Поэт игрок, о Беверлей Гораций,Проигрывал ты кучки ассигнаций,И серебро, наследие отцов,И лошадей, и даже кучеров –И с радостью на карту б, на злодейку,Поставил бы тетрадь своих стихов,Когда б твой стих ходил хотя в копейку.
Везувий зев открыл – дым хлынул клубом – пламяШироко развилось, как боевое знамя.Земля волнуется – с шатнувшихся колоннКумиры падают! Народ, гонимый страхом,Под каменным дождем, под воспаленным прахом,Толпами, стар и млад, бежит из града вон.
Примите «Невский Альманах».Он мил и в прозе, и в стихах:Вы тут найдете Полевого,Великопольского, Хвостова;Княжевич, дальний ваш родня,Украсил также книжку эту;Но не найдете вы меня:Мои стихи скользнули в Лету.Что слава мира?
Страшно и скучноЗдесь новоселье,Путь и ночлег.Тесно и душно.В диком ущелье –Тучи да снег. Небо чуть видно,Как из тюрьмы.Ветер шумит.Солнцу обидно 1829
