Как Петрович спас интернет

Как Петрович спас интернет

Отрывок: Никто в деревне Кукуево не ожидал, что именно Петрович — дядька с огородом, петухом-психопатом и dial-up модемом образца 2003 года — однажды спасёт весь мировой интернет. Но жизнь, как известно, штука с характером.

Теги: #юмор #деревня #технологии #петрович #интернет #абсурд #русскаяпроза

Всё началось в среду, а среда, как известно каждому уважающему себя россиянину, — день заведомо подозрительный. Не понедельник, у которого репутация давно испорчена, и не пятница, которую все ждут как второго пришествия. Среда — это такой день-серединка, день-невидимка, в который и происходит всё самое странное.

Василий Петрович Лопухов, пятидесяти восьми лет от роду, пенсионер, бывший техник районной котельной, а ныне — почётный огородник деревни Кукуево Тверской области, проснулся в шесть утра от того, что его петух Философ заорал прямо в форточку. Философ был птицей с претензиями. Он кукарекал не просто так, а с выражением, будто каждым своим криком пытался сообщить человечеству нечто важное. Петрович давно подозревал, что петух умнее половины депутатов, но вслух это говорил только соседке Зинаиде, которая и без того всё понимала правильно.

— Ну чего орёшь, — пробурчал Петрович, нашаривая тапки. — Интернет опять пропал, что ли?

Интернет действительно пропал.

Это было не новостью само по себе — в Кукуево интернет пропадал регулярно, как перелётные птицы, только без расписания. Но сегодня было что-то другое. Петрович включил ноутбук — старенький, с трещиной на крышке и наклейкой «Руки прочь от Крыма», приклеенной по ошибке вместо наклейки «Руки прочь от моего компота», — и увидел на экране нечто невероятное.

Браузер открылся. Но вместо привычной страницы с прогнозом погоды и новостями про огурцы на сайте «Дачник-онлайн» на экране было написано огромными красными буквами:

КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА МИРОВОГО ИНТЕРНЕТА. ИДЕНТИФИЦИРОВАН ИСТОЧНИК СБОЯ. КООРДИНАТЫ: 57.3421° N, 34.9876° E. ДЕРЕВНЯ КУКУЕВО.

Петрович поправил очки. Перечитал. Почесал затылок.

— Зинаида! — заорал он в сторону забора. — Зинаида, иди сюда! Тут написано, что я сломал интернет!

Зинаида Марковна Крапивина, соседка, семидесяти двух лет, энергичная как электровеник, появилась над забором через тридцать секунд. У неё была феноменальная способность материализовываться в нужном месте в нужное время, что Петрович объяснял либо телепортацией, либо тем, что она просто всегда стояла у забора и слушала.

— Чего сломал? — деловито спросила она.

— Интернет. Весь. Мировой.

Зинаида перелезла через забор — ловко, по-молодецки, как будто ей не было семидесяти двух, а было двадцать пять и она убегала от председателя колхоза — и подошла к ноутбуку.

— Хм, — сказала она авторитетно. — Хм-хм. Это серьёзно.

— Ты понимаешь, что там написано?

— Понимаю. Ты сломал интернет. Надо чинить.

— Зинаида, я не программист! Я в котельной работал!

— И что? В котельной тоже трубы чинил? Чинил. Вот и тут починишь. Труба — она труба и есть, хоть железная, хоть цифровая.

Петрович хотел возразить, что это принципиально разные вещи, но тут ноутбук пискнул, и на экране появилось новое сообщение:

ВАМ ЗВОНЯТ. ПРИНЯТЬ ВЫЗОВ?

— Кто звонит? — спросила Зинаида.

— Откуда я знаю? — Петрович ткнул в кнопку «принять».

Экран развернулся, и появилось лицо. Молодой человек, лет тридцати, в дорогом костюме, с галстуком и с выражением человека, которого только что укусил собственный портфель. За его спиной виднелся огромный офис с тысячами мониторов, все из которых показывали красные предупреждения.

— Вы Лопухов Василий Петрович? — спросил молодой человек по-русски, но с каким-то акцентом — то ли американским, то ли из Саратова, не разберёшь.

— Допустим, — осторожно сказал Петрович.

