Лира Цветозвучная родилась с удивительным даром — она видит звуки и слышит цвета. Скрипка для неё пахнет сиреневым, а смех бабушки звенит золотыми искрами. Но однажды из мира исчезает самая важная нота — нота «До» первой октавы.
Венецианский дож отвечает уклончиво, предлагая обменять Махидевран на значительные торговые уступки, фактически шантажируя Хюррем. Махидевран, пользуясь паузой, организует через оставшихся агентов подбрасывание
Великолепный век Серия 21. Чужие сети «Иногда враг приходит не с мечом, а с ключом от твоей собственной двери. И тогда ты узнаёшь, что стены, которые ты считал крепкими, — всего лишь бумага».
Илья не искал приключений — он искал тишину. Большой город высасывал из него силы, а глина в его руках переставала слушаться, когда вокруг гремели поезда и гудели машины.
Никто не превращает элементарное задание в окровавленный цирк так виртуозно, как Винсент Вега — человек, способный прострелить себе бедро, утопить ключи в мусоропроводе и при этом искренне удивляться, почему день не задался с самого кофе.
Что, если Невеста не довела дело до конца? В этом фанфике по Убить Билла месть сменяется неожиданным милосердием, и самому смертоносному убийце предстоит пройти путь от ненависти к искуплению под ворчливым надзором Пай Мэя.
Задумывались ли вы, почему самая дурацкая любовь часто оказывается самой настоящей, оставляя след в сердце, как эти капли дождя на стекле? Погрузитесь в мир, где нелепые встречи и невысказанные слова превращаются
Знаете это чувство, когда сюжет сворачивает не туда, а вы слишком расслаблены, чтобы спорить? Вот и Чувак Лебовски, кажется, давно понял, что застрял в бесконечном пересъеме собственной жизни, и ему просто лень об этом кому-то говорить.
Что, если после жестокой драки в прачечной и карцера судьба Энди в Шоушенке сложится иначе? Этот Искупление Шоушенка, фанфик предлагает свежий взгляд на знакомую историю, полную новых союзов и скрытых интриг.
Узнайте леденящую душу логику вселенной Хищника: древний кодекс чести и совершенная технология, с помощью которой он терпеливо отбирает себе самую достойную добычу, вовсе не ту, что кажется очевидной.
