Всадник багровой ночи Трасса М-4, Ростовская область, август 1986 года. Фары выхватывают из темноты фигуру на обочине. Водитель тормозит, чтобы помочь. А через минуту его тело уже лежит в кювете, а мотоцикл безжалостно уносится в ночь. Читайте онлайн.
«Они говорили, что это призрак. Что по ночам по трассе ездит мёртвый мотоциклист и забирает души живых. Они не знали, что призрак — это человек»
Протокол происшествия
Ростовская область, 1986–1987 годы. На трассах Ростовской области совершена серия жестоких убийств водителей. Жертвы — мужчины в возрасте от 25 до 50 лет, водители грузовых и легковых автомобилей, остановившиеся на ночлег или вышедшие из машин для устранения неисправностей. Все убиты с особой жестокостью: множественные ножевые ранения, следы удушения. Почерк убийцы схож — орудие преступления, способ нападения, время совершения (ночное время, преимущественно в полнолуние). Свидетели описывают мотоциклиста на чёрном мотоцикле без номерных знаков, в тёмной одежде и мотоциклетном шлеме. Преступник задержан, осуждён.
Глава 1. Трасса, которая помнит
Август 1986 года. Ростов-на-Дону задыхался от жары. Днём воздух над асфальтом дрожал, как над раскалённой сковородой, и даже по вечерам не спадала духота. Водители, проезжавшие по трассе М-4 в сторону моря, останавливались у придорожных кафе, чтобы выпить квасу и умыться холодной водой. Никто не знал, что этой ночью кто-то из них не доедет до места.
Грузовик ГАЗ-53, гружённый арбузами, шёл из Волгограда в Сочи. За рулём сидел сорокалетний Виктор Степанович, опытный водитель с двадцатилетним стажем. Он вёл машину уже шестые сутки, спал урывками, пил кофе из термоса и мечтал о том, как приедет домой, к жене и двум дочерям. Арбузы нужно было доставить к утру, и Виктор спешил.
Было около часа ночи, когда он почувствовал, что машина начинает чихать. Мотор кашлянул, потом ещё раз, и грузовик заглох. Виктор выругался, заглушил двигатель и вышел из кабины. Он открыл капот, посветил фонариком, осмотрел мотор. Карбюратор. Опять этот старый карбюратор, который он обещал заменить ещё месяц назад.
Он возился с двигателем минут двадцать, когда услышал звук. Мотоцикл. Он приближался со стороны Ростова, нарастая, заполняя собой тишину ночи. Виктор поднял голову, прищурился. Из темноты вынырнул мотоцикл — чёрный, без опознавательных знаков. Мотоциклист был в чёрной куртке, в шлеме с тёмным стеклом. Он проехал мимо, но через несколько метров развернулся и вернулся.
Виктор насторожился. Что-то было в этом мотоциклисте странное, тревожное. Он стоял на обочине, не двигаясь, и смотрел на него. Мотоцикл заглох, и в наступившей тишине стало слышно, как где-то далеко лает собака.
— Эй, — крикнул Виктор, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Помощь нужна?
Мотоциклист не ответил. Он слез с мотоцикла, медленно, почти лениво. Подошёл ближе. Шлем скрывал его лицо, но Виктор чувствовал на себе взгляд. Тяжёлый, липкий, как та жара, которая не спадала даже ночью.
— Я говорю, помощь нужна? — повторил Виктор.
Мотоциклист остановился в трёх метрах. В руке у него блеснуло что-то металлическое. Нож. Длинный, с широким лезвием.
Виктор попятился. Сердце забилось быстрее. Он хотел закричать, но крик застрял в горле.
— Что ты хочешь? — спросил он, пятясь к кабине. — Деньги? Бери деньги.
Мотоциклист молчал. Он сделал шаг вперёд, и Виктор увидел, как он поднимает нож. Удар пришёлся в плечо. Виктор упал, ударившись головой о колесо грузовика. Он попытался встать, но второй удар пришёлся в грудь. Потом в живот. Потом в шею.
Он лежал на земле, глядя в тёмное небо. Рядом стоял мотоциклист. Он смотрел на него, на его кровь, которая растекалась по пыльной обочине. Потом он наклонился, вытер нож о его рубашку и ушёл. Звук мотоцикла затих вдали.
Утром тело Виктора Степановича нашёл другой водитель, который ехал по той же трассе. Он увидел грузовик с открытым капотом, увидел тело в пыли и сразу понял, что случилось. Он вызвал милицию, но убийца уже был далеко.
Глава 2. Второй
Через неделю на трассе М-4 нашли ещё одно тело. Мужчина, тридцати лет, водитель рейсового автобуса. Он остановился, чтобы проверить колесо, и уже не доехал до дома. Тот же почерк — множественные ножевые ранения, следы удушения. Рядом с телом — следы от мотоциклетных шин.
Следователь Игорь Сергеевич Смирнов, сорокапятилетний мужчина с усталыми глазами и вечной пачкой «Беломора» в кармане, стоял над трупом и молча курил. Он работал в уголовном розыске уже двадцать лет и видел много смертей. Но такое — когда убивали людей просто так, без причины, без мотива — он видел впервые.
— Что скажешь? — спросил он у эксперта, который осматривал тело.
