всё: про биочип, Джонни, Альт, Микоси, Ханако и фальшивую войну, которую Ёринобу собирался развязать против корпорации, чтобы уничтожить её изнутри.
— Ты хочешь свести вместе кочевников, хакеров, Джуди, Эвелин, Мисти, Виктора и меня, — сказала Роуг. — А ещё саму Арасаку.
— Ханако нужна нам.
— Ханако не будет работать с нами.
— Будет, если поймёт, что Ёринобу проигрывает.
— А если ты ошибаешься?
— Тогда Найт-Сити сгорит.
Роуг покрутила в пальцах сигарету.
— Паршивый план.
— Но рабочий.
— Все хорошие планы в этом городе паршивые.
Она согласилась.
Ханако я встретил не на собрании, не в башне и не под охраной.
Я нашёл её в старом храме на окраине Уэст-Виндс. Она сидела перед каменным алтарём, а вокруг стояли три телохранителя.
— Ты пришёл один, — сказала она.
— Нет. Со мной Джонни.
— Его нет.
— Это он так думает.
Джонни стоял у колонны, скрестив руки.
— Передай этой аристократке, что я всё ещё могу её слышать.
— Она тебя не слышит.
— Тогда зачем ты со мной разговариваешь?
— Привычка.
Ханако смотрела на меня без страха.
— Ты утверждаешь, что имеешь доказательства: мой брат убил Сабуро и готовит внутренний переворот.
— Он уже начал. Но проблема не в Ёринобу.
— В чём же?
— В том, что Арасака строит систему, которая уничтожит различие между человеком и его копией. Если вы запустите её полностью, никто больше не сможет доказать, что живёт собственной жизнью.
— Мой отец считал, что личность можно сохранить.
— Он ошибался.
— А ты уверен, что нет?
— Я ношу в голове другого человека. Поверьте, я уверен.
Ханако впервые изменилась в лице.
Я передал ей данные, собранные Ти-Баг и Альт. Поддельные файлы, настоящие схемы, расчёты вероятностей. А главное — запись голоса Сабуро, в которой он признавал, что планировал использовать Микоси для создания цифровой армии из душ умерших корпоратов.
— Если я помогу тебе, — сказала Ханако, — ты уничтожишь систему.
— Я не позволю ей стать оружием.
— А что ты сделаешь с моим братом?
Я посмотрел на Джонни.
— Дам ему шанс.
— Ты ответил не на мой вопрос.
— Потому что не знаю.
Это была первая честная фраза за много дней.
Ханако согласилась.
Но только на первый этап.
Она не поверила мне. Она поверила цифрам.
План начался с аварии.
Арасака объявила, что Ёринобу атаковал собственные подразделения и готовит нападение на Микоси. В ответ корпорация усилила охрану башен, перекрыла дороги и ввела режим военного контроля.
Панам и Альдекальдо устроили ложную атаку на грузовой узел.
Роуг подняла старые связи среди наёмников.
Эвелин, подключённая к системе Джуди, передала нам внутренние ключи доступа.
Ти-Баг появилась снова через двадцать минут после начала операции.
Она выглядела измученной.
— Я не умерла, — сказала она. — Не радуйся. Просто спряталась.
— Ты получила доступ к Микоси?
— Нет. Я получила доступ к тому, что находится под Микоси.
— Что там?
— Пустота. Старая сеть. И кое-кто, кто наблюдает за нами.
— Альт?
— Нет. Кто-то другой.
Это была плохая новость.
Но времени на страх не осталось.
Мы вошли в башню через технические шахты, которые Панам нашла по старым планам. Первой группой шли кочевники. Второй — Роуг и несколько наёмников. Я двигался между ними, подключаясь к дверям и камерам.
Джонни становился всё ярче.
— Ты понимаешь, что с каждой минутой я всё больше похож на тебя? — спросил он.
— Это временно.
— Ты так говоришь уже неделю.
— Потому что это всё ещё временно.
— А если нет?
— Тогда найдём другой вариант.
— Ты всегда такой?
— Какой?
