Демоны Сумеречного Мира — глава 9 Зов далёких стран. Новый путь Юру, Аса и Хаос отправляются в путешествие по миру, чтобы увидеть моря и горы. Но на их пути встаёт город, скованный древним проклятием, и близнецам снова предстоит сражаться — не с Пустотой, а с человеческой жадностью и жестокостью. Читайте продолжение онлайн!
Утро встретило их свежим ветром и криками чаек — хотя моря здесь ещё не было, но воздух уже становился солоноватым, предвещая близость океана. Сумеречный Град остался позади, и Юру, Аса и Хаос шли по широкому тракту, который вился среди холмов, поросших диким розмарином и лавандой. Правый и Левый бежали впереди, их тени плясали на траве, а их глаза светились любопытством, словно они тоже радовались свободе. Ветер играл с волосами путешественников, и солнечные лучи пробивались сквозь редкие облака, создавая на земле причудливые узоры из света и тени.
— Я никогда не знала, что воздух может пахнуть так, — сказала Хаос, вдохнув полной грудью. Она остановилась посреди дороги, закрыла глаза и позволила ветру обдувать её лицо. — Он сладкий и солёный одновременно. Как будто сама земля дышит морем. Я чувствую, как он наполняет мои лёгкие, и это… это не больно. Это приятно. Я не знала, что дыхание может быть приятным.
Аса улыбнулась и взяла её под руку. Она тоже остановилась и посмотрела на сестру с теплотой, которая согревала сердце.
— Море ещё далеко, но запах уже чувствуется. Мы дойдём до него через несколько дней. Ты увидишь, какое оно огромное. Бесконечное, как небо. Я слышала от купцов, что вода там прозрачная, как стекло, и что на горизонте можно увидеть корабли, которые плывут к другим землям, о которых мы даже не знаем.
— А там правда есть рыбы, которые светятся? — спросила Хаос, и в её голосе послышалось детское любопытство. Её глаза расширились, как у ребёнка, который впервые слышит сказку. — Я видела их в снах, когда была в Пустоте. Светящиеся создания, которые танцевали в глубине. Я думала, что это просто иллюзия, просто насмешка надо мной.
— Говорят, что да, — ответил Юру, идя рядом с ними. Он тоже был заинтригован этой темой. — В тёплых водах есть медузы, которые переливаются всеми цветами радуги, и рыбы, похожие на драгоценные камни. Я тоже никогда не видел их, но слышал от торговцев, которые плавали за море. Они рассказывали, что ночью океан светится, как небо, полное звёзд.
— Тогда я хочу увидеть всё, — твёрдо сказала Хаос. — И рыбу, и медуз, и кораллы. Мы столько времени провели в тени и боли, что теперь я хочу заполнить свою жизнь светом. Я хочу, чтобы каждый день был наполнен чем-то новым и прекрасным. Я хочу дышать, чувствовать, жить.
— Мы покажем тебе всё, — пообещал Юру, и в его голосе звучала искренняя решимость. — Мы вместе, и мы увидим этот мир таким, какой он есть. Со всеми его чудесами и опасностями.
Они шли по дороге, и вскоре впереди показались башни города, окутанные лёгкой дымкой. Город был крупным, с высокими стенами из светлого камня, и над ним реяли знамёна с изображением золотого орла, расправившего крылья. При приближении к воротам стало ясно, что город процветает — рынки были полны товаров, в воздухе пахло жареным мясом, свежей выпечкой и пряностями, которые привозили из далёких стран. Крики торговцев смешивались с ржанием лошадей и смехом детей.
Но Юру насторожился. Что-то было не так. Он остановился на мгновение и прищурился, вглядываясь в лица прохожих. Люди улыбались, но их улыбки были натянутыми, как маски на карнавале. Они говорили громко, но в их голосах звучала тревога, которую невозможно было скрыть. А дети, которые бегали по улицам, бросали испуганные взгляды на высокий замок, возвышавшийся в центре, его чёрные шпили пронзали небо, словно когти хищника.
— Странное место, — сказала Аса, прижимаясь к брату. Она тоже чувствовала это напряжение. — Слишком… фальшивое. Как будто здесь всё — декорация. Как будто люди играют роли, а не живут своей жизнью.
— Я тоже это чувствую, — ответила Хаос, нахмурившись. Её глаза потемнели, и она остановилась, прислушиваясь к своим ощущениям. — Здесь пахнет страхом. Не таким, как в Пустоте, а другим — человеческим. Он прячется под слоями духов и цветов. Я чувствую его кожей, он липкий и холодный, как пот на лбу перед казнью.
— Мы должны быть осторожны, — сказал Юру, поправляя лук на спине. — Не показывайте, что мы что-то заметили. Просто идите за мной и ведите себя как обычные путники.