— Меня зовут Кевин. Я технический директор компании GlobalNet Systems. Мы обеспечиваем работу семидесяти трёх процентов мирового интернета.

— Очень приятно, — сказал Петрович. — А я обеспечиваю работу огорода. Шесть соток.

— Господин Лопухов, это не время для шуток. В данный момент ваш модем каким-то образом является точкой отказа для всей глобальной сети. Мы не можем понять как, но все наши системы указывают на ваш IP-адрес.

Петрович обернулся. В углу комнаты, под иконой и рядом с банкой солёных огурцов, стоял его модем. Маленький, серый, с одной мигающей лампочкой. На нём лежал кот Бухгалтер — рыжий, толстый, с видом человека, который всё знает, но никому не скажет.

— Бухгалтер, — строго сказал Петрович, — ты что-то натворил?

Кот посмотрел на него с презрением и отвернулся.

— Господин Лопухов! — закричал Кевин из ноутбука. — Сосредоточьтесь! Через четыре часа если мы не устраним сбой, весь интернет будет недоступен. Все банки, все больницы, все магазины, вся связь — всё встанет!

— И что мне делать? — спросил Петрович.

— Вы должны физически отсоединить ваш модем от розетки и выполнить процедуру полного сброса! Но! — Кевин поднял палец. — Это нужно сделать в строго определённой последовательности, иначе вместо сброса произойдёт каскадный сбой, который уничтожит все данные в сети навсегда.

— Навсегда? — переспросила Зинаида.

— Навсегда, — подтвердил Кевин мрачно.

— Это как со стиральной машиной, — кивнула Зинаида Петровичу. — Помнишь, ты неправильно программу выбрал и она в двух оборотах застряла? Так и тут.

— Зинаида, это не стиральная машина, это мировой интернет!

— Ну и что. Принцип тот же.

Кевин на экране смотрел на этот диалог с выражением человека, который начинает сомневаться в своих карьерных выборах.

— Господин Лопухов, — сказал он, собравшись с духом, — я сейчас пришлю вам инструкцию. Следуйте ей точно. Шаг за шагом. Это критически важно.

— Хорошо, — сказал Петрович. — Только у меня вопрос.

— Да?

— А почему именно я? Почему именно мой модем?

Кевин помолчал. На его лице промелькнуло что-то странное — не то смущение, не то восхищение.

— Мы… не совсем понимаем. Наши аналитики считают, что это связано с тем, что ваш модем работает без перезагрузки уже… — он посмотрел в бумаги, — …одиннадцать лет и восемь месяцев. Это абсолютный мировой рекорд. Он стал своего рода… узловой точкой стабильности для всей сети.

Петрович посмотрел на модем с новым уважением.

— Одиннадцать лет? — он почесал бороду. — Ну да, я его с тех пор как подключил, так и не выключал. Свет и то один раз отключали, а он на батарейке резервной пережил. Крепкий аппарат.

— Вот именно. И теперь, когда в нём начался внутренний сбой — вероятно, из-за теплового расширения процессора — вся сеть, которая к нему адаптировалась, затрещала по швам.

— То есть мой дедовский модем держал весь интернет?

— По существу… да.

Зинаида торжественно посмотрела на Петровича.

— Я всегда говорила, что ты не просто так живёшь, — сказала она. — Говорила же.

— Ты говорила, что я зря сажаю морковь рядом с луком!

— Это другое. Это я тоже говорила, и это тоже правда.

Тем временем на ноутбук пришла инструкция. Петрович напечатал её на принтере — принтер был матричный, с характерным звуком умирающего трактора — и разложил листы на столе.

Инструкция была на двадцати восьми страницах.

— Так, — сказал Петрович, надевая очки. — Шаг первый: «Убедитесь, что все периферийные устройства отключены от модема». Зинаида, что такое периферийные устройства?

— Всё лишнее, — уверенно сказала Зинаида.

— А именно?

— Ну… кот.

— Кот не подключён к модему!

— Лежит на нём.

— Это не то же самое!

— Василий, не спорь с логикой. Убери кота.

Петрович попытался убрать Бухгалтера с модема. Бухгалтер сначала притворился мёртвым, потом — тяжелее, чем он есть (хотя весил он и так как небольшой поросёнок), потом издал звук, описать который можно только как «вокальный протест средней степени агрессивности», и наконец спрыгнул сам, с видом оскорблённого достоинства.

