В воздухе висела тяжёлая тишина, нарушаемая лишь редким потрескиванием факелов. Храм Теней, высеченный в недрах потухшего вулкана, хранил в своём чреве тысячелетние тайны. Каменные стены, покрытые трещинами, словно паутиной, хранили память о былых сражениях: следы когтей, выбоины от сюрикенов и опалины от огненных шаров. Сегодня здесь должна была решиться судьба одного из величайших воинов Внешнего Мира.
Шао Кан восседал на троне, сложенном из черепов поверженных врагов. Его массивная фигура, облачённая в броню, отбрасывала гротескную тень на стену. Император был мрачен. Перед ним стоял Сайзот — воин клана Сауриан, известный как Рептилия. Ящероподобный гуманоид с зелёной чешуёй был преданным слугой трона, но сегодня его поза выражала не раболепие, а глубокую, запёкшуюся боль.
— Ты осмелился просить аудиенции по личному вопросу, — голос императора звучал как скрежет металла по кости. — Говори.
Сайзот поклонился, хотя каждое движение давалось ему с трудом. Чешуя на спине поблёскивала в свете огня, переливаясь из табачного-зелёного в почти чёрный.
— Повелитель, — начал он, и его голос был хриплым, с присвистом, присущим его pace ящеров. — Мой клан мертв. Я последний из Сауриан. Я служил вам верой и правдой, сражался на турнирах, выполняя самые грязные поручения. Я прошу лишь малого.
Император подался вперёд. Его глаза, горящие адским пламенем, сузились.
— Малого? Ты, жалкий потомок вымирающего вида, смеешь просить награды? Твоё существование — уже дар, который я терплю.
Рептилия сжал кулаки, когти впились в ладони, но он не выказал слабости.
— Я прошу не награды. Я прошу возрождения. Информации. Легенды гласят, что сущность моих предков не уничтожена полностью. Говорят, яйца последнего выводка были спрятаны в Карманном Измерении Хаоса, когда Эдения пала. Я прошу доступа к Архивам Теней, чтобы найти координаты этого измерения. Верните мне мой народ, и я буду служить вам вечно, но теперь уже не как бездушный убийца, а как спаситель расы.
Шао Кан расхохотался. Смех этот разнёсся под сводами храма, заставляя дрожать даже бывалых стражников у входа. Это был смех безумца, наслаждающегося чужой агонией.
— Романтика вымирания — какая прелесть! Ты ищешь яйца в Измерении Хаоса? Глупец. Даже если они там и были, Хэвик и его безумцы давно превратили бы их в ингредиенты для своих хаотитовых супов или разбили ради забавы. Но, — император резко сменил тон на ледяной, деловой, — ты можешь убедиться в этом сам. Я разрешаю тебе воспользоваться Архивами. Плата — твоя полная лояльность на ближайших трёх турнирах Смертельной Битвы. Проиграешь хоть один — и я лично стерилизую твою способность к регенерации. Навсегда.
Сайзот выпрямился. Плата была чудовищной, но призрак надежды, закравшийся в его сердце, заглушал голос разума.
— Я согласен, повелитель. Благодарю.
— Не благодари. Твой путь лежит через склепы под Замком Шао Кана. Там, среди мусора истории, ты найдёшь карты Пустоты. Но помни: в Архивах Теней на страже стоит Горо. Тебе будет позволено войти, но твоя безопасность — иллюзия. Если ты падёшь от его рук, значит, ты слишком слаб, чтобы служить мне.
Лабиринт Склепов
Спуск в катакомбы напоминал погружение в глотку окаменевшего дракона. Воздух стал спёртым, пропитанным запахом вековой пыли, плесени и разлагающейся магии. Сайзот активировал инфракрасное зрение, и мир вокруг окрасился в тона холодного синего и оранжевого — тепловые сигнатуры крыс и какой-то подземной живности мерцали в темноте.
Склепы Замка Шао Кана были не местом скорби, а складом забытого оружия и останков неугодных. Здесь, в ямах, гнили доспехи павших воинов, свитки с неудавшимися заклинаниями и кости тех, кто осмелился перечить Императору. Сайзот шёл осторожно, но быстро. Каждый шорох мог быть ловушкой. Наконец, в нише, заваленной проржавевшими алебардами, он обнаружил то, что искал: бронзовый цилиндр, испещрённый рунами. Карта Пустоты. Она была настроена на вибрации межпространственных разломов.
Открыв цилиндр, Сайзот увидел голографическую проекцию: переплетение струн реальности, миры-пузыри, дрейфующие в Эфире. Карманное Измерение Хаоса выглядело как гнойный нарыв на теле мультивселенной — нестабильное, постоянно меняющее свою геометрию пространство, запертое между мирами Порядка и Царством Земным.
