Фанфик к фильму «Мастер»(2025): Кулак и Молот — Как Бригадир Бросил Вызов Русской Мафии, Чтобы Спасти Чужую дочь. Боевик, криминал, Чикаго, стройка, наркотрафик, месть и справедливость
Часть 1: Человек, Забывший Себя
Чикаго. Раннее утро понедельника. Октябрь навевает сырость.
Левон Кейд вылез из своего джипа «Шевроле» пятнадцатилетней давности, в котором он спал уже четвёртую ночь. На западе всё ещё висела мутная луна, смешиваясь с грязными огнями промзоны. Он стянул с себя тонкое шерстяное одеяло, сложил его в аккуратный квадрат и забросил на пассажирское сиденье. От кранов на строительной площадке тянуло железом и холодной сваркой; в воздухе висел запах цементной пыли и растворителя.
Левон взглянул на своё отражение в боковом зеркале. Глубокие морщины у глаз, короткий ёжик тёмных волос, которые он давно перестал укладывать, и руки. Большие руки с разбитыми костяшками пальцев — наследие некогда очень тёмной профессии. От бригадира здесь ждали не только умения читать чертежи, но и умения заставить людей работать. Однако его подчинённые боялись его вовсе не за крик. Они чувствовали то, что он всеми силами пытался скрыть: за спокойными, водянисто-голубыми глазами Лейтона дремал хищник, который когда-то гонял террористов по горам Афганистана и перерезал горло врагам прежде, чем они успевали моргнуть.
— Кейд! — окликнул его толстый кладовщик по имени Марти, вылезая из бытовки с двумя чашками дешёвого кофе. — Ты опять ночевал в тачке? Моя бывшая жена говорит, что это — первый признак отсутствия дома.
— Это первый признак экономии на бензине, — ответил Левон не оборачиваясь. — У меня всё под контролем.
Марти хмыкнул, протянул ему стаканчик. Тот принял кофе, но отпил лишь глоток. Жидкость обожгла горло. Восемь утра. На площадку начали стягиваться рабочие, загудели подъёмные краны. Левон надел строительную каску, и она тут же сделала его своим. Бригадир. Просто один из многих.
Его босс, седовласый мексиканец с добрыми глазами, Джо Гарсия, появился в десять. Он припарковал свой новенький пикап «Тойота» у въезда, но не пошёл в контору, а направился прямо к Левону.
— Сынок, — сказал Джо, когда они отошли в сторону. — Мне нужно с тобой поговорить. Не здесь.
Левон посмотрел на него. Джо выглядел погано. Под глазами залегли тени, губы дрожали, как у человека, который не спал вторую ночь. Что-то случилось. Что-то, не касавшееся стройки.
— Что стряслось? — спросил Кейд, отставляя кофе на перила.
— Дженни. — Голос Джо треснул. — Её похитили. В пятницу. С друзьями пошла в бар… и всё. Полиция бесполезна. Они сказали, что таких заявлений — сотня в день. Взрослая девушка, девятнадцать лет, гуляла одна — наверное, сбежала с парнем.
— Но она не сбежала.
— Нет. Она звонила. Поздно ночью. Я слышал её голос. Она сказала: «Папа, они русские». И всё. Связь оборвалась. Больше ни слова.
Левон на секунду прикрыл глаза. Русская мафия. Братва. За последние три года Чикаго стал для них домом. Они завозили сюда людей, как скот, и никто не мог ничего с этим сделать. Но Дженни была не просто пропавшей девушкой. Она была дочерью Джо и Карлы — тех немногих людей, которые приняли Левона как родного, когда тот, сломленный потерей жены и битвой за право опеки над дочерью, появился здесь год назад.
— Почему я? — спросил Левон.
— Потому что ты знаешь войну, сынок. И потому что ты остался единственным, кто мне не солгал.
