Сижу за решеткой в темнице сырой.Вскормленный в неволе орел молодой.Мой грустный товарищ, махая крылом,Кровавую пищу клюет под окном, Клюет, и бросает, и смотрит в окно,Как будто со мною задумал одно.
На скользком поприще Тимковского наследник!Позволь обнять себя, мой прежний собеседник.Недавно, тяжкою цензурой притеснен,Последних, жалких прав без милости лишен,Со всею братией гонимый совокупно.
Восстань, о Греция, восстань.Недаром напрягала силы,Недаром потрясала браньОлимп и Пинд и Фермопилы. Под сенью ветхой их вершинСвобода юная возникла,На гробах Перикла,На мраморных Афин.
Любимец моды легкокрылой,Хоть не британец, не француз,Ты вновь создал, волшебник милый,Меня, питомца чистых Муз, –И я смеюся над могилой,Ушед на век от смертных уз.
