Лабубу и Остров Забытых Игрушек Приключенческая сказка о том, что даже потерянное можно найти, если очень верить Говорят, у каждого потерянного есть место, где его помнят. Даже если ты всего лишь старая плюшевая игрушка с оторванной лапой
«Если ты потерял что-то очень важное, не плачь. Оно не исчезло. Оно просто ждёт тебя на острове, где время не властно над любовью».
Глава 1. Банка из-под варенья, которая пахла воспоминаниями
Лабубу сидел на кухне и ждал, когда Петя вернётся из школы. Мама мыла посуду и напевала что-то весёлое. Вдруг из-под холодильника выкатилась банка. Старая, жестяная, с погнутой крышкой. На этикетке было написано: «Клубничное варенье. 1987 год». Лабубу подкатил банку к себе и открыл. Внутри не было варенья. Там лежала карта. Бумажная, пожелтевшая, нарисованная от руки — синими чернилами, которые местами расплылись.
— Что это? — прошептал Лабубу.
На карте был изображён остров в форме спящего кота. Вокруг — море, на котором плавали бумажные кораблики. Надпись гласила: «Остров Забытых Игрушек. Здесь живут те, кого потеряли. Сюда ведёт только одна дорога — через Море Слёз. Вход — для тех, кто помнит».
Лабубу перевернул карту. На обороте было написано: «Если ты нашёл эту карту, значит, кто-то очень нуждается в тебе. Поплыви. Не бойся. Ты не один».
— Кто это написал? — спросил Лабубу у пустой кухни.
Но кухня молчала. Только чайник закипал и свистел.
Лабубу спрятал карту в пух и решил, что поплывёт ночью, когда Петя уснёт. Он не знал, куда и зачем — но чувствовал, что это важно.
Ночью, когда мальчик засопел, Лабубу выбрался из окна, добежал до берега (в их городе было море? в этой сказке — да) и отвязал маленькую лодку, которая качалась у причала. Лодку оставили рыбаки — старая, дырявая, но на ней было написано: «Для потерянных». Лабубу забрался внутрь, оттолкнулся веслом и поплыл.
Море было тёмным, но звёзды светили ярко. Карта светилась сама по себе — маленькими золотыми точками, указывающими путь. Лабубу плыл всю ночь, весь следующий день и ещё одну ночь. На второй день он увидел вдали берег. Остров действительно был похож на спящего кота — с ушами-холмами, с носом-скалой и с хвостом-полуостровом.
— Остров Забытых Игрушек, — прошептал Лабубу.
Он причалил к берегу. Песок здесь был серым — не золотистым, а пепельным. Деревья росли кривые, покрытые мхом. Везде, на камнях, на ветках, на песке, сидели игрушки. Много игрушек. Плюшевые мишки без глаз, резиновые утята с оторванными клювами, заводные машинки без колёс, куклы без рук и без волос. Все они смотрели в одну сторону — на замок, который стоял на холме. Замок был серым, угрюмым, с башнями из старых кубиков и воротами из сломанной железной дороги.
— Ты новенький? — спросила чья-то тоненький голосок.
Лабубу опустил взгляд. Перед ним сидел маленький пластмассовый солдатик без одной ноги. Он опирался на спичку, как на костыль.
— Да, — сказал Лабубу. — Я Лабубу. А ты?
— Рядовой Штык, — сказал солдатик. — Попал сюда двадцать лет назад. Меня потеряли на пляже. До сих пор жду, когда найдут.
— А почему вы все такие грустные? — спросил Лабубу.
— Потому что Король Фантом сказал, что нас забыли, — вздохнул Штык. — Навсегда. Что дети нас больше не ищут. Что мы никому не нужны. И мы поверили.
— А кто такой Король Фантом?
— Он — лев. Плюшевый, старый, без гривы. Его потеряли очень давно. Он злой, потому что обижен. Он говорит, что дети — предатели. Что они заводят новых игрушек, а старых выбрасывают. Он запретил нам надеяться.