Левон ничего не ответил. Он смотрел на горизонт, где стройка переходила в спальные районы, а те — в окутанный смогом деловой центр Чикаго. Там, в одной из башен, жила его дочь Мередит. Мерри. Сейчас она была у тестя — старого пацифиста Джордана Рота, который ненавидел Левона и делал всё, чтобы выиграть суд об опеке. Левон боролся за неё уже полтора года. Отдавал все деньги юристам. Ночевал в джипе, лишь бы сэкономить лишнюю сотню долларов на адвоката. И вот теперь, когда, казалось, осталось подать последний пакет документов, судьба подкинула ему новую битву.
— Сколько у нас времени? — спросил он.
— Я не знаю. — Джо опустил взгляд. — Но в таких делах время против нас.
Левон кивнул, снял каску и положил её на перила.
«Ладно, — подумал он. — Значит, снова придётся поработать».
Никто на площадке не заметил, как он ушёл. Бригадир просто перестал быть.
Часть 2: Горький сок правды
Юго-западный складской район. 9:47 вечера.
Бар, куда Дженни ходила с подругами, назывался «Гнилой кабачок». На деле это был обшарпанный ангар с неоном, за которым прятались торговцы наркотиками, проститутки и те, кто искал лёгких денег. Левон изучил адрес в полицейском отчёте, который раздобыл через знакомого копа за бутылку виски.
На улице моросил дождь. Левон сидел в джипе напротив входа, наблюдая, как в бар заходили и выходили потрёпанные жизнью люди. Около одиннадцати вечера он заметил бармена. Тот был невысоким, плотным парнем с бритым затылком и татуировкой в виде паука на шее. Его звали Джонни. Именно он обслуживал столик Дженни в ту ночь.
Левон дождался, пока бармен закончит смену и выйдет через чёрный ход. В три часа ночи в переулке за ангаром горела одна тусклая лампа. Левон бесшумно подошёл к Джонни со спины, когда тот открывал дверцу старого «Форда».
— Привет, — сказал Левон, зажимая рукой рот бармена и вталкивая его в машину. — Тихо. Если ты крикнешь, я сломаю тебе челюсть. Потом другую. Потом у тебя не останется зубов, чтобы есть. Вопросы?
Джонни дико вращал глазами, но из-под ладони доносилось только хриплое сипение.
— Где Дженни Гарсия? — спросил Левон, отпуская руку ровно настолько, чтобы бармен мог говорить.
— Я ничего не знаю! — прохрипел тот. — Девушка просто выпила, потусовалась и ушла!
Левон резко дёрнул его за правое ухо. Хрустнул хрящ. Кровь потекла по шее бармена, смешиваясь с потом.
— Ай! Сука! — заорал Джонни.
— Ничего личного, — спокойно сказал Левон. — Просто бизнес. Ещё раз. Где Дженни?
— Я не… — начал было Джонни, но Левон сжал его пальцы, зажатые в кулаке. Три фаланги хрустнули, как сухие ветки.
— А-а-а! — Бармен забился, но Левон держал его мёртвой хваткой.
— В следующий раз я возьмусь за колено. Отвечай: кто её забрал?
— Русские! — выплюнул Джонни, обливаясь слезами и соплями. — Артемис и Вайпер! Это их работа! Они забрали её на продажу. Что-то связанное с трафиком. Я просто наводчик! Я показываю им красивых телок! Всё, больше ничего!
— Где их найти?
— Не знаю! Честно! Я не вхожу в их круг! Спроси у… спроси у кого-то из старших. У Воло Колисника! Это их бригадир! Он заправляет всем районом!
— Откуда мне его найти?
— Спроси любого на районе. Воло держит клуб «Белый медведь» в южном порту. Он там почти каждый вечер. Отпусти меня. Прошу!
Левон секунду смотрел в его лицо. Затем резко ударил его лбом о руль автомобиля. Один раз. Второй раз. Джонни обмяк.
В этот момент в переулок въехали две чёрные «Тойоты» с тонированными стёклами. Левон инстинктивно пригнулся, но было поздно — его заметили. Вспыхнул свет фар, резко взвизгнули тормоза.
— Вон он! — крикнул кто-то по-русски.