Он запомнил частоту, пространственные координаты, необходимый объём магической энергии для открытия портала. Всё это было сложно, но выполнимо. Ему нужен был проводник, существо, способное проложить путь сквозь Хаос.
Встреча в Темнице
Слухи, циркулирующие во Внешнем Мире, привели Сайзота в отдалённое поселение Таркатанов, где в яме для пыток содержали захваченного колдуна из Братства Тени. К тому моменту, как Рептилия добрался туда, отряд таркатанов уже не представлял угрозы: их изуродованные тела лежали вперемешку с обломками оружия. В центре этого побоища стоял пленник, освободившийся от цепей, но всё ещё скованный магическим ошейником, блокирующим его способности.
Это был высокий человек в изорванных чёрных одеяниях. Лицо его скрывал капюшон, но по измождённым рукам с длинными, почти как у Сайзота, пальцами, было видно, что перед ним опытный адепт тёмных искусств.
— Ты опоздал, ящер, чтобы участвовать в бойне, — произнёс колдун скрипучим голосом.
— Мне не нужна бойня. Мне нужен лоцман. Ты знаешь Хаос? — Сайзот говорил прямо, не тратя времени на прелюдии.
Колдун усмехнулся. Сняв капюшон, он явил измождённое лицо с горящими зелёным, таким же кислотным, как и чешуя Рептилии, глазами.
— Моё имя Фуджин? Нет. Я простой лоцман Пустоты. Зови меня Карион. Я чувствую некромантические импульсы, могу стабилизировать временные потоки и знаю язык Хаоса. Ты хочешь войти туда? Зачем? Спрятаться от гнева Шао Кана?
— Найти своё прошлое. Мои нерождённые братья. Сайзоты. Клан Сауриан должен возродиться.
Карион закашлялся, и это был смех.
— Романтик. Хорошо. Ты освободил меня, пусть и случайно. Я отведу тебя в Измерение Хаоса. Но плата — Эссенция Порядка, которую ты добудешь для меня по пути. Там, на границе миров, есть сторожевые посты Сейдо. Мне нужен их кристалл-ключ. Без него я не могу снять ошейник.
Сайзот кивнул. Союз был заключён не на доверии, а на взаимной выгоде.
Прорыв через Сейдо
Первая остановка — аванпост Ордена Порядка на разломе миров, соединяющем Земное Царство, Внешний Мир и Хаос. Это была парящая в пустоте платформа из безупречного белого мрамора, охраняемая стражами в зеркальных доспехах. Их оружие отражало магию, их разумы были едины.
Сайзот и Карион появились из телепортационной воронки. Колдун тут же активировал завесу невидимости, но Сайзот предпочёл действовать грубой силой. Он невидимкой скользил между постами, используя свою природную ловкость. Когда первый стражник повернулся спиной, Рептилия материализовался в кислотном плевке.
Зелёная жижа, способная разъедать даже кости титанов, обрушилась на зеркальную броню. Доспехи зашипели, пошли пузырями, и вскоре от стража остались лишь дымящиеся ошмётки металла и плоти. Второй выхватил клинок, способный разрезать саму реальность, но Сайзот уже перекатился, уходя от выпада, и с чудовищной силой ударил хвостом. Костяной нарост пронзил сочленение доспехов, разрывая сухожилия.
Карион тем временем колдовал над консолью управления. Его тонкие пальцы порхали над магическими сенсорами, имитируя сигналы Порядка. Наконец, раздался мелодичный звон, и из консоли выдвинулся небольшой октаэдр — Эссенция Порядка, кристаллизованный свет.
— Держи, — прохрипел колдун, бросая кристалл Сайзоту. — Пропуск в Хаос. Прикрепи к поясу, иначе измерение тебя изотрёт в пыль.
Рептилия повиновался. Как только Эссенция вошла в контакт с его чешуёй, он почувствовал ледяной холод, сковывающий суставы. Порядок пытался навязать его молекулам статичную структуру, но регенерация ящера отторгала внешнее воздействие.
Измерение Хаоса
Переход был мучительным. Физическое тело Сайзота на миг распалось на триллионы частиц, чтобы собраться вновь в мире, где не было законов физики в привычном понимании. Здесь гравитация могла работать влево, время текло вспять, а причинно-следственные связи были извращены.
Измерение Хаоса встретило их какофонией красок и звуков. Пейзаж напоминал картины сумасшедшего художника: фрагменты разрушенных зданий парили в небе, окрашенном в оттенки фиолетового и жёлтого. Реки жидкого стекла текли в гору, а деревья представляли собой переплетённые нервные окончания, пульсирующие в такт безумному сердцебиению этого мира.