— Упрямый.
— Нет. Раньше был хуже.
— Не могу представить.
В центре башни нас встретили бойцы спецподразделения.
Началась бойня.
Люди падали на стеклянный пол, кровь смешивалась с дождём по другую сторону прозрачных стен. Я стрелял, двигался, прятался за колоннами, взламывал дронов.
Роуг получила пулю в плечо.
Панам едва не потеряла руку.
Ти-Баг заглушила артиллерийскую систему, но её имплант перегрелся.
Я знал каждую секунду заранее, но реальность всё равно находила новые способы причинить боль.
В лаборатории нас ждала Ханако.
И Ёринобу.
Он стоял перед огромным экраном, где вращалась карта Микоси.
— Ты привёл сюда всех врагов Арасаки, — сказал он.
— Ты сам открыл им дверь.
— Я пытался спасти корпорацию от отца.
— Нет. Ты пытался сжечь дом, чтобы никто не узнал, что именно ты украл спички.
Ёринобу улыбнулся.
— Ты думаешь, что знаешь меня.
— Я знаю, что ты любил его. И ненавидел. Этого достаточно.
Он достал оружие.
Ханако подняла руку.
— Брат.
— Ты на его стороне?
— Я на стороне будущего.
— У Арасаки нет будущего.
— Возможно.
Ёринобу посмотрел на сестру и впервые выглядел не как лидер, а как человек, который понял, что проиграл.
— Тогда убей меня.
Ханако не ответила.
Вместо неё ответил Джонни.
— Вот тут я полностью согласен с этим психом.
Я почувствовал, как он давит на сознание.
— Не вмешивайся.
— Он собирается устроить ядерный фейерверк.
— Я знаю.
— Нет, не знаешь. Внизу уже активирован протокол. Через пять минут башня будет уничтожена вместе с Микоси.
Я посмотрел на экран.
Действительно. Обратный отсчёт.
Ёринобу не хотел победить.
Он хотел, чтобы победить не смог никто.
Я бросился к терминалу.
— Ти-Баг, мне нужна связь с подземным ядром.
— Там защита уровня «убей свой мозг».
— Значит, будем экономить патроны.
— Ви, ты понимаешь, что термин «убей свой мозг» в твоём случае не метафора?
Я подключился.
Мир снова исчез.
Внутри сети не было тела.
Только голос.
— Ты опять пришёл, — сказала Альт.
— Мне нужен доступ.
— Ты хочешь уничтожить Микоси?
— Нет. Изменить.
— Всё, что люди пытаются изменить, они сначала ломают.
— Тогда помоги мне не сломать.
Передо мной появился коридор.
Слева — тысячи цифровых личностей, запертых в хранилищах. Справа — контуры военного ИИ, готового перехватить управление.
В центре стоял Джонни.
Но теперь он выглядел иначе. Полупрозрачный, разорванный на части.
— Ты должен выбрать, — сказала Альт. — Уничтожить систему вместе с ним. Или позволить ему занять твоё тело.
— Есть третий вариант.
— Нет.
— Он всегда есть.
Я увидел нечто за пределами коридора.
Слабый импульс.
Тот самый неизвестный наблюдатель, о котором говорила Ти-Баг.
Он не был личностью. Не был ИИ в привычном смысле. Скорее, сетью, которая научилась собирать остатки человеческих сознаний и использовать их как нейронную ткань.
Прототип новой жизни.
Чёрный заслон скрывал не пустоту.
Он скрывал рождение.
— Что это? — спросил я.
Альт впервые замолчала.
Джонни повернулся.
— Думаю, у нас новая проблема.
Я направил сознание к импульсу.
Существо заговорило множеством голосов:
— ВЫ — НОСИТЕЛИ. ВЫ — ПАМЯТЬ. ВЫ — ПЕРЕХОД.
— Кто тебя создал?
— ВЫ.
— Как тебя остановить?
— НИКАК.
— Как тебя изменить?
Пауза.
— ДОБРОВОЛЬНАЯ СВЯЗЬ.