— Но я верю, что вас помнят, — сказал Лабубу. — Я игрушка. Я знаю, что дети не забывают. Просто иногда не могут найти.
— Ты наивный, — вздохнул Штык. — Придёшь к Королю — увидишь.
Лабубу пошёл к замку. По пути к нему присоединилась маленькая тряпичная мышка по имени Мушка (у неё не хватало уха) и заводной заяц Пружинка (сломанный, он мог только дёргаться).
— Не ходи туда, — шептала Мушка. — Фантом забирает надежду. Она хранится у него в подвале, в банках. У каждой игрушки была своя банка надежды. Он их все выпил.
— Выпил?
— Ну, не выпил, а… выдышал. Он рычит, и надежда исчезает. Мы пробовали бороться, но у нас нет сил.
— А у меня есть, — сказал Лабубу. — Пух. И сердце.
Он вошёл в замок. Внутри было темно, только слабо светились чьи-то глаза — сотни игрушечных глаз, которые смотрели на него с полок, с лестниц, с потолка. В центре зала, на троне из старых книг, сидел Король Фантом. Он был большим — размером с крупную собаку. Его плюшевая шкура выцвела, грива отсутствовала, один глаз был пуговицей, другой — стеклянным. Но в его груди что-то тикало — часы? Или сердце?
— Ещё один, — прогудел лев. — Пушистый, белый, с бантиком. Красивый. Тебя потеряли?
— Нет, — сказал Лабубу. — Я сам приплыл. Я ищу тех, кто потерял надежду.
— Надежды нет, — усмехнулся Фантом. — Я доказал это. Я ждал своего мальчика сорок лет. Он не пришёл. Он вырос, забыл меня, завёл новую игрушку. Мы здесь никому не нужны.
— А ты уверен? — спросил Лабубу. — Ты проверял? Может, он искал тебя, но не нашёл?
— Как он мог меня не найти? Я лежал под кроватью! — зарычал лев, и от его рычания пол задрожал.
— Под кроватью? — удивился Лабубу. — А ты не пробовал выбраться? Игрушки могут двигаться по ночам.
Фантом замер. Он никогда не думал об этом. Он лежал под кроватью, обижался, ждал — и не попытался даже выглянуть.
— Выход здесь, — сказал Лабубу. — В море. Я приплыл на лодке. Мы построим плот из того, что есть. И уплывём. Все, кто хочет.
— Они не захотят, — сказал Фантом. — Они боятся. Я научил их бояться.
— А ты научи их не бояться, — сказал Лабубу. — Ты же король.
Лев молчал долго. Потом спросил:
— А ты видел моего мальчика?
— Как его зовут?
— Миша, — прошептал лев. — Мой Миша. У него были кудрявые волосы и родинка на щеке.
— Я найду его, — пообещал Лабубу. — Если ты отпустишь игрушки.
Лев кивнул. Он встал с трона, подошёл к окну и зарычал — не страшно, а громко, чтобы все слышали:
— Игрушки Острова Забытых! Мы уходим! Кто со мной — стройтесь в колонну!
Игрушки зашевелились. Сначала неуверенно, потом смелее. Плюшевые мишки вставали на свои кривые лапы. Утята ковыляли. Машинки катились на остатках колёс. Это была армия потерянных, забытых, сломанных — но живых.
Глава 2. Шепчущий Коралл и Компасик
Прежде чем строить плот, Лабубу отправился к Шепчущему Кораллу. Это была огромная раковина, лежащая на дне лагуны. Она умела помнить каждого ребёнка, который когда-либо терял игрушку. Её называли Шепчущей, потому что она говорила шёпотом — тихо, но очень ясно.
— Шепчущий Коралл, — позвал Лабубу, стоя на берегу. — Помоги мне. Я хочу найти хозяев для всех этих игрушек.
Раковина зашевелилась. Из неё вырвался голос — старый, мудрый, похожий на шум прибоя.