— Тот же почерк, — ответил эксперт. — Множественные ранения, удушение. Нож с широким лезвием. И следы от мотоцикла.
— Мотоцикл?
— Да. «Иж» или «Ява». Судя по следам, старый, с широкими шинами.
Смирнов затушил сигарету. Он знал, что в Ростовской области было много мотоциклистов. Но такой — который убивает водителей на трассах — это что-то новое.
— Кто он? — спросил он скорее себя, чем эксперта.
— Не знаю. Но он будет убивать снова.
Смирнов оказался прав. Через месяц — новый труп. Ещё через две недели — ещё один. Все убийства происходили ночью, в полнолуние. Все жертвы были водителями, остановившимися на трассе. Все были убиты с одинаковой жестокостью.
— Он выбирает время, — сказал Смирнов на совещании. — Полнолуние. Он выбирает место — трасса. Он выбирает жертв — водителей, которые остановились. Он знает, что они будут одни. Он знает, что никто не поможет.
— Почему он это делает? — спросил молодой лейтенант.
— Я не знаю. Но я узнаю.
Глава 3. Свидетель
Через несколько месяцев после первого убийства у Смирнова появилась первая зацепка. На одном из постов ГАИ остановили мотоциклиста, который нарушил правила. Он был в чёрной куртке, на чёрном мотоцикле. Инспектор проверил документы — всё было в порядке. Но что-то в этом мотоциклисте показалось ему странным. Он был слишком спокойным. Слишком тихим. Слишком незаметным.
Инспектор запомнил номер мотоцикла. Он не знал, что этот номер станет ключом к разгадке.
Смирнов проверил номер. Мотоцикл был зарегистрирован на имя мужчины, который жил в небольшом посёлке под Ростовом. Его звали Аркадий Петрович. Он работал механиком на автобазе, жил один, ни с кем не общался. Соседи говорили, что он тихий, замкнутый, никогда ни с кем не ссорился.
— Может, это он? — спросил лейтенант.
— Проверим, — ответил Смирнов.
Они приехали в посёлок. Дом Аркадия Петровича стоял на окраине — старый, покосившийся, с заросшим двором. Смирнов постучал в дверь. Ему открыл мужчина лет пятидесяти, с бледным лицом и пустыми глазами.
— Аркадий Петрович? — спросил Смирнов.
— Я, — ответил он.
— Вы знаете, зачем мы приехали?
Аркадий Петрович посмотрел на него. В его глазах не было страха. Только усталость.
— Я знаю, — сказал он. — Я ждал вас.
Глава 4. Детство, которое не отпускает
Аркадий Петрович рассказал всё. Он не сопротивлялся. Он не просил пощады. Он просто говорил.
— Мне было десять лет, — начал он. — Я жил с матерью. Отца не было. Он ушёл, когда мне было три. Мать работала, часто задерживалась. Я был один.
Он замолчал, глядя в стену. Потом продолжил:
— Однажды я гулял у трассы. Я любил смотреть на машины. Они проезжали мимо, и я думал о том, что когда-нибудь уеду далеко-далеко. Уеду от этой жизни. От этой нищеты.
— Что случилось? — спросил Смирнов.
— Ко мне подошёл мужчина. Он был на мотоцикле. Он сказал, что подвезёт меня. Я сел. Он отвёз меня в лес. И там… — Аркадий Петрович замолчал. Его голос дрогнул. — Он сделал это.
— Что сделал?
— Он избил меня. Он изнасиловал меня. Он оставил меня там, в лесу. Я выжил. Я дополз до дороги. Меня нашли.
Смирнов смотрел на него. Он видел много людей, которые пережили насилие. Но он никогда не видел такой пустоты в глазах.
— Вы знали, кто это был? — спросил он.
— Нет. Он был в шлеме. Я не видел его лица. Но я запомнил мотоцикл. Чёрный. С широкими шинами. И я запомнил запах. Бензин и что-то ещё. Сладкое. Как духи.
— И вы решили мстить?
— Я решил, что если я не могу найти того, кто сделал это со мной, я буду наказывать других. Тех, кто останавливается на трассе. Тех, кто помогает. Они все одинаковые. Они все заслуживают смерти.
— Вы убили десять человек.
— Я убил десять человек, — повторил Аркадий Петрович. — И я не жалею об этом.
Глава 5. Приговор
Суд над Аркадием Петровичем длился три дня. Он не просил пощады. Он не раскаивался. Он только сказал:
— Я сделал то, что должен был сделать.
Судья зачитал приговор: высшая мера наказания — расстрел.
Аркадий Петрович выслушал приговор без эмоций. Он не плакал. Он не улыбался. Он просто стоял и смотрел в одну точку.
Эпилог
Прошли годы. Трасса М-4 изменилась. Появились новые посты ГАИ, новые кафе, новые освещённые участки. Но старожилы до сих пор помнят ту историю. Историю о мотоциклисте, который появлялся по ночам. Который убивал водителей, остановившихся на трассе. Который был призраком, пока его не поймали.
Аркадий Петрович был расстрелян. Его мотоцикл конфискован и уничтожен. Но легенда осталась. Говорят, что по ночам на трассе М-4 до сих пор слышен звук мотоцикла. Говорят, что это его душа, которая не может найти покой. Говорят, что он всё ещё ищет того, кто сломал ему жизнь.