Левон выбросил бармена из машины и нырнул на водительское сиденье. Но первая пуля уже разбила заднее стекло «Форда» бармена. Град свинца обрушился на машину, превращая салон в решето. Левон рывком завёл двигатель и вдавил педаль газа в пол. «Форд» дико заскрежетал, снёс мусорный контейнер и вылетел на шоссе.
Погоня длилась десять минут. «Тойоты» шли следом, не отставая, их пассажиры поливали джип очередями из автоматического оружия. Но Левон знал этот район как свои пять пальцев. Он свернул в промышленную зону, прошёл на красный свет, едва не врезавшись в бетономешалку, затем юркнул в подземный парковочный тоннель, где пришлось выключить фары. В полной темноте, ориентируясь только на звук моторов, он развернулся и прижался к бетонной стене.
«Тойоты» пронеслись мимо, обдав его волной отработанных газов. Им и в голову не пришло, что цель осталась в туннеле.
Левон перевёл дыхание. Вытер с лица кровь (свою или чужую — не разбирал) и завёл двигатель заново.
«Воло Колисник, — повторил он про себя. — Значит, начнём с него».
Часть 3: Бассейн «Белого медведя»
Южный порт Чикаго. Клуб «Белый медведь». 2:15 ночи.
Клуб выглядел снаружи как склад, но внутри это был настоящий дворец. Мрамор, хрустальные люстры, кожаные диваны. Здесь собирались деньги и власть. Охрана на входе — три здоровенных амбала в чёрных костюмах с рациями в ушах. За дверями — гул басов и запах дорогого виски.
Левон не стал заходить через парадный вход. Он изучил здание по спутниковым картам ещё днём и знал, что у клуба есть запасной выход — через кухню. Дождь усилился. Лужи на асфальте блестели маслянистой плёнкой. Левон перелез через забор, отключил сигнализацию на служебной двери (старый армейский трюк: замок на «Аблой» ломается двумя скрепками за пять секунд) и скользнул внутрь.
Кухня гремела посудой. Повара не заметили его — он прошёл между стеллажами с продуктами, как тень, и поднялся по лестнице в основной зал. Там было людно. За длинными столами сидели мужчины в пиджаках, курили сигары, пили коньяк. Все с короткими стрижками, некоторые с пистолетами в кобурах под мышкой. Русская мафия в её классическом исполнении.
В центре зала, в огромном кожаном кресле, восседал сам Воло Колисник. Рослый блондин с серебряными висками. Он жестикулировал, раздавал указания своим подчинённым, его рука почти не выпускала хрустальный стакан с виски.
Левон скользнул вдоль стены и засел за звуковой колонкой в углу зала, с которой открывался прекрасный обзор. Он ждал. Час. Два. В пять утра клуб опустел. Остались только личная охрана Воло — четыре человека, и сам «бригадир», который поднялся на второй этаж, где находились его апартаменты.
Левон дождался, пока охрана рассредоточится, и бесшумно поднялся следом. Лестница была покрыта ковровой дорожкой, глушившей шаги. На втором этаже было тихо. Левон выглянул из-за угла: у дверей апартаментов стояли двое. Он взял из кармана металлический шарик (обычную гайку, найденную на стройке) и щелчком запустил её в противоположную стену. Охранники синхронно повернулись на звук. Этого мгновения хватило.
Левон вылетел из-за угла, ударил первого локтем в висок, схватил второго за голову и с силой впечатал лицом в дверной косяк. Оба рухнули как подкошенные. Без единого выстрела.
Он вошёл в апартаменты.
Воло Колисник стоял у барной стойки в халате, наливая себе очередную порцию. Увидев Левона, он не испугался. Он усмехнулся.
— Ты тот самый строитель, — сказал Воло с лёгким акцентом. — Который сегодня вечером устроил гонки с моими людьми. У тебя есть яйца, я признаю.
— Мне нужна информация о Дженни Гарсии, — сказал Левон, приближаясь. — Девушка, которую забрали твои люди из бара в пятницу.
— Девушки — товар, — пожал плечами Воло. — Я не запоминаю товар.
Левон закрыл за собой дверь. Щёлкнул замок.
— Я спрошу ещё раз.
