В архиве Европейского центра инфекционной безопасности сохранился файл, который невозможно открыть обычным способом. Он называется LAST_MAN_1826–2097, хотя первые строки датированы 2029 годом, а последние — 2097-м.
В ту ночь, когда Сент-Джон Риверс потребовал от меня окончательного ответа, вересковые пустоши стонали под порывами пронизывающего ветра. Он стоял передо мной, высокий, бледный, непреклонный, как мраморная статуя античного бога, и ждал.
Металлический скрежет эхом прокатился по долине, когда гигантский робот доктора Эггмана, издав последний, жалобный стон искрящихся шестеренок, рухнул на зеленую траву.
В тот вечер, когда я впервые услышала смех на третьем этаже, в Торнфилде бушевал ветер. Он бился в ставни, словно просился внутрь, и гнал по коридорам холодные сквозняки.
14 мая 1819 года. Спэниш-Таун, Ямайка. Солнце здесь такое густое, что его можно пить. Оно заливает террасу золотым сиропом, плавит воск свечей даже днем, заставляет кровь бежать по венам с пугающей, сладкой скоростью.
Я пишу эти строки ночью, когда в доме все спят, а огонь в камине догорел до красных углей. Пламя мерцает, и на мгновение мне кажется, будто оно отбрасывает на стену высокий силуэт в белом платье.
Глава 1. Девушка без имени и состояния В тот год осень пришла в Торнфилд-холл раньше обычного. Ветер гнал по вересковым пустошам тёмные тучи, дождь неделями не прекращался, а старые деревья вокруг поместья
Глава 1. Человек, который потерял всё После пожара Торнфилд-холл остался в прошлом, словно страшный сон, от которого невозможно проснуться. От некогда величественного поместья сохранились лишь обугленные
Викторианская Англия не прощала женщинам двух вещей: бедности и независимости. Когда в 1847 году Шарлотта Бронте под псевдонимом Каррер Белл выпустила роман «Джейн Эйр», литературный мир содрогнулся.
В воздухе пахнет старыми книгами, вереском и надвигающейся грозой. По длинным, тускло освещенным коридорам старинного особняка гуляют сквозняки, а откуда-то сверху, с запертого третьего этажа, раздается жуткий, нечеловеческий смех.
