Как Васька и Петро покоряли курорт история от которой вы будете хохотать до слез. Хотите поднять себе настроение и от души посмеяться? Тогда вам обязательно стоит читать эту историю про двух друзей, решивших устроить себе незабываемый отпуск. Приготовьтесь, ведь читать про приключения Васьки и Петро на курорте «Всё включено» без слез от смеха просто невозможно — это настоящий заряд позитива на весь день!
Васька и Петро были людьми широкой души и еще более широких взглядов на отдых. Когда они, наконец, приземлились в Анталье, их чемоданы напоминали скорее наборы для выживания в тайге, чем багаж туристов: пара ласт, трехлитровая банка домашних огурцов (на всякий случай) и резиновые сапоги, которые Петро взял «на случай, если в море будет грязно».
— Вась, ты глянь, — шептал Петро, озираясь по сторонам в лобби отеля, — тут всё золотое! Даже краны! Давай открутим один, на сувенир?
— Ты с ума сошел? — шикнул Васька. — Мы тут отдыхать приехали, а не грабить! Сначала надо разведать, где тут наливают.
Их «отдых на всю катушку» начался с обеда. Шведский стол для Васьки и Петро стал личным вызовом. Они не понимали концепции «попробовать понемногу». Они понимали концепцию «взять всё, что не приколочено». Когда они подошли к столу с десертами, Васька, недолго думая, начал выстраивать пирамиду из эклеров прямо на своей тарелке, а Петро, решив, что креветки — это закуска к пиву, навалил их горой, которая угрожающе кренилась в сторону соседнего столика с чопорными немцами.
— Петро, смотри, там аниматор в костюме панды! — воскликнул Васька.
— Это не панда, это медведь, — авторитетно заявил Петро. — Пойдем, научим его, как надо танцевать «Яблочко».
Через десять минут весь отель наблюдал, как двое мужчин в пляжных шортах с принтом «ананасы» пытались научить аниматора в костюме ростовой куклы медведя исполнять народные танцы. Медведь, который по сценарию должен был просто раздавать листовки, впал в экзистенциальный кризис, а Васька, войдя в раж, начал подбадривать его криками: «Давай, Миша, шире шаг! Не жалей лап!»
Вечером наступил час «икс» — конкурс «Мистер Отель». Васька и Петро, уже изрядно «зарядившись» коктейлями из бара, решили, что это их звездный час. Когда ведущий спросил, в чем заключается их талант, Петро, недолго думая, выскочил на сцену и заявил, что он — мастер по метанию огурцов на дальность. Васька, не желая отставать, вытащил из кармана ту самую трехлитровую банку, которую они предусмотрительно прихватили с собой «на всякий случай».
— Дамы и господа! — проревел Васька в микрофон, оттолкнув ошарашенного ведущего. — Сейчас вы увидите, как отдыхают настоящие мужики! Петро, заряжай!
Петро, пошатываясь, выудил из банки увесистый огурец, прицелился в сторону бассейна и с молодецким криком «За урожай!» запустил его в ночное небо. Огурец, описав идеальную дугу, с глухим звуком «бульк» приземлился прямо в бокал с дорогим шампанским, который держала в руках какая-то важная дама в вечернем платье. Брызги разлетелись на три метра вокруг. Дама взвизгнула, ее муж вскочил, но Васька уже вошел в образ конферансье:
— Видали? Это снайперская точность! А теперь — номер «Танец с полотенцами»!
Они сорвали с шезлонгов махровые полотенца и начали крутить ими над головой, как заправские ковбои лассо. В какой-то момент Петро запутался в ткани, споткнулся о край сцены и рухнул прямо в декорации, изображавшие тропический остров. Пальма из папье-маше жалобно хрустнула и накрыла собой всю судейскую коллегию.
Администрация отеля, до этого момента наблюдавшая за происходящим с каменными лицами, наконец-то пришла в движение. К сцене выдвинулась охрана, но Васька, решив, что это часть шоу, начал аплодировать:
— О, смотрите, подтанцовка пошла! Давайте, ребята, активнее!