— Отлично, — сказал Петрович. — Шаг второй: «Нажмите и удерживайте кнопку Reset в течение ровно семи секунд. Не шести, не восьми — именно семи».

— Секундомер есть? — спросила Зинаида.

— Есть часы с кукушкой.

— Они точные?

— Отстают на три минуты в день, но в секундах — нормально.

— Тогда годится.

Петрович взял спичку — кнопка Reset была утоплена в корпусе, и достать её можно было только чем-то острым — и приготовился.

— Считай, — сказал он Зинаиде.

— Раз, два, три… — начала Зинаида, потом остановилась. — Подожди. А если я собьюсь?

— Не сбивайся!

— Василий, мне семьдесят два года, у меня на прошлой неделе мысли сбивались, когда я блины считала! А тут семь секунд интернета!

— Считай медленно!

— А если я медленно считаю и получается восемь секунд?

В ноутбуке что-то пикнуло. Кевин появился снова.

— Как у вас дела? — спросил он. По его виду было понятно, что за те двадцать минут, пока они разговаривали, мировой кризис только усилился.

— Готовимся, — сказал Петрович. — Слушайте, Кевин, а почему нельзя было прислать специалиста? У вас же есть инженеры?

— Мы пытались. Первая группа застряла на трассе М10. Вторая группа свернула не туда и оказалась в деревне с похожим названием — Кукуевка. Третья группа добралась до Кукуево, но их задержал местный участковый, который решил, что они иностранные шпионы.

— А, это Сёмыч, — понимающе кивнул Петрович. — Да, он бдительный. Он однажды задержал почтальона за подозрительно большую сумку. Там были пенсии.

— Так что вы — наша последняя надежда.

Петрович выпрямился. Что-то в нём — то ли котельная закалка, то ли огородная стойкость, то ли просто природная невозмутимость человека, который пережил девяностые, нулевые и прорыв трубы в две тысячи пятнадцатом — встало по стойке смирно.

— Значит, так, — сказал он. — Зинаида, возьми телефон и засеки секундомер. У тебя же смартфон есть, внук подарил?

— Есть, только я там только в «Три в ряд» играю.

— Найди секундомер.

Пока Зинаида искала секундомер — процесс, который занял восемь минут и потребовал звонка внуку Антону, который объяснял по телефону три минуты, где эта функция находится — Петрович перечитал инструкцию дальше. После семи секунд нужно было выполнить ещё двадцать семь шагов, некоторые из которых включали такие загадочные действия, как «переключение в режим ручного моста» и «синхронизация с локальным сервером».

— Кевин, — позвал он.

— Да?

— Шаг девятнадцатый. «Введите код синхронизации». Какой код?

— 4-8-15-16-23-42.

Петрович уставился на него.

— Это из «Остаться в живых», — сказал он.

Кевин покраснел.

— Совпадение.

— Кевин.

— …Наш главный программист любит этот сериал. Когда писал прошивку в две тысячи девятом году, он…

— Кевин, вы серьёзно?

— Это работает! — сказал Кевин защищаясь. — Код работает, это проверено!

— Хорошо, — Петрович вздохнул. — Продолжаем.

Наконец Зинаида освоила секундомер, Бухгалтер был официально удалён с радиуса трёх метров от модема (он ушёл на кровать и смотрел оттуда с видом прокурора), Философ за окном временно прекратил кукарекать — как будто почувствовал торжественность момента.

— Начинаем, — сказал Петрович. — Зинаида, на счёт три — запускаешь секундомер. Я нажимаю кнопку. Семь секунд — говоришь «стоп».

— Поняла.

— Один.

— Подожди, — сказала Зинаида.

— Что?

— Я на всякий случай перекрещусь.

— Зинаида!

— Василий, мы спасаем мировой интернет. Пусть Господь тоже будет в курсе.

Петрович решил не спорить. Зинаида перекрестилась. Потом, подумав, перекрестилась ещё раз — на всякий случай.

— Теперь всё, — сказала она. — Начинай.

— Один. Два. Три.

Петрович нажал кнопку.

Зинаида включила секундомер.