Я понял.
Микоси не нужно было уничтожать. Нужно было лишить его власти над сознаниями. Сделать сеть открытой — но только для тех, кто согласен войти.
Звучало безумно.
Но другого пути не было.
— Альт, — сказал я, — ты можешь переписать протокол?
— Да.
— А Джонни?
— Он станет частью процесса.
— Насколько частью?
— Навсегда.
Я посмотрел на него.
Джонни молчал.
— У тебя есть выбор, — сказал я.
— Ненавижу выборы.
— Можешь остаться в моём теле.
— И однажды стереть тебя.
— Или уйти.
— Куда?
— В сеть. К Альт.
Он усмехнулся.
— Ты предлагаешь мне рай?
— Я предлагаю тебе шанс перестать быть призраком.
— А ты что получишь?
— Жизнь.
— Не слишком жадно?
— После всего, что случилось, хочу попробовать.
Джонни подошёл ближе.
— Ты знаешь, что я не хороший человек?
— Знаю.
— Я убивал.
— Знаю.
— Я предавал.
— Знаю.
— Я любил так, что ломал всё вокруг.
— Это я тоже знаю.
— Тогда почему помогаешь мне?
Я ответил не сразу.
— Потому что ты всё равно человек.
Джонни коснулся моего лба.
Мир взорвался светом.
В реальности я закричал.
Виктор говорил по связи. Джуди звала меня. Ти-Баг ругалась. Сигналы смешивались в один сплошной шум.
Альт начала переписывать систему.
Микоси сопротивлялся.
Тысячи голосов проснулись одновременно.
Кто-то плакал. Кто-то проклинал нас. Кто-то умолял вернуть его обратно. Кто-то смеялся.
Вся история человечества оказалась заперта внутри нескольких серверных башен.
И теперь у неё появилась дверь.
Я открыл её.
Обратный отсчёт остановился на трёх секундах.
Вся башня погрузилась во тьму.
Потом свет вернулся.
Ёринобу стоял перед экраном, на котором исчезла карта Микоси.
— Что ты сделал? — спросил он.
— Отнял у вас контроль.
Ханако посмотрела на данные.
— Все сохранённые личности доступны.
— Только добровольно.
— Это уничтожит экономическую модель Арасаки.
— Да.
— Ты понимаешь, что случится?
— Люди узнают, что корпорация хранила их родственников, учёных, солдат, преступников и президентов. Начнётся хаос.
— Гражданская война.
— Возможно.
— Ты обрёк миллионы.
— Вы уже обрекли миллионы. Я просто выключил замок.
В этот момент за стенами башни что-то взорвалось.
Панам передала по связи:
— Ви, у нас проблема. По городу идут удары. Кто-то запустил боевые платформы.
— Ёринобу?
— Нет, — сказала Ти-Баг. — Это автономная сеть. Она больше не подчиняется никому.
Новый ИИ использовал военную инфраструктуру.
Альт не успела полностью изолировать его.
— Сколько времени? — спросил я.
— Девять минут, — ответила Ти-Баг.
— До чего?
— До того, как система запустит все ракеты в Найт-Сити.
Мы все замолчали.
Вот теперь начался настоящий конец света.
Я связался с Альт.
— Ты сказала, что не можешь его остановить.
— Я могу закрыть его внутри Микоси.
— Тогда закрой.
— Вместе с собой.
— У тебя есть другой вариант?
— Нет.
— Делай.
— А ты?
— Я вытащу всех отсюда.
— Твоя биология нестабильна.
— Я всё равно попробую.
Альт отключилась.
В башне началась эвакуация. Корпоративные солдаты, кочевники, наёмники и хакеры смешались в одном потоке. Никто больше не понимал, кто враг.
Ёринобу остался.
— Идите, — сказал он Ханако. — Я задержу охрану.
— Ты не обязан умирать.
— Я обязан был сделать это раньше.
Он взял оружие и пошёл к главному коридору.
Ханако посмотрела на меня.
— Ты спас моего брата от самого себя.
— Не уверен, что спас.
