Всех убью — один останусь Москва, 1970-е. В городских больницах один за другим умирают люди. Врачи разводят руками — неизвестная болезнь, редкий недуг. У жертв выпадают волосы, отказывают внутренние органы, они угасают за считанные дни. Но патологоанатом замечает странность: у всех умерших одинаковые повреждения внутренних органов. Это не болезнь. Это яд. Кто-то методично уничтожает людей, и этот кто-то — свой. Читайте онлайн.
«Никому в голову не приходило — все пациенты стали жертвами безжалостного убийцы»
Протокол происшествия
Москва, 1970-е годы. В период с 1972 по 1975 год в различных больницах Москвы зафиксирована серия смертей пациентов с одинаковыми симптомами: выпадение волос, поражение нервной системы, отказ внутренних органов. В ходе расследования установлено: все жертвы были отравлены таллием — высокотоксичным металлом, который использовался в производстве крысиного яда. Преступник подмешивал яд в кукурузные палочки и другие сладости, которыми угощал своих жертв. Жертвы — не менее 20 человек, в том числе дети. Среди погибших — мальчик Игорь, чья смерть стала поворотным моментом в расследовании. Преступник задержан, осуждён.
Глава 1. Смерть, которую не ждали
Всё началось с обычного утра. Игорь, маленький мальчик, который любил играть с плюшевым мишкой и есть кукурузные палочки, чувствовал себя хорошо. Он бегал по комнате, смеялся, просил маму купить ему новую игрушку. Он не знал, что эти дни станут последними в его жизни.
Мать Игоря, молодая женщина с уставшими глазами, готовила завтрак. Она не спала уже несколько ночей — сын капризничал, жаловался на боль в животе. Она думала, что это обычное отравление. Она давала ему лекарства, поила чаем, укладывала в постель. Но ему становилось только хуже.
— Мама, у меня болит живот, — сказал Игорь, когда она принесла ему тарелку каши.
— Сейчас пройдёт, — ответила она, гладя его по голове. — Поешь, и станет легче.
Он поел. Но легче не стало. Через час он начал рвать. Температура поднялась до сорока. Мать вызвала скорую.
Врачи приехали быстро. Они осмотрели мальчика, измерили давление, послушали сердце. На их лицах была тревога.
— Что с ним? — спросила мать, сжимая руки.
— Мы не знаем, — ответил врач. — Симптомы похожи на острое отравление, но мы не можем определить, чем именно. Нужно везти его в больницу.
Игоря увезли. Мать поехала с ним. Она сидела в коридоре больницы и смотрела на дверь, за которой скрылся её сын. Она молилась. Она просила Бога, чтобы он выжил.
— Господи, — шептала она. — Спаси моего сына. Я отдам всё, что у меня есть. Только спаси его.
Но Бог не услышал её.
Через два дня Игорь умер. Он умер в больнице, на руках у медсестры, которая пыталась его спасти. Он умер, не понимая, что с ним происходит. Он умер, оставив после себя только плюшевого мишку, которого он любил больше всего на свете.
— Почему? — спросила мать у врачей. — Почему он умер?
— Мы не знаем, — ответили они. — Мы сделали всё, что могли.
Она не знала, что её сын был не единственной жертвой.
Глава 2. Неизвестная болезнь
В те годы в Москве умирали люди. Много людей. Они попадали в больницы с одинаковыми симптомами: сильная слабость, рвота, боли в животе, выпадение волос. Врачи были в растерянности. Они ставили диагнозы, один необычнее другого, но точной причины беды не знал никто.
— Это какая-то новая инфекция, — говорили одни.
— Нет, это отравление, — возражали другие.
— Но чем? Мы проверили всё. В воде нет яда, в еде нет яда. Откуда он берётся?
Никто не знал ответа.
Пациенты умирали один за другим. Их тела вскрывали, исследовали, но находили только одно — повреждения внутренних органов, характерные для отравления тяжёлыми металлами. Но какими? И откуда они брались?
Однажды в больницу привезли женщину. Она была в тяжёлом состоянии, почти без сознания. Врачи боролись за её жизнь, но она умерла через несколько часов.
— Что с ней? — спросил молодой врач, глядя на тело.
— То же, что и с другими, — ответил патологоанатом. — Отравление. Но я не могу определить, чем именно.
— Это таллий, — сказал вдруг голос из угла.
Все обернулись. В углу стоял старый патологоанатом, который работал в этой больнице уже тридцать лет. Он смотрел на тело и качал головой.
— Что вы сказали? — спросил молодой врач.
— Таллий, — повторил старик. — Я видел такое однажды. В 1960-х годах. Тогда тоже умирали люди. Тоже с такими же симптомами. Тоже никто не мог понять, что это. А потом оказалось, что это таллий. Кто-то подсыпал его в еду.
— Но кто?