Когда их, наконец, «эвакуировали» со сцены, друзья были абсолютно счастливы. Они чувствовали себя звездами мирового масштаба. Но приключения только начинались. Ночью, решив, что в номере слишком душно, они решили устроить «морскую прогулку» в бассейне, используя в качестве плотов огромные надувные матрасы в форме фламинго, которые они «одолжили» у детей в детском клубе.
— Вась, а чего это вода такая соленая? — спросил Петро, загребая руками воду.
— Это, наверное, морской бриз, — философски ответил Васька, пытаясь удержать равновесие на розовой шее фламинго.
На следующее утро весь отель проснулся от странного звука. Оказалось, что Васька и Петро, решив «позаботиться о природе», переставили все шезлонги на пляже в форме огромного слова «ПРИВЕТ», которое было видно даже с пролетающих самолетов.
Когда к ним подошел менеджер отеля с требованием немедленно прекратить «самодеятельность», Васька с невинным видом протянул ему огурец из той самой банки:
— Слышь, начальник, не кипятись. Мы же как лучше хотели! Ты вот скажи, у вас тут где-нибудь можно баньку организовать? А то мы веники из пальмовых листьев уже навязали, а пара нет!
Менеджер молча развернулся и ушел, а Васька повернулся к Петро:
— Видал, Петро? Не понимают они широкой русской души. Пойдем, я видел, там в ресторане на завтрак красную рыбу дают. Надо бы запасы на обед сделать, а то вдруг завтрак отменят!
И они, поправляя свои пляжные шорты, отправились покорять шведский стол, оставив после себя легенду, которую в этом отеле будут пересказывать еще долгие годы. А в их номере, на самом видном месте, красовался тот самый золотой кран, который они все-таки умудрились открутить, но, по доброте душевной, приклеили его обратно жвачкой, чтобы «не дуло».
— Слушай, Петро, — Васька задумчиво жевал круассан, запивая его прямо из горла бутылкой местного лимонада, — а чего это народ на нас так косится? Вроде мы тут самые культурные: полотенца на шезлонги с пяти утра заняли, как положено, даже камни на них положили, чтоб не улетели.
Петро, который в этот момент пытался соорудить из салфеток оригами в виде лебедя, но получил нечто, отдаленно напоминающее подбитую чайку, огляделся.
— Да завидуют, Вась! Видишь, вон тот иностранец в шляпе? Он уже полчаса на наш «ПРИВЕТ» из шезлонгов смотрит. Наверное, переводчика ищет, не может понять глубину нашего послания.
Их «культурная программа» на второй день включала в себя покорение аквапарка. Васька, будучи человеком решительным, решил, что обычный спуск с горки — это для слабаков. Он притащил с собой пластиковый поднос из столовой.
— Петро, смотри! Если сесть на поднос, скорость увеличивается в три раза. Это физика, я в школе по ней «тройку» имел, а это, между прочим, почти «отлично»!
Когда Васька с диким воплем «Банзай!» и грохотом пластика по пластику влетел в бассейн, подняв цунами, которое накрыло группу аквааэробики, инструкторша по фитнесу, до этого момента державшаяся с олимпийским спокойствием, просто села на бортик и начала тихо рыдать. Васька же, вынырнув, победно поднял над головой остатки подноса:
— Видал, Петро? Я их всех переплюнул!
Петро, вдохновленный успехом друга, решил не отставать. Он нашел в детском клубе огромный надувной мяч и попытался залезть на него сверху, чтобы «пройтись по воде, как святой». Мяч, не выдержав веса Петро, с оглушительным хлопком лопнул, отправив друга в полет прямо в зону, где отдыхали молодожены. Петро приземлился аккурат на их надувной матрас, перевернув его вместе с содержимым.
— Извиняйте, ребята! — кричал Петро, барахтаясь в воде. — Я просто хотел проверить плавучесть! У вас тут, кстати, матрас дырявый, я его своим весом продиагностировал!