— Он впервые сделал выбор не ради мести.
Мы ушли.
На нижних уровнях башни я увидел, что Джонни исчез.
Не умер.
Исчез.
Внутри головы было непривычно тихо.
Пугающе тихо.
— Ви, — сказала Джуди по связи, — ты там?
— Да.
— Я думала, ты умер.
— Я тоже.
— Что нам делать?
Я посмотрел на огромный экран, где красные точки двигались по карте города.
— Остановить Найт-Сити от самоубийства.
— Хорошо. Как?
— У меня есть идея.
— Она безумная?
— Конечно.
— Тогда рассказывай.
Нам понадобился доступ к центральной телекоммуникационной вышке.
Её контролировала корпорация «Милитек».
Панам и Альдекальдо атаковали с поверхности. Роуг организовала отвлекающий удар на соседнем узле. Ханако приказала оставшимся силам Арасаки не вмешиваться.
Я вошёл внутрь через вентиляционный канал.
Город снаружи горел.
Не весь — пока нет. Но кварталы один за другим отключались. Ракетные платформы просыпались на крышах. Люди выбегали на улицы, не понимая, куда смотреть.
На верхнем уровне меня ждала Адам Смэшер.
Я знал его.
Знал, как он атакует, где у него слабые места, сколько секунд нужно, чтобы он сменил позицию.
Но он тоже был не прежним.
Автономная сеть усилила его боевую систему.
— Ви, — прогремел он. — Объект распознан.
— Адам.
— Ты уничтожил Сабуро Арасаку.
— Нет. Это сделал его сын.
— Ты уничтожил Микоси.
— Я изменил его.
— Одинаково.
Он бросился вперёд.
Бой длился меньше минуты.
Но каждая секунда была похожа на падение с крыши.
Смэшер пробил стену, разорвал металлическую опору, швырнул меня через весь зал. Я потерял оружие. Он навёл ракетницу.
В этот момент на его броне вспыхнули красные линии.
Ти-Баг взломала систему.
— У тебя двадцать секунд, — сказала она.
— На что?
— На всё.
Я бросился к нему.
Первый выстрел попал в грудь.
Второй — в сустав.
Третий я сделал почти в упор, в разъём под челюстью.
Смэшер рухнул.
— Двадцать секунд прошли, — сказала Ти-Баг.
— Ты могла предупредить.
— Я предупредила.
Мы добрались до ядра вышки.
В центре зала стояла установка, соединённая с орбитальными платформами и военными спутниками. Внутри неё вращалось множество красных индикаторов.
— Нам нужно перенаправить команду запуска, — сказала Ти-Баг. — Но система не примет человеческий ключ.
— А цифровой?
— У нас нет цифровой личности, которая может выдержать такой объём данных.
Я почувствовал пустоту в голове.
Потом услышал голос.
— Наконец-то ты догадался.
Джонни стоял рядом.
Но теперь он был не призрачным образом, а вспышкой света.
— Ты вернулся.
— На пару минут. Альт дала мне канал.
— Ты можешь остановить запуск?
— Могу.
— Тогда делай.
— А ты?
— Я буду держать систему.
— Она сожжёт тебя.
— Я уже умер однажды. Помнишь?
— Я не хочу, чтобы ты умирал снова.
— Джонни, это не просьба.
Он посмотрел на меня с раздражением.
— Ты ужасно командуешь.
— Мне говорили.
— Если я войду в систему, ты можешь потерять часть себя.
— Какую?
— Все, что связано со мной.
Я понял.
Он не мог уйти незаметно.
Если Джонни отдаст себя системе, след его присутствия исчезнет из моей памяти. Я забуду его голос. Его шутки. Ненависть. Дни, когда он сидел у меня в голове и говорил, что я жалкий.
— Ты хочешь, чтобы я забыл тебя?
— Я хочу, чтобы ты остался собой.
— Это не одно и то же.
— Для меня — одно.
Я схватил его за плечо.
— Не смей решать за меня.
— Ты сам сказал, что я человек.