Воло поставил стакан, распахнул халат. На поясе у него висел пистолет. Он выхватил его быстрее, чем можно было ожидать, но Левон был ещё быстрее. Он перехватил его руку, развернул ствол в сторону и нажал на спуск пальцем Воло. Выстрел разорвал тишину. Пуля пробила люстру, дождём посыпались осколки хрусталя.
Левон выкрутил пистолет из рук русского и ударил того рукояткой в лицо. Воло отлетел к стене, разбив нос. Кровь хлынула на халат.
— Ты псих! — крикнул Воло, сплёвывая кровь.
— Ты даже не представляешь, насколько, — сказал Левон, поднимая русского за воротник и таща к выходу из апартаментов. Там был балкон. А за балконом — бассейн. Большой, подогреваемый, подсвеченный снизу голубым светом.
— Слушай, — забормотал Воло, понимая, куда движется дело. — Я скажу. Дженни у Дими. Дима Колисник. Мой сын. Он отвечает за трафик. Он продаёт девушек богатым клиентам. Дженни должна была быть отправлена вчера, но клиент задержался. Она всё ещё здесь. В городе.
— Где? — Левон подтащил его к краю бассейна. Внизу блестела вода.
— Склад у старого речного вокзала. Спросишь кого — скажут. Дима базируется там с бандой байкеров. Лидера зовут Датч. Он бывший десантник. Беспощадный.
— Что ещё?
— Позвонишь Юрию. Он старший брат. Он найдёт тебя, когда ты убьёшь моего сына. У тебя будут проблемы. Огромные проблемы.
— Это уже мои проблемы, — ответил Левон.
Он наклонился, схватил Воло за шиворот и, не обращая внимания на крики русского, швырнул его в бассейн. Воло ушёл под воду с глухим всплеском. Левон подождал, пока тот вынырнет, хватая ртом воздух.
— Я умею плавать, кретин! — заорал Воло.
— А я умею топить, — ответил Левон и прыгнул вслед за ним.
Они боролись в воде. Воло был силён, но Левон был обучен специальной технике подводного боя. Он не стал его душить. Он просто обхватил его сзади, прижал к себе и не давал всплыть. Три минуты. Четыре. Пять. В какой-то момент тело русского обмякло. Левон выпустил его, позволил мертвецу уйти на дно. Потом вышел из бассейна, отжал воротник куртки и, не оборачиваясь, покинул клуб через чёрный ход.
Часы показывали 6:10 утра. В Чикаго всходило грязное осеннее солнце.
Часть 4: Предатели в погонах и дети мафии
Чикагское отделение Управления по борьбе с наркотиками. 8:47 утра.
Левон не был дураком, чтобы лезть на склад байкеров без подготовки. Ему нужно было больше информации. И он знал, где её взять. Его старый друг, агент Дэвид Голдман из УБН, когда-то служил с ним в «морских котиках». Уйдя со службы, Голдман не потерял связь с криминальным миром — напротив, он стал важным информатором.
Они встретились в закусочной у моста, за чашкой кофе. Голдман выглядел измотанным: седой, с красными глазами.
— Ты влез в дерьмо по самые уши, Левон, — сказал он, оглядываясь по сторонам. — Воло мёртв. Русские в бешенстве. Юрий уже объявил награду за твою голову. Это была твоя работа?
Левон не ответил. Голдман тяжело вздохнул.
— Ладно. Что тебе нужно?
— Дима Колисник. Где его найти? Я знаю, что склад у речного вокзала. Но мне нужно зайти оттуда, откуда не ждут.
— Склад под охраной банды «Железные псы». Лидер — Датч. Бывший американский десантник, работающий на русских. Они базируются в старом клубе в южном порту, но у них есть ещё одно место — бар на окраине, где они сбывают метамфетамин. Ты можешь выйти на Датча через наркоторговца по кличке Датч (это позывной). Он же будет на точке продажи сегодня вечером.
— Где?
— Восточный промпарк, сектор 7. Склад с синими воротами. Под видом покупателя.
Левон кивнул.
— Мне нужно кое-что ещё.
— Что? — насторожился Голдман.
— Документы. Чистый лист. Чтобы я не светился.