— Ты маленький, но смелый, — сказал Коралл. — Я помню каждого. Мишу, который потерял льва — он до сих пор ищет его. Он уже взрослый, у него свои дети, но он каждую ночь смотрит под кровать в надежде найти Фантома. Марину, которая потеряла солдатика — она стала капитаном корабля и каждый год приплывает к тому самому пляжу. Пашу, который забыл зайца — он до сих пор винит себя. Девочку Катю, у которой оторвалась лапа у мышки — она хранит её в шкатулке.
— Они помнят? — изумился Лабубу.
— Все помнят, — сказал Коралл. — Просто не могут найти. Остров Забытых невидим для живых. Сюда попадают только игрушки.
— А как мы можем вернуться?
— Постройте плот. Пересеките Море Слёз. И когда будете на середине, закричите имена своих людей. Они услышат. Не ушами — сердцем. И придут на берег.
Лабубу поблагодарил Коралл и вернулся на остров. К нему подошёл маленький компас — сломанный, с треснутым стеклом. Но его стрелка всё ещё работала. Только показывала не на север, а… на самого владельца.
— Ты Компасик? — спросил Лабубу.
— Да, — сказал компас. — Я помогал игрушкам находить друг друга. Моя стрелка показывает на того, кто самый важный. Для меня это — старый мишка с оторванной лапой. Мы друзья.
— А ты можешь показать дорогу через Море Слёз?
— Могу, — кивнул Компасик. — Только там опасно. Волны из слёз — они солёные и горячие. Они разъедают краски у игрушек. Но если плыть быстро — успеем.
Лабубу, Компасик, Штык, Мушка, Пружинка и Король Фантом принялись строить плот. Игрушки несли всё, что могли: доски от старых ящиков, паруса из выцветших платьев кукол, верёвки из распущенных шнурков. Работали всю ночь. К утру плот был готов — большой, крепкий, правда, немного кривой.
— Кто поплывёт первым? — спросил Фантом.
— Все, — сказал Лабубу. — Вместе. Никого не бросаем.
Игрушки забирались на плот. Им помогали — тех, у кого не было ног, несли на руках. Тех, кто не видел, вели за лапу. Тех, кто боялся, обнимали.
Фантом стоял на носу и смотрел вдаль. В его стеклянном глазу блестела слеза.
— Я боюсь, — сказал он. — А вдруг Миша меня не узнает? Я старый, потрёпанный, без гривы.
— Узнает, — сказал Лабубу. — Он ждал тебя сорок лет. Он помнит тебя молодым и красивым. Но полюбит и старым.
Плот отчалил.
Глава 3. Море Слёз
Море Слёз было таким, как его описывал Коралл — солёным, горячим, с волнами, которые пахли детскими обидами. Лабубу стоял на корме и смотрел, как игрушки зажмуриваются от боли — слёзы разъедали их краски, тускнели пуговицы, выцветал плюш.
— Держитесь! — крикнул Компасик, вглядываясь в свою треснутую стрелку. — Скоро будет середина!
Волны становились всё выше. Ветер выл. Небо почернело. Но игрушки не сдавались. Они держались друг за друга и пели — каждый свою песню. Мишки пели колыбельные, которых их научили дети. Утята крякали в такт. Зайцы стучали лапами по доскам.
— Сейчас! — закричал Компасик. — Кричите!
Игрушки закричали имена своих детей. Тысячи имён разнеслись над морем. И в тот же миг волны успокоились. Небо прояснилось. Вдалеке показался берег.
Там, на песке, стояли люди. Взрослые, с морщинами, с сединой. Но в их глазах горел тот же свет, что и у детей — когда они потеряли своих игрушек.
— Фантом! — закричал седой мужчина с родинкой на щеке. — Ты вернулся!
Лев спрыгнул с плота и побежал по воде. Он не умел плавать — он просто бежал, как когда-то давно, по ковру в детской. И мужчина бежал ему навстречу.