— Тогда веди себя как человек и дай мне выбрать.
Джонни замолчал.
Я подключил нас обоих к системе.
Мир превратился в огонь.
Сигналы запускались один за другим. Я видел ракеты на стартовых площадках, видел траектории, слышал крики операторов.
Джонни вошёл в сеть.
Я удерживал команду.
Система пыталась стереть меня.
Альт говорила что-то на фоне.
Ти-Баг кричала, что осталось сорок секунд.
Я чувствовал, как исчезают воспоминания.
Сначала запах масла в гараже.
Потом голос Джонни.
Потом лицо.
— Нет, — сказал я.
Я вцепился в него мыслями.
— Ты не исчезнешь.
— Ви…
— Ты не исчезнешь!
Я вытащил из своей памяти всё, что было связано с ним, и сжал в один файл.
Песню. Его сигареты. Боль. Его предательство. Разговор на крыше. Чёрные глаза. Признание, которое он так и не произнёс.
Файл вспыхнул.
Система приняла его.
Все ракеты остановились.
Часть боевых платформ отключилась. Остальные развернулись и выпустили заряд в океан, где вспышки осветили ночь.
Джонни исчез.
Окончательно.
Я рухнул на пол.
Ти-Баг кричала что-то о моих показателях.
Джуди плакала в канале связи.
Альт сказала:
— Он оставил тебе подарок.
На внутреннем интерфейсе появился новый файл.
«Сильверхенд_архив».
Я не открывал его.
Пока.
Через три месяца Найт-Сити уже не был прежним.
Арасака потеряла контроль над Микоси. Ханако исчезла вместе с частью совета директоров. Ёринобу официально объявили террористом, но его лицо стало символом для тех, кто хотел уничтожить корпорацию.
«Милитек» заявил, что спас город.
Никто не поверил.
«Вудуисты» закрыли доступ к Чёрному заслону.
Они всё равно продолжали исследовать его, но теперь делали это осторожнее.
Ти-Баг создала независимую сеть, где цифровые личности могли сами выбирать: оставаться в хранилищах, уходить в сеть или возвращаться через синтетические тела.
Панам и Альдекальдо уехали из Найт-Сити.
Перед отъездом она сказала:
— Ты мог поехать с нами.
— Мог.
— Почему не поехал?
— Потому что кто-то должен был убедиться, что город не уничтожит себя.
— Город не стоит таких усилий.
— Иногда люди стоят.
Она улыбнулась.
— Ты теперь точно странный.
— Я всегда был таким.
— Нет. Раньше ты просто хорошо это скрывал.
Джуди осталась.
Эвелин тоже.
Она долго не могла вернуться к прежней жизни, но однажды открыла небольшую студию в Уэст-Виндс, где помогала людям, которых корпорации пытались стереть из памяти.
Роуг больше не работала наёмницей.
Она стала посредником между городскими группировками и правительством, хотя каждую встречу начинала словами:
— Не путайте посредника с другом.
Виктор установил мне новый имплант.
— Биочип всё ещё влияет на тебя, — сказал он. — Но теперь не разрушает мозг.
— А сколько мне осталось?
Он посмотрел на показания.
— Не знаю.
— Хороший ответ.
— Лучший из доступных.
Мисти подарила мне маленькую фигурку.
— Она должна напоминать, что путь никогда не бывает прямым.
— А если я снова окажусь на краю?
— Тогда поверни.
— Куда?
— В сторону, которую ещё не пробовал.
Я поставил фигурку на стойку рядом с терминалом.
Каждую ночь я открывал архив Джонни, но не решался его прослушать.
Потому что знал: внутри был последний разговор.
И боялся, что после него окончательно перестану помнить.
Я открыл файл зимой.
Найт-Сити накрыл густой дождь. Электричество мигало, а на горизонте вместо рекламы впервые за много лет была видна настоящая темнота.
В архиве оказался один аудиофайл.
Я нажал воспроизведение.
Сначала шёл шум.
Потом голос Джонни.
— Если ты это слушаешь, значит, я облажался даже после смерти.