К обеду друзья решили, что пора «окультуриться». Они надели свои лучшие рубашки — те самые, с пальмами и попугаями, которые они купили на рынке за три копейки, — и отправились в ресторан а-ля карт.
— Вась, тут меню без картинок, — шептал Петро, разглядывая листок с непонятными словами. — Как заказывать? Тыкай в самое дорогое, не прогадаешь.
Они заказали всё. Когда официант принес маленькую тарелочку с тремя улитками, Васька посмотрел на них с искренним сочувствием.
— Это что, закуска перед закуской? Слушай, любезный, — обратился он к официанту, — ты нам лучше принеси нормальной еды. Ну, там, картошечки, котлет, огурчиков наших, из банки. А этих «бегунов» забери, они же даже не прожаренные, вон, в домиках сидят!
Вечер закончился тем, что Васька и Петро решили устроить «караоке-баттл» прямо у бассейна. Поскольку микрофона у них не было, они использовали пустую бутылку из-под воды. Их исполнение «Ой, мороз, мороз» в турецкой ночи звучало так пронзительно, что даже местные коты предпочли ретироваться в горы.
— Петро, — сказал Васька, когда они, уставшие, но довольные, сидели на краю бассейна, болтая ногами в воде, — а ведь хорошо отдыхаем! Душевно!
— Не то слово, Вась, — согласился Петро, вытирая мокрые от счастья глаза рукавом рубашки. — Завтра надо будет еще экскурсию какую-нибудь взять. Слышал, там на гору возят, на джипах. Вот там мы им покажем, как надо по серпантинам летать!
На следующее утро, когда солнце еще только лениво выползало из-за горизонта, Васька и Петро уже стояли у ворот отеля, готовые к новым свершениям. На них были надеты солнцезащитные очки, купленные в переходе, и панамы, которые они предусмотрительно украсили веточками олеандра, сорванными в саду отеля — «для маскировки», как пояснил Васька.
Когда приехал джип, водитель-турок по имени Ахмет, увидев своих пассажиров, на секунду замер. Васька, не теряя времени, запрыгнул в кузов и похлопал по сиденью:
— Давай, брат, жми! Нам нужно успеть везде, пока солнце в зенит не вошло, а то огурцы в банке перегреются!
Поездка по горам превратилась в аттракцион, от которого у остальных туристов в джипе поседели волосы. Петро, решив, что водитель едет слишком осторожно, начал активно жестикулировать, указывая на крутые повороты:
— Слышь, Ахмет, ты чего тормозишь? Тут же прямая! Дай газу, мы же не на похороны едем, а на отдых!
Когда джип на очередном вираже подпрыгнул на камне, Васька, ухватившись за поручень, закричал:
— Вот это я понимаю — экстрим! Петро, держи банку, не дай бог разобьется, это же стратегический запас!
На вершине горы, где открывался потрясающий вид на море, друзья решили оставить свой след в истории. Они достали маркер и на самом видном камне вывели размашистое: «Здесь были Вася и Петя. 2024. Было круто!». Когда гид попытался объяснить, что это историческое место и писать на камнях нельзя, Васька лишь похлопал его по плечу:
— Не переживай, начальник! Мы же не краской, мы маркером. До первого дождя продержится, а потом природа сама всё смоет. Экология, понимаешь?
Обратный путь прошел под аккомпанемент песен, которые друзья горланили на всю округу, пугая горных козлов. К отелю они вернулись загорелые, пыльные, но абсолютно довольные собой.
— Слушай, Петро, — сказал Васька, когда они, добравшись до номера, рухнули на кровати, — а ведь мы еще не все попробовали. Завтра надо будет в хаммам сходить. Говорят, там так трут, что кожа до костей слезает. Вот это я понимаю — обновление организма!
Петро, уже наполовину погрузившись в сон, пробормотал:
— Главное, Вась, чтобы они там наши огурцы не отобрали. А остальное — переживем.