Голдман молча протянул ему конверт. Внутри лежали новые права и кредитная карта на имя Майкла Хейза.
— Не благодари, — сказал бывший агент. — Только не втягивай меня в то, что будет дальше.
Восточный промпарк. 9:00 вечера.
Левон арендовал чёрный «Форд-Фокус» и подъехал к синему складу. Внутри горел тусклый свет. У входа стояли два байкера в косухах с нашивкой «Железные псы». Они громко смеялись, потягивая пиво.
— Мне нужен Датч, — сказал Левон, вылезая из машины.
— Кто ты? — спросил один, бросая пивную банку в урну.
— Покупатель. Меня послали.
Байкеры переглянулись. Затем кивнули и провели его внутрь.
Склад был переоборудован под нарколабораторию. Вдоль стен — столы с химическими колбами, весы, запакованные пакеты. Посередине на грубом деревянном стуле сидел сам Датч — коренастый, бритый наголо мужчина с вытатуированными на шее черепами. В руке он держал биту.
— Новое лицо, — произнёс Датч. — Мне это не нравится. Документы.
Левон бросил ему удостоверение, которое предусмотрительно оформил через знакомого фальшивомонетчика. Датч изучил его, вернул.
— Хорошая печать. Ладно. Что тебе нужно?
— Пакет. Чистый. Лучший.
— Деньги?
Левон достал пачку купюр — всю свою наличность, которую откладывал на адвоката. Десять тысяч долларов.
Датч усмехнулся, взял деньги и бросил ему пакет с белым порошком.
— Наслаждайся.
Левон уже взял пакет, но не ушёл. Он посмотрел прямо в глаза Датчу.
— Я хочу поговорить о работе покрупнее.
— О чём?
— О Дими. О трафике.
Датч замер. Его рука сжалась на бите, и он резко подался вперёд.
— Откуда ты знаешь это имя, парень?
В ту же секунду Левон выбросил вперёд руку, с силой ударил Датча в горло, перехватил биту и развернул её хозяину в челюсть. Хруст костей. Датч рухнул на пол, как мешок цемента.
Охрана вскинула оружие, но Левон не дал им времени. Он выхватил пистолет из кобуры у одного, двумя выстрелами сразил двоих, затем, перекатившись через спину третьего, вогнал пулю в его затылок. Трое байкеров лежали на бетонном полу в лужах крови, даже не успев выстрелить.
Левон подошёл к Датчу, который, истекая кровью, пытался подняться.
— Где Дими? — спросил Левон.
— Ты мёртв, — прохрипел Датч. — Юрий найдёт тебя.
— Где Дими? — повторил Левон.
— Речной склад, как ты и сказал. А сейчас он в баре «Красный паук». Любит там проводить время. Но тебе туда не пройти.
— Это уже не твоя забота, — сказал Левон.
И выстрелил.
Часть 5: Бег с волками
Бар «Красный паук». Полночь.
Левон подъехал к бару, расположенному в старом театре, и понял, что своими силами ему не справиться. У входа стояло не менее двенадцати вооружённых людей. Внутри, по слухам, ещё двадцать. Прямая атака не пройдёт.
Он решил действовать иначе: переодеться. Среди трупов на складе нашёлся байкер примерно его комплекции. Левон переоделся в его косуху, забрал его удостоверение и мотоцикл. Теперь он был «своим».
Он въехал во двор бара на ревущем «Харлее», лихо спрыгнул с него и, не снимая шлема, направился к чёрному входу. Охранник, взглянув на нашивку и пропуск, кивнул и отворил дверь.
Внутри играла музыка, смеялись проститутки. Дими сидел за отдельным столиком в окружении телохранителей. Это был молодой парень, лет двадцати пяти, с холёным лицом и холодными глазами. Он заливисто смеялся, разливая коньяк, и не замечал опасности.
Левон подошёл к столику, достал пистолет и приставил его к виску одного из телохранителей.
— Всем сидеть тихо, — сказал он.
Музыка смолкла. Крики затихли. Посетители и прислуга начали разбегаться. Дими резко обернулся, его лицо побледнело.