Семь секунд тишины. Абсолютной, звенящей тишины — если не считать звука работающего холодильника, отдалённого кукареканья Философа (который, видимо, передумал молчать) и сопения Бухгалтера с кровати.

— Стоп! — сказала Зинаида.

Петрович отпустил кнопку.

Модем мигнул. Все его лампочки погасли разом — впервые за одиннадцать лет и восемь месяцев. Потом начали загораться одна за другой: красная, жёлтая, зелёная.

В ноутбуке Кевин смотрел на свои мониторы с выражением человека, который не верит собственным глазам.

— Индикаторы… — начал он. — Сеть… — Он обернулся к кому-то за спиной. — Джим, ты видишь? — Долгая пауза. — Это невозможно. Это абсолютно невозможно, но это происходит.

— Что происходит? — спросил Петрович.

— Сеть восстанавливается. Все узлы возвращаются в норму. — Голос Кевина стал странным — не то восторженным, не то испуганным. — Господин Лопухов… вы только что спасли весь мировой интернет.

Зинаида посмотрела на Петровича.

Петрович посмотрел на модем.

Модем спокойно моргал зелёным огоньком — скромно, буднично, как будто ничего особенного не произошло.

— Ну, — сказал Петрович. — Хорошо. Значит, теперь работает?

— Работает, — подтвердил Кевин, и в его голосе была целая симфония облегчения. — Мы… мы не знаем как вас благодарить. Компания готова предложить вам…

— Мне ничего не нужно, — сказал Петрович.

— Но…

— Мне нужно, чтобы у меня на сайте «Дачник-онлайн» открывалась страница с советами по огурцам. Она последние три дня не грузится.

— Мы… исправим это немедленно.

— Вот и хорошо.

Петрович закрыл ноутбук. Посмотрел в окно — там Философ, успокоившись, деловито копался в огороде в поисках червяков. Бухгалтер уже вернулся к модему и снова на нём лежал, но теперь — Петрович мог поклясться — с выражением некоторого уважения.

— Чай будешь? — спросил он Зинаиду.

— Буду, — сказала она. — С вареньем. Мы заслужили.

— Смородиновое или крыжовниковое?

— Оба. Мы всё-таки не каждый день интернет спасаем.

Они сели пить чай. За окном было обычное кукуевское утро — солнце, огород, запах земли и где-то вдалеке звук трактора Митрича, который опять что-то пахал вне сезона, потому что Митрич считал, что пахать нужно всегда, на всякий случай.

— Слушай, — сказал Петрович, прихлёбывая чай, — а ведь никто не узнает.

— О чём?

— Ну, что мы спасли интернет. Кевин этот никому не расскажет — им же стыдно признавать, что их систему держал крестьянский модем из Тверской области.

Зинаида пожала плечами.

— И хорошо. Меньше народу — больше кислороду. Если бы узнали, понаехали бы журналисты, блогеры всякие, делегации. Петух нервничает от чужих людей.

— Философ — да, нервный.

— Вот именно. А так — тишина, покой, огород.

Они помолчали, попивая чай.

— Петрович, — сказала вдруг Зинаида задумчиво.

— М?

— А ты модем-то обратно не выключай. Мало ли.

Петрович посмотрел на модем. Модем смотрел на него зелёным глазком.

— Не выключу, — пообещал он.

И не выключил. Модем продолжал работать — тихо, скромно, незаметно. Бухгалтер лежал на нём. Философ кукарекал во дворе. Зинаида перелезала через забор. Митрич пахал что-то непонятное.

Жизнь в Кукуево шла своим чередом.

А в офисах GlobalNet Systems, в Сан-Франциско, Токио, Лондоне и Сингапуре, в серверных комнатах и дата-центрах — где-то в глубине кода, в маршрутных таблицах, в пакетах данных, которые каждую секунду летели через океаны и континенты — была маленькая запись. Технический идентификатор. Координаты. Имя узла.

NODE_KUKUEVO_01. СТАТУС: АКТИВЕН. ВРЕМЯ РАБОТЫ: 11 ЛЕТ 8 МЕСЯЦЕВ 3 ДНЯ 7 ЧАСОВ 42 МИНУТЫ.

И рядом, кем-то из инженеров, была добавлена пометка от руки, прямо в системный журнал:

«Не трогать. Работает.»

Конец