— Не теряй концентрацию, — прошептал Карион. Он стоял на потолке, пока Сайзот прилип к вертикальной стене. — Ищи след биологической энергии. Яйца, даже если они находятся в состоянии стазиса, должны излучать слабый аурный след.
Сайзот напрягся. Ментальное сканирование было для него новым навыком, но инстинкты Ящерообразного были сильны. Он принюхался, открыв рот, улавливая феромоны в безумном воздухе. И вдруг — уловил. Тонкий, едва заметный аромат… это был запах его собственной юности, запах утробы, запах генофонда его расы.
След вёл к парящему острову, сделанному из окаменевших костей гигантских левиафанов. Остров охранялся. Существа Хаоса — Хаосрины, клубки щупалец, глаз и ртов, бормочущие белиберду, собрались вокруг огромного купола из искажённого пространства.
— Внутри этого купола, — сказал Карион, — время замедлено. Шао Кан не соврал. Яйца там. Но Хаосрины… они высиживают их, как свои собственные святыни. Если ты заберёшь яйца, ты разрушишь их культ. Они будут драться до полного разрушения.
Сайзот не колебался. Он воин, и его народ ждал спасения тысячелетия.
Битва за Будущее
Схватка была адской. Хаосрины атаковали не физически, а самими концепциями. Один послал в Сайзота «Осколок Сомнения», и Рептилия на мгновение увидел себя со стороны — жалкого, уродливого, последнего представителя умирающего вида, чьи попытки возродить расу обречены на провал. Видение было таким реальным, что он почти поверил.
Но злость оказалась сильнее депрессии. Сайзот взревел, и этот рёв, усиленный магией Внешнего Мира, разорвал иллюзию. Его чешуя вспыхнула, активируя зеркальный покров, отражающий ментальные атаки. Когти, пропитанные кислотой, вспороли брюхо ближайшего хаосрина. Внутренности твари хлынули потоком, и каждый орган, падая на «землю», тут же превращался в самостоятельный организм.
Карион не отставал. Он визуализировал нити вероятности, заставляя хаосринов спотыкаться о собственные будущие движения. Но силы были слишком неравны. Колдун получил удар парадоксальным лезвием — оружием, которое наносило раны ещё до того, как его вынимали из ножен. Кровь хлынула из груди Кариона, но он, теряя сознание, успел активировать кристалл Порядка.
Ослепительная вспышка белого света залила остров. Эссенция Порядка вступила в конфликт с самой тканью Измерения Хаоса. Время и пространство вокруг купола на долю секунды застыли в парадоксальной статике. Хаосрины замерли, словно мухи в янтаре.
У Сайзота был лишь миг. Он метнулся внутрь купола.
Внутри оказалось тихо, как в склепе. Температура была идеальной для инкубации. На постаментах, окружённых аурой замедленного времени, лежали они — девять яиц. Их скорлупа была не просто зелёной, она была жидкой, переливающейся, как нефть, с вкраплениями изумрудов. Сайзот чувствовал внутри слабое биение сердец.
Он быстро, но предельно осторожно, собрал яйца в специальный термомешок, сотканный из его собственной сброшенной кожи — единственный материал, который мог сохранить необходимую температуру вне купола.
Выбравшись наружу, он увидел, что эффект Эссенции заканчивается. Карион лежал в луже собственной крови, но был ещё жив. Хаосрины начинали приходить в движение.
— Уходим! — Сайзот подхватил колдуна на плечи и активировал устройство экстренного возврата, которое они собрали из обломков техники Сейдо.
Возвращение и Предательство
Их выбросило из портала прямо в Архивы Теней, у подножия мраморной лестницы, ведущей в главный зал. Сайзот рухнул на колени, прижимая мешок с яйцами к груди. Колдун застонал.
И тут раздался тяжёлый топот. Четырёхрукий гигант Горо, принц Шоканов, спускался по ступеням. Его мышцы бугрились, глаза горели ненавистью.
— Ты прервал мой караул, ящер, — прорычал он. — Твоя миссия была частью сделки, но ты притащил в Архивы постороннего. Это карается смертью.
Сайзот встал, заслоняя собой и яйца, и раненого колдуна.
— Он спас мою миссию. Без него я бы погиб. Он часть сделки.
Горо засмеялся лающим смехом.
— Сделки? С Императором не заключают сделок. Он даёт приказы. И мой приказ — убить колдуна за вторжение. А поскольку ты стоишь на пути, то и тебя.