— Ты кто?
— Тот, кто утопил твоего отца, — ответил Левон, снимая шлем. — И сейчас утопит тебя, если не скажешь, где Дженни Гарсия.
Охрана Дими вскинула оружие, но Левон был быстрее. Два выстрела — и два охранника повалились на пол. Третий бросился на него, но Левон ушёл в сторону, перехватил его руку и сломал её в локте. Треск сухожилий. Крик боли.
Дими вскочил и побежал к чёрному ходу. Левон выстрелил ему в ногу. Дими упал, завывая.
— Последний раз, — сказал Левон, подходя к нему. — Где Дженни?
— Склад у реки! — закричал Дими, зажимая рану. — Её клиент должен был забрать сегодня утром! Но… я могу всё изменить, могу отдать её тебе! Не убивай меня!
— Ты продал её, как скот, — сказал Левон, нажимая на курок.
Раздался выстрел.
Левон развернулся и, не оглядываясь на труп, вышел из бара через главный вход. На улице его уже ждали. Полицейские сирены. Три машины с мигалками перекрыли выезд. Из них выскочили люди в форме, но Левон мгновенно понял, что они не были настоящими полицейскими: форма была казённой, но ботинки — гражданские.
— Руки вверх! — крикнул главный из них.
Левон не послушался. Он бросился к мотоциклу и врубил газ. «Харлей» взревел, взметнул облако пыли, а затем Левон погнал его вперёд — прямо на ограждение. Полицейские открыли огонь, но Левон перепрыгнул через бетонный блок на скорости и исчез в переулках.
За ним устремились три полицейские машины, но он нырнул в подземный гараж, где на полной скорости сшиб стойку с автоматическими воротами и вылетел через другой конец квартала, на этот раз без преследования.
Но радость была недолгой. Выехав на трассу, он заметил в зеркале чёрный джип с тонированными стёклами. Джип пристроился сзади и не отставал. В течение двадцати минут Левон петлял по городу, но оторваться не удавалось. Наконец, на пустынной набережной, джип резко ускорился, подрезал мотоцикл и прижал его к ограждению.
Левон потерял равновесие, мотоцикл рухнул на бок, разбрызгивая искры по асфальту. Он кубарем покатился по земле, но быстро вскочил. Из джипа вышли двое — взрослые, серьёзные мужчины в чёрных пальто. Сыновья Юрия.
— Ты убил моего дядю Воло, — сказал один из них, высокий брюнет с ледяным взглядом.
— И твоего кузена Диму, — добавил второй, рыжий, похожий на быка.
— Вы следующие? — спросил Левон, потирая ушибленное плечо.
Вместо ответа брюнет выхватил пистолет с глушителем и выстрелил. Левон уклонился, бросился вперёд, ударил ногой по руке с пистолетом — оружие отлетело в сторону. Рыжий набросился на него сзади, но Левон перехватил его руку и, используя инерцию, перебросил через бедро. Тот тяжело рухнул на асфальт. Левон добил его ударом колена в грудь.
Брюнет, вооружённый ножом, бросился на него. Левон поймал его руку с ножом, вывернул её, и, несмотря на отчаянное сопротивление, погрузил лезвие в его собственную ногу. Вой боли разнёсся по пустынной набережной.
— Ты… ты умрёшь! — прошипел брюнет, корчась на асфальте.
— Возможно, — ответил Левон. — Но не сегодня.
Он поднял упавший пистолет с глушителем и выстрелил дважды. Оба тела замерли.
Левон, шатаясь, подошёл к мотоциклу, поднял его, завёл двигатель. Рык мотора разорвал ночную тишину, и он уехал в темноту, оставляя за собой только трупы и кровавые пятна на холодном асфальте.
Часть 6: Юрий узнаёт цену мести
Особняк русской мафии на окраине Чикаго. 4:20 утра.
Юрий узнал о смерти сыновей в половине пятого утра. Он сидел в своём кабинете, заставленном иконами, пил чай из стакана с подстаканником и слушал доклад человека, чей голос дрожал от ужаса.