На следующее утро, когда они, обмотанные казенными полотенцами, вошли в хаммам, банщик, увидев их решительные лица, инстинктивно прикрыл дверь. Васька, оглядев мраморные плиты, довольно потер руки:
— Ну что, Петро, готовься к процедурам! Сейчас из нас сделают людей высшего сорта. Главное — не давай им сильно тереть, а то мы еще не все достопримечательности в округе обследовали!
И пока они наслаждались паром, весь отель вздохнул с облегчением: до конца их путевки оставалось всего два дня, и персонал уже начал делать ставки, что именно Васька и Петро придумают напоследок. Но друзья были спокойны — они знали, что настоящий отдых только начинается, и впереди их ждет еще много «непокоренных вершин» и «неоткрытых горизонтов» турецкого гостеприимства.
— Слышь, Петро, — прошептал Васька, лежа на горячем мраморе и пытаясь пристроить веник из пальмовых листьев под голову, — а чего это банщик на нас так косится? Вроде мы тут самые культурные: полотенца на шезлонги с пяти утра заняли, как положено, даже камни на них положили, чтоб не улетели.
Петро, который в этот момент пытался соорудить из мыльной пены нечто, напоминающее бюст Ленина, огляделся.
— Да завидуют, Вась! Видишь, вон тот иностранец в углу? Он уже полчаса на наш «ПРИВЕТ» из шезлонгов смотрит. Наверное, переводчика ищет, не может понять глубину нашего послания. А банщик — он просто не привык к такому уровню сервиса. Мы же ему, считай, мастер-класс по банному делу показываем!
Банщик, турок средних лет по имени Мустафа, в этот момент нервно сжимал в руках кесе — специальную рукавицу для пилинга. Он явно не был готов к тому, что двое русских туристов принесут в его элитный хаммам трехлитровую банку огурцов и начнут «закусывать» пар, громко обсуждая преимущества рассола перед турецким чаем.
— Мустафа, брат! — Васька похлопал банщика по плечу, оставив на его белоснежном фартуке влажный след. — Ты давай, не стесняйся, три сильнее! Мы же за это деньги платили. А то кожа у меня после вчерашнего джип-сафари как у крокодила стала.
Мустафа, вздохнув так, будто на его плечи легла тяжесть всей Османской империи, начал процедуру. Но когда он добрался до спины Петро, тот вдруг подпрыгнул:
— Ой, полегче! Там у меня татуировка «Не забуду мать родную», ты её не сотри, это память!
К обеду друзья решили, что пора «окультуриться» по-настоящему. Они надели свои лучшие рубашки — те самые, с пальмами и попугаями, которые они купили на рынке за три копейки, — и отправились в ресторан а-ля карт.
— Вась, тут меню без картинок, — шептал Петро, разглядывая листок с непонятными словами. — Как заказывать? Тыкай в самое дорогое, не прогадаешь.
Они заказали всё. Когда официант принес маленькую тарелочку с тремя улитками, Васька посмотрел на них с искренним сочувствием.
— Это что, закуска перед закуской? Слушай, любезный, — обратился он к официанту, — ты нам лучше принеси нормальной еды. Ну, там, картошечки, котлет, огурчиков наших, из банки. А этих «бегунов» забери, они же даже не прожаренные, вон, в домиках сидят!
Официант, едва сдерживая слезы, унес улиток. Через десять минут на столе появилась гора картошки фри, которую Васька и Петро встретили как родную.
Вечер закончился тем, что друзья решили устроить «караоке-баттл» прямо у бассейна. Поскольку микрофона у них не было, они использовали пустую бутылку из-под воды. Их исполнение «Ой, мороз, мороз» в турецкой ночи звучало так пронзительно, что даже местные коты предпочли ретироваться в горы.
— Петро, — сказал Васька, когда они, уставшие, но довольные, сидели на краю бассейна, болтая ногами в воде, — а ведь хорошо отдыхаем! Душевно!
— Не то слово, Вась, — согласился Петро, вытирая мокрые от счастья глаза рукавом рубашки. — Завтра надо будет еще экскурсию какую-нибудь взять. Слышал, там на яхте возят, в открытое море. Вот там мы им покажем, как надо рыбу ловить!