Они вошли в город и сразу же направились к таверне, чтобы остановиться и осмотреться. Таверна «Золотой дракон» была шумной и многолюдной, но когда они вошли, разговоры на мгновение затихли. Взгляды устремились на них — особенно на Хаос, чей чёрный плащ и светящиеся глаза выделялись среди пёстрых одежд горожан. Её лицо было бледным, а на лбу выступили капли пота, но она держалась с достоинством, не опуская головы.
— Мы просто путники, — сказал Юру, положив руку на лук, чтобы показать, что они не представляют угрозы. — Ищем ночлег и еду. Мы не хотим неприятностей.
Трактирщик, полный мужчина с красным лицом и густыми бровями, вышел из-за стойки и поклонился. Его руки дрожали, когда он вытирал их о передник, и он старался не смотреть на Хаос.
— Добро пожаловать в Торнвуд, странники, — сказал он, но голос его звучал напряжённо, как струна, готовая порваться. — У нас есть комнаты. Хорошие комнаты, с видом на площадь. Но предупреждаю: по ночам не выходите на улицы. Лорд Аркадий не любит, когда чужаки бродят после заката. Он… он очень внимателен к тому, что происходит в его городе.
— А что будет, если мы выйдем? — спросила Хаос, и голос её звучал тихо, но с металлом. Она шагнула ближе к трактирщику, и тот инстинктивно отшатнулся.
Трактирщик побледнел, его лицо стало серым, как пепел. Он зашептал, оглядываясь по сторонам, словно боялся, что его услышат:
— Лорд Аркадий имеет власть над тенями. Он видит всё, что движется в темноте. И тех, кто ему не угоден, он отправляет в Подземелье — оттуда никто не возвращается. Никто, слышите? Даже те, кто был сильным и богатым. Если вы дорожите своими жизнями, сидите в комнате после заката. И не задавайте лишних вопросов.
— Мы поняли, — сказал Юру, бросив монету на стойку. — Нам нужна комната на троих. И горячая еда.
Они устроились в комнате на втором этаже, с большим окном, выходящим на площадь. Как только дверь закрылась, Аса зажгла свет в ладони, чтобы освежить воздух и отогнать сырость, которая пропитала стены. Она обвела комнату взглядом и покачала головой.
— Здесь витает смерть, — сказала она. — Она въелась в камни. Я чувствую, как она шепчет мне, как слёзы, застывшие в воздухе. Мы должны помочь этому городу. Я чувствую страдания людей. Это не просто жестокость правителя — здесь есть тёмная магия. Она витает в воздухе, отравляет всё вокруг. Я чувствую её, как привкус горечи на языке.
Юру кивнул и посмотрел на Хаос. Она стояла у окна, глядя на замок, и её лицо было сосредоточенным.
— Ты чувствуешь это? Это связано с Пустотой? — спросил он, подходя к ней.
— Не совсем, — ответила Хаос, не оборачиваясь. Она закрыла глаза и прислушалась к своим внутренним ощущениям, к той части себя, которая когда-то была связана с тьмой. — Это человеческая магия. Кто-то создал артефакт, который высасывает жизненную силу из людей и питает лорда. Я не знаю, кто его создал, но он очень старый. Возможно, такой же древний, как Пустота, но иного рода. Эта магия не из Пустоты, она из мира людей. Кто-то когда-то создал её, чтобы получить власть, и теперь она живёт своей жизнью.
— Тогда мы должны уничтожить его, — сказал Юру, сжимая кулак. — Мы не можем оставить этих людей страдать. Мы прошли через столько, чтобы спасти мир, и мы не можем пройти мимо этого.
— Нет, — покачала головой Хаос, и её голос стал твёрже. Она повернулась к ним, и в её глазах горел внутренний огонь. — Мы должны освободить людей. Если мы просто уничтожим артефакт, люди останутся без защиты от следующего тирана. Мы должны показать им, что они могут бороться сами. Мы должны дать им надежду, а не просто решить их проблему за них. Иначе они всегда будут зависеть от кого-то другого. Сначала от лорда, потом от нас. Это не свобода.
— Ты права, — сказала Аса, подходя к сестре. — Мы должны дать им возможность самим выбирать свою судьбу. Мы покажем им, что страх — это не единственный путь.
В ту же ночь, когда город погрузился во тьму и фонари на улицах погасли, они прокрались в замок. Тени ложились на стены, и стражи, которые патрулировали коридоры, не видели их. Правый и Левый расчищали путь, их тени скользили по стенам, отвлекая внимание стражников на ложные звуки и движения. Они поднимались всё выше и выше по витым лестницам, и каждый шаг отдавался эхом в их сердцах.
Они вошли в тронный зал, огромный и мрачный, освещённый только тусклым светом факелов. Колонны из чёрного камня уходили вверх, теряясь в темноте. В центре зала на троне из позолоченного дерева сидел лорд Аркадий — худощавый мужчина с седой бородой, бледным лицом и глазами, горящими алым огнём. Рядом с ним парило Сердце Теней — чёрный кристалл, пульсирующий тёмной энергией, которая струилась от него, пронизывая всё вокруг. Казалось, что сам воздух дрожит от его силы