— Оба, — произнёс информатор. — Ванко и Даня мертвы. Как и Воло. Как и Дима. И еще двадцать человек. Это какой-то дьявол, Юрий.
Юрий медленно поставил стакан. Кровь отлила от его лица, заострив скулы. Он был криминальным авторитетом уже тридцать лет, с тех пор как бежал из России в девяностых. Он видел много смертей, причинял много боли, но потеря родной крови — это совсем другое.
— Как его имя? — спросил он тихо.
— Левон Кейд. Бывший спецназовец. Живёт в джипе, работает на стройке. У него есть дочь.
Юрий поднялся.
— Привезите мне его дочь.
Часть 7: Дом, где горит веранда
Раннее утро. Дом Джордана Рота, отца покойной жены Левона.
Мередит, семилетняя дочь Левона с пшеничными кудряшками, чистила зубы, когда кто-то постучал в дверь. Джордан, её дедушка, пацифист до мозга костей, бывший профессор литературы, открыл дверь не глядя в глазок.
На пороге стояли трое мужчин в чёрных пальто. Джордан попытался закрыть дверь, но первый выстрелил ему в плечо. Старик упал, истекая кровью. Мужчины ворвались в дом, стали крушить мебель, искать девочку, но Мередит спряталась в погребе через люк на кухне, который дедушка когда-то сделал для овощей. Бандиты не нашли её, но, прежде чем уйти, подожгли дом.
Джордан, истекая кровью, ползком выбрался на улицу и позвонил Левону.
Тот мчался через весь город, сжигая резину. За полчаса он преодолел расстояние, на которое обычно уходило полтора. Прибыв, он увидел дом, объятый пламенем, и Джордана, корчащегося на газоне в луже крови.
— Мерри! — закричал Левон. — Где Мерри?
— В погребе… — прошептал старик, теряя сознание. — Не могли найти… Я сказал ей сидеть тихо.
Левон ворвался в горящий дом. Пламя лизало стены, потолок рушился, но он знал, где был люк. Он отбросил горящую мебель, рванул ручку и вытащил перепуганную, залитую слезами дочь.
— Папа! — закричала она, обхватив его шею руками.
— Всё хорошо, малышка, — прошептал он, закрывая её своим телом от падающих балок. — Всё хорошо. Я здесь.
Он вынес её из огня, посадил в машину, проверил пульс у Джордана — тот был жив, но потерял много крови. Левон вызвал скорую, а сам отвёз Мерри к Гунни Лефферти, своему старому армейскому другу.
Гунни жил в лесу за городом, в маленьком доме, который не найти на картах. Это был слепой ветеран спецназа, потерявший зрение в Ираке, но всё ещё способный на многое.
— Береги её, — сказал Левон, передавая дочь в руки жены Гунни, Джойс. — Обещай.
— Только через мой труп, — сказал Гунни, ощупывая лицо Левона. — Ты весь в синяках. Иди, убей их всех. А я присмотрю за твоей девочкой.
Часть 8: Речной Склад
Южный порт, старый речной вокзал. Ночь среды.
Левон потратил сутки на подготовку. Он изучил карту здания, маршруты патрулей, расположение пулемётных гнёзд. Склад был старой речной станцией, переоборудованной в тюрьму для невольниц: подвал, разделённый на клетки, и жилые комнаты на втором этаже, где содержали тех, кого готовили к отправке.
Дженни была там. Левон знал это наверняка.
Он подъехал к складу в три часа ночи на угнанном грузовике. У входа стояли четыре байкера и два русских. Левон медленно подогнал грузовик к воротам и включил фары дальнего света. Охрана зажмурилась, закричала. Этого мгновения хватило, чтобы он выскочил из кабины с автоматом в руках.
Автоматная очередь скосила сначала русских, затем байкеров. Левон бросил гранату в сторону патрульной вышки — взрыв разметал часового в клочья.
Он вбежал внутрь.
Главный зал был превращён в арену. Байкеры выскакивали из-за ящиков, палили из-под прикрытия, но Левон двигался хаотично, используя каждую секунду заминки. Он перекатывался по полу, стрелял с двух рук, уходил от пуль, падая за бетонные блоки.