На следующее утро, когда солнце еще только лениво выползало из-за горизонта, Васька и Петро уже стояли у причала. На них были надеты солнцезащитные очки, купленные в переходе, и панамы, которые они предусмотрительно украсили веточками олеандра, сорванными в саду отеля — «для маскировки», как пояснил Васька.
Когда приехала яхта, капитан, увидев своих пассажиров, на секунду замер. Васька, не теряя времени, запрыгнул на борт и похлопал по палубе:
— Давай, брат, жми! Нам нужно успеть везде, пока солнце в зенит не вошло, а то огурцы в банке перегреются!
Поездка в открытое море превратилась в аттракцион, от которого у остальных туристов на борту случился нервный тик. Петро, решив, что капитан идет слишком медленно, начал активно помогать ему, вращая штурвал в такт музыке, доносившейся из их портативной колонки.
— Слышь, капитан, ты чего плетешься? — кричал Петро, перекрывая шум волн. — Тут же прямая! Дай газу, мы же не на прогулку вышли, а на серьезную рыбалку!
Когда яхта на очередном вираже подпрыгнула на волне, Васька, ухватившись за мачту, закричал:
— Вот это я понимаю — экстрим! Петро, держи банку, не дай бог разобьется, это же стратегический запас!
В какой-то момент Васька решил, что пора приступать к добыче пропитания. Он привязал леску к своему ботинку, насадил на крючок кусок колбасы, украденный с завтрака, и с молодецким криком «Ловись, рыбка, большая и очень большая!» закинул снасть прямо в зону, где плавали дайверы. Через минуту леска натянулась.
— Есть! — взревел Васька. — Петро, помогай, это кит, не меньше!
Они вдвоем начали тянуть леску, перетягивая её через борт. Когда из воды показалась голова ошарашенного аквалангиста, который вцепился в колбасу, на яхте воцарилась гробовая тишина. Дайвер, выплюнув загубник, начал что-то яростно кричать на немецком, но Васька лишь понимающе кивнул:
— Не переживай, мужик, мы тебя отпустим. Ты мелкий еще, подрасти надо!
К вечеру, когда они вернулись в отель, их уже встречали как легенд. Администратор, увидев их приближение, побледнел и начал судорожно листать книгу жалоб, но Васька, сияя от счастья, подошел к стойке регистрации:
— Слышь, начальник, не кипятись. Мы тут подумали: завтра последний день, надо бы красиво уйти. У вас тут есть где-нибудь костюмы для маскарада? Мы хотим устроить прощальный бал в честь дружбы народов!
Менеджер, поняв, что сопротивление бесполезно, просто молча указал на склад с реквизитом для аниматоров.
На следующее утро отель содрогнулся. Васька вышел к завтраку в костюме султана, а Петро — в наряде восточной танцовщицы, с накладным животом из подушек. Они торжественно пронесли по залу ту самую банку огурцов, как священный грааль.
— Дорогие отдыхающие! — провозгласил Васька, встав на стул. — Мы уезжаем, но частичка нашей души останется здесь! В бассейне, в хаммаме и, конечно, в том кране, который мы приклеили жвачкой!
Когда они, наконец, садились в автобус до аэропорта, весь персонал отеля выстроился в ряд. Неизвестно, было ли это прощание или попытка убедиться, что эти двое действительно покидают территорию, но Васька и Петро махали руками так, будто они были королями, покидающими свои владения.
— Хорошо отдохнули, Петро, — сказал Васька, когда самолет оторвался от земли. — Душевно. Только вот огурцы кончились. Придется в следующий раз две банки брать.
Петро согласно кивнул, поправляя на голове панаму с засохшим олеандром:
— Обязательно, Вась. И ласты надо будет побольше взять, а то те, что мы в море потеряли, были маловаты.
И они, откинувшись на спинки кресел, уснули сном праведников, оставив после себя отель, который еще долго будет приходить в себя после нашествия двух «туристов на всю катушку».