Бой начался без предупреждения. Горо не был стратегом, он был силовой машиной. Его кулаки обрушились на пол в том месте, где только что стоял Сайзот. Рептилия использовал скорость и ловкость, уклоняясь от ударов, которые дробили мрамор в крошку.
Он плюнул кислотой, но Горо среагировал мгновенно, отбив заряд нижней правой рукой. Чешую на кулаке разъело до кости, но боль лишь разозлила Шокана. Он схватил Сайзота двумя верхними руками за горло, поднял над землёй и начал душить.
— Я раздавлю тебя медленно, чтобы ты чувствовал, как трещат твои позвонки.
В этот критический момент Карион, истекающий кровью, но всё ещё живой, поднял руку. Он вытянул из своей раны остатки магии и направил тонкий луч некротической энергии прямо в глаза Горо. Это был не летальный удар, но он на мгновение ослепил и дезориентировал гиганта.
Сайзот, используя этот шанс, высвободил свою самую разрушительную способность. Его челюсть гипертрофированно расширилась, нижняя челюсть отсоединилась от черепа, и он вцепился в верхнюю левую руку Горо, ту самую, которая держала его за горло. Кислота из слюнных желёз впрыснулась прямо в рваную рану, которую оставил плевок.
Горо заорал от чудовищной боли. Его хватка ослабла. Сайзот упал на пол, перекатился и, не теряя ни секунды, схватил мешок с яйцами.
— Ты заплатишь за это! — прорычал Шокан, баюкая обожжённую руку. Внешняя плоть слезла, обнажая мышцы.
— Нет, — прошипел Сайзот. — Это ты заплатишь. За свою тупую верность тирану.
Драка возобновилась бы, но тут раздался властный голос, заставивший даже стены Архивов завибрировать. Говорил Шао Кан, наблюдавший за всем через магические зеркала.
— Достаточно!
Горо мгновенно замер, склонив голову. Сайзот, тяжело дыша, выпрямился, но не поклонился. Теперь он смотрел на проекцию Императора с вызовом.
— Ты принёс яйца, — констатировал Шао Кан. Голос его был лишён эмоций, но в нём чувствовалась удовлетворённость. — Технология инкубации, которой владели твои предки, утеряна. Но у меня есть учёные. Ты вырастишь новую армию Сауриан для моей империи. Это будет величайшее достижение.
— Нет, — тихо, но твёрдо сказал Сайзот.
Повисла пауза, во время которой, казалось, само время остановилось.
— Что ты сказал?
— Я сказал «нет», Император. Это не армия. Это мой народ. Они не будут пушечным мясом в твоих бесконечных захватнических войнах. Они будут свободными Саурианами, достойными памяти наших предков. Я выведу их, я выращу их, но служить тебе они не будут.
Шао Кан поднялся с трона. Даже через проекцию его гнев был физически ощутим. Пол под ногами Сайзота задрожал.
— Ты всего лишь ящерица. Слуга. Насекомое. И ты ставишь условия мне, покорителю миров?
— Я последний из клана Сайзот, но не последний на Земле или в других мирах, кто устал от твоей тирании. Твоя империя прогнила. Турнир Смертельной Битвы скоро начнётся. И я буду сражаться на нём, но не за тебя. А против.
Горо зарычал и хотел было броситься на мятежника, но Сайзот уже активировал дымовую завесу — смесь кислотных испарений и тёмной магии, украденной из свитков Архивов во время боя. Пространство заволокло едким, ослепляющим туманом.
Когда дым рассеялся, ни Сайзота, ни Кариона, ни, что самое важное, драгоценного мешка с яйцами, уже не было.
Новая Заря
В подземных пещерах под городом Сун-До, далеко в Земном Царстве, куда не проникали шпионы Внешнего Мира, Сайзот устроил инкубатор. Карион, излеченный от ран при помощи запасной Эссенции Порядка, которую они утаили, помогал стабилизировать климат в пещере. Яйца были помещены в гнёзда из нагретых вулканических камней, привезённых из Запретных Гор.
— Риск огромен, — говорил Карион, всё ещё бледный, но полный скептического энтузиазма. — Когда они вылупятся, Шао Кан пошлёт за ними лучших убийц. Эррон Блэк, Милина, может, даже самого Нуб Сайбота или Нуба Смоука. Готов ли ты защищать их один?
— Я не буду один, — Сайзот смотрел на мерцающие жизни внутри скорлупы. Его чешуя в свете костра отливала новым, более ярким оттенком, будто возрождение расы наполнило энергией и его самого. — Я найду союзников. Есть те, кто давно ищет способ свергнуть Шао Кана…