Когда в зале осталось двадцать трупов, из боковой двери выскочил сам Датч — тот самый, которого он уже, казалось, убил. На лице бывшего десантника зияла глубокая рана, но он был жив.
— Ты думал, меня так легко убить? — заорал Датч, взводя автомат.
Левон не ответил. Он бросил в Датча зажигалку и одновременно выстрелил в канистру с бензином, стоявшую рядом. Взрывная волна отбросила Датча к стене. Его одежда загорелась. Он завыл, пытаясь сбить пламя, и в этот момент Левон приблизился и вогнал ему в грудь длинный арматурный прут.
— Теперь ты точно мёртв, — сказал Левон, глядя в угасающие глаза врага.
Он поднялся на второй этаж. Там, в маленькой комнате, запертая в клетке, сидела Дженни Гарсия. Она была жива. Избита, напугана, но жива.
— Дженни, — позвал Левон, взламывая замок. — Всё кончено. Я за тобой.
— Мистер Кейд? — всхлипнула она, бросаясь ему на шею. — Я знала, что ты придёшь. Папа сказал…
— Тише, — сказал он. — Тише. Мы уходим.
Часть 9: Эпилог. Человек, который вернулся домой
На выходе из склада их поджидал сюрприз. Юрий, глава русской мафии, стоял на берегу канала в окружении шести бойцов. В руке он держал пистолет.
— Ты убил всех, — сказал Юрий, глядя на Левона. — Мою семью. Моих друзей. Мою империю.
— Ты похищал детей, — ответил Левон, прикрывая собой Дженни. — Так что мы квиты.
Юрий поднял пистолет, но в этот момент зазвонил его телефон. Он ответил, держа оружие наготове.
Лицо его изменилось. Из гневного оно стало испуганным. Кто-то на том конце провода говорил быстро, отрывисто, с сильным акцентом.
— Понял, — произнёс Юрий. И опустил пистолет. — Отойдите.
— Юрий! — закричал один из его подручных. — Он перебил всех!
— Я сказал — отойдите! — заорал авторитет, отбрасывая телефон в сторону. — Приказ сверху. Если я трону этого человека — убьют меня. Всё, уходим.
Бойцы заколебались, но послушались. Юрий напоследок посмотрел на Левона.
— Ты везучий, строитель. Но везение кончается.
— Удачи, — сказал Левон и пошёл к выходу, уводя Дженни от канала.
Они сели в машину и уехали. В зеркале заднего вида Юрий смотрел им вслед, сжимая кулаки, но не сделав ни шага вслед.
Утро следующего дня. Дом Джо и Карлы.
Левон подъехал к их коттеджу в пригороде. Дженни, переодетая в чистое, спала на заднем сиденье. Левон разбудил её.
— Мы дома, — сказал он.
Когда Джо открыл дверь и увидел дочь, он рухнул на колени, обнимая её, и заплакал. Плакал по-настоящему, сотрясаясь всем телом, как ребёнок. Карла выбежала на крыльцо, закричала от радости, бросилась к дочери.
— Спасибо, — сказал Джо Левону, поднимаясь с колен. — Спасибо тебе. Ты спас мою девочку. Если тебе когда-нибудь понадобится что-то, что я смогу дать — дом, деньги, работа — всё твоё.
Левон покачал головой.
— Верни меня на стройку в понедельник, и мы в расчёте.
Он уехал. Забрал Мерри у Гунни, поужинал с ними в маленьком доме слепого ветерана, а затем отвёз дочку к себе в джип. Ночевать они снова ехали к Джордану? Нет. Тесть лежал в больнице с огнестрельным ранением плеча. Но он выживет. И теперь, наконец, он понял, кем был его зять на самом деле.
Левон остановил машину на мосту через Чикаго, вышел на середину проспекта и вдохнул полной грудью холодный ночной воздух. Небо было ясным, усеянным звёздами. Где-то в этом хаосе у него была дочь. Работа. Совесть.
Он не стал другим. Он просто снял маску.
Но маску можно надеть снова. Когда потребуется.