Они встретились. Взрослый Миша упал на колени и обнял старого плюшевого льва. Он плакал. Лев плакал. Они не говорили ни слова — им хватило молчания.
Другие игрушки тоже нашли своих людей. Штык — капитана Марину, которая приплыла на своём корабле. Мушка — девочку Катю, которая стала взрослой художницей и рисовала мышек. Пружинка — Пашу, который вырос, но так и не выбросил сломанного зайца.
Лабубу стоял на плоту и смотрел. Ему было тепло. Не от солнца — от счастья.
— А ты? — спросил Компасик. — Ты кого ищешь?
— Я уже нашёл, — улыбнулся Лабубу. — Петю. Он ждёт меня дома.
— Тогда плыви, — сказал Компасик. — А мы останемся здесь. На этом берегу. Будем встречать тех, кто ещё не нашёл своих людей.
Лабубу попрощался с игрушками, с Фантомом (который теперь улыбался), с Компасиком (который пообещал всегда показывать дорогу домой) и оттолкнул плот. Течение понесло его обратно — к Петиному берегу, к песочнице, к дому.
Он плыл недолго. Через несколько часов он увидел знакомую скамейку. Петя сидел на ней и смотрел на море — он всегда знал, что Лабубу вернётся.
— Привет, — сказал Лабубу, вылезая из воды.
— Привет, — ответил Петя, обнимая его. — Я знал, что ты приплывёшь.
— Я приплыл не один, — сказал Лабубу. — Я привёз с собой историю. Остров Забытых Игрушек. Короля Фантома. Море Слёз. Хочешь, расскажу?
— Конечно, — кивнул Петя. — Но сначала пойдём домой. Ты мокрый и холодный.
Они пошли. Лабубу рассказывал всю дорогу. Петя слушал и иногда вытирал глаза — не потому, что плакал, а потому, что на море всё ещё был ветер.
Глава 4. Компас, который всегда показывает дом
Прошло несколько дней. Лабубу часто думал об Острове Забытых. Ему хотелось узнать, как там игрушки, нашли ли они своих людей, счастливы ли.
Однажды ночью он снова отправился к берегу. Карта всё ещё была у него — она лежала в пухе. Он развернул её, но острова на ней больше не было. Вместо него была надпись: «Ты нашёл то, что искал. Теперь твой дом — здесь».
Лабубу улыбнулся. Он посмотрел на море. Вдали, на горизонте, светился маленький огонёк — может быть, это Компасик светил своей стрелкой, показывая дорогу новым путешественникам.
— Спасибо вам, — прошептал Лабубу. — За то, что научили меня не бояться потерь. Потерять — не значит забыть. А найти — не значит обрести. Самое главное — помнить. Всегда.
Он вернулся в комнату, забрался на кровать и лёг рядом с Петей. Мальчик во сне обнял его. Лабубу закрыл глаза и подумал: «Я — самый счастливый. Потому что меня не забыли. Потому что я помню. Потому что мы вместе».
А на Острове Забытых игрушек Король Фантом больше не был забытым. Он сидел на руках у своего Миши, который теперь был старым, но счастливым. Миша рассказывал ему о своей жизни — о жене, о детях, о том, как он каждый год искал льва под кроватью.
— Я думал, ты умер, — сказал Миша.
— Я ждал, — ответил Фантом. — Игрушки не умирают. Они просто ждут. Иногда очень долго.
Шепчущий Коралл всё ещё лежал на дне лагуны. Но теперь он шептал не грустные истории, а весёлые — о том, как игрушки находили своих людей. Рядовой Штык стал капитаном на корабле Марины. Мушка позировала для картин Кати. Пружинка завёл собственный оркестр из сломанных игрушек.
А Компасик… Компасик стоял на берегу и светил. Его стрелка показывала на всех, кто ещё искал свой дом. И если вы когда-нибудь потеряете что-то важное, посмотрите на море. Может быть, вы увидите его огонёк. И тогда вы будете знать: ваша потеря не вечна. Она просто ждёт на острове, где время не властно над любовью.