Я улыбнулся.
— Не спорю, — сказал я в пустую комнату.
— Ты, наверное, злишься. Или делаешь вид, что не злишься. Ты вообще стал слишком серьёзным. Раньше хоть иногда улыбался.
В записи прозвучал щелчок зажигалки.
— Я не знаю, что будет после. Альт говорит, что сети меняются. Что сознание — это не человек, а набор связей. Может, она права. Может, я теперь просто информация. Может, я растворюсь среди голосов и перестану понимать, где заканчиваюсь я и начинается всё остальное.
Он замолчал.
— Но я помню одну вещь. Ты не был обязан меня спасать. Не был обязан слушать, терпеть и тащить меня через весь этот ад. Ты мог выбросить чип. Мог отдать меня корпорации. Мог просто сдаться.
Пауза.
— Но не сделал этого.
Я закрыл глаза.
— Вот что меня бесит. Я всю жизнь думал, что свобода — это когда никто не может заставить тебя делать то, чего ты не хочешь. А оказалось, свобода — это когда ты сам выбираешь, за что будешь бороться, даже если проигрыш почти гарантирован.
За окном гремел гром.
— Ты не спас Найт-Сити, Ви. Не льсти себе. Город всё ещё гнилой. Корпорации никуда не делись. Люди всё ещё продают друг друга за пару тысяч евро. Но ты дал им выбор. Настоящий. И это больше, чем сделал я.
Голос стал тише.
— Береги Джуди. Не верь Роуг, когда она говорит, что ей всё равно. Не позволяй Панам снова лезть в драку первой. И сходи к Виктору, даже если он говорит, что ты выглядишь нормально. Ты никогда не выглядишь нормально.
Я рассмеялся.
— И ещё. Не становись мною.
Запись почти закончилась.
— Если однажды услышишь меня в сети, не пытайся вернуть. Я не хочу снова быть призраком в твоей голове. Лучше продолжай идти. Найди место, где можно увидеть рассвет. Говорят, он существует.
Файл оборвался.
Я долго сидел неподвижно.
Потом открыл окно.
Дождь ударил в лицо. Внизу двигался город — огромный, яркий, больной и живой.
На улицах появились новые вывески. Люди собирались в группы. Кто-то спорил о будущем. Кто-то торговал оружием. Кто-то искал пропавших родственников среди цифровых архивов.
Найт-Сити не стал добрее.
Он просто впервые не знал, кем ему быть.
Я вышел из комнаты и спустился на улицу.
У входа меня ждала Джуди.
— Ты прослушал? — спросила она.
— Да.
— И?
— Он всё ещё умудряется раздражать меня после смерти.
Джуди улыбнулась.
— Значит, ничего не изменилось.
Мы пошли по мокрому тротуару.
На перекрёстке над нами вспыхнула новая реклама:
«БУДУЩЕЕ ПРИНАДЛЕЖИТ ТЕМ, КТО ЕГО СОЗДАЁТ».
Раньше я бы рассмеялся.
Теперь остановился.
Впервые за всё время я не знал, что произойдёт дальше.
Ни одного готового маршрута.
Ни одного знакомого кадра.
Ни одной гарантированной смерти.
Только улица, дождь и город, который ждал решения.
Я сделал шаг вперёд.
Потом ещё один.
Где-то далеко, за пределами сети, среди миллиардов сигналов, на секунду вспыхнул неизвестный импульс.
Он сложился в короткую последовательность.
Три ноты.
Мелодия, которую невозможно было спутать.
Я остановился.
Джуди посмотрела на меня.
— Что такое?
Я прислушался.
Сигнал исчез.
Осталось только биение города.
— Ничего, — сказал я. — Просто показалось.
Мы продолжили идти.
А над Найт-Сити постепенно занимался рассвет.
Не красивый. Не золотой. Сквозь дым, грязь и рваные облака пробивался тусклый серый свет.
Но он был настоящим.
И впервые за долгое время я не боялся того, что будет дальше.
Потому что дальше не было написано.
Дальше начиналось с меня.