— Не знаю. Но я знаю, что это не болезнь. Это убийство.
Старый патологоанатом оказался прав. Он начал собирать данные, сопоставлять факты, искать закономерности. Он нашёл десятки случаев, когда люди умирали с одинаковыми симптомами. Он нашёл, что все они были отравлены таллием.
— Это не случайность, — сказал он следователям. — Это серия убийств. Кто-то методично уничтожает людей.
— Но зачем? — спросили его.
— Я не знаю. Но я знаю, что нужно найти этого человека.
Глава 3. Кукурузные палочки
Следствие началось. Следователи проверяли всех, кто мог иметь доступ к яду. Они проверяли аптеки, склады, заводы. Но таллий был доступен многим — он использовался в производстве крысиного яда, в некоторых отраслях промышленности. Круг подозреваемых был огромен.
— Мы ничего не найдём, — сказал один из следователей. — Это слишком сложно.
— Найдём, — ответил другой. — Нужно просто искать.
И они искали. Они опрашивали родственников умерших, их друзей, соседей, коллег. Они искали того, кто мог бы иметь мотив.
Однажды они наткнулись на странную деталь. Одна из жертв, женщина, которая умерла от отравления, работала в продуктовом магазине. Её коллега рассказал, что за несколько дней до смерти она получила посылку. В посылке были кукурузные палочки.
— Кукурузные палочки? — переспросил следователь. — Кто их прислал?
— Не знаю. Она сказала, что это подарок от знакомого.
Следователи начали проверять. Оказалось, что многие жертвы получали кукурузные палочки перед смертью. Их приносили в больницы, оставляли на тумбочках, передавали через медсестёр. И все жертвы ели их.
— Это он, — сказал следователь. — Он подсыпает яд в кукурузные палочки. А потом раздаёт их своим жертвам.
— Но кто?
— Тот, кто имеет доступ к больницам. Тот, кто может входить в палаты незаметно. Тот, кто знает, когда и кому нужно их передать.
Следователи начали проверять всех, кто работал в больницах. Врачей, медсестёр, санитаров, уборщиц. Они проверяли их биографии, их связи, их мотивы.
И нашли его.
Глава 4. Отравитель
Его звали Борис. Он работал в одной из московских больниц санитаром. Он был тихим, незаметным, никогда не привлекал внимания. Он выполнял свою работу, ни с кем не ссорился, никому не мешал. Он был идеальным преступником.
Но у него был мотив.
За несколько лет до этого его жена умерла от рака. Он был уверен, что врачи могли спасти её, но они не сделали этого. Он обвинял их в её смерти. Он ненавидел врачей. Он ненавидел всех, кто работал в больницах. Он решил отомстить.
Он начал убивать.
Он подсыпал таллий в еду, которую приносили пациентам. Он делал это аккуратно, осторожно, так, чтобы никто не заметил. Он выбирал жертвы случайно — тех, кто был слаб, кто не мог защитить себя. Он убивал их медленно, мучительно, наслаждаясь их страданиями.
— Зачем вы это делали? — спросили его на допросе.
— Они убили мою жену, — ответил он. — Они не спасли её. Они дали ей умереть. Они заслужили смерть.
— Но вы убивали не только врачей. Вы убивали пациентов. Вы убивали детей.
— Они все одинаковы. Они все виноваты.
Следователи смотрели на него и не могли поверить, что этот человек — убийца. Он был спокоен, почти безразличен. Он не раскаивался. Он не просил прощения.
— Вы понимаете, что вы сделали? — спросили его.
— Я сделал то, что должен был сделать, — ответил он. — Я отомстил за свою жену.
Глава 5. Суд
Суд над Борисом длился несколько дней. Прокурор требовал высшей меры наказания. Адвокат настаивал на невменяемости. Но экспертиза показала: Борис был вменяем. Он осознавал свои действия. Он мог контролировать себя.
— Борис, — зачитал приговор судья. — Признать виновным в убийстве двадцати человек. Назначить наказание — высшая мера — расстрел.
Борис выслушал приговор без эмоций. Он не просил пощады. Он не раскаивался. Он только сказал:
— Я сделал то, что должен был сделать.
Эпилог
Бориса расстреляли. Его тело кремировали. Никто не пришёл на его похороны.
Маленький Игорь, который умер от отравления, так и остался маленьким мальчиком, который любил плюшевого мишку и кукурузные палочки. Его мать до сих пор приходит на его могилу. Она приносит цветы и кукурузные палочки — его любимое лакомство.
В архивах Следственного комитета до сих пор хранятся папки с этим делом. В них — фотографии, протоколы, показания. И та самая фраза, которую Борис сказал на суде: «Я сделал то, что должен был сделать».
Иногда, когда за окном темнеет, кто-то из старожилов Москвы вспоминает ту историю. И смотрит в сторону больниц, где когда-то умирали люди. И молчит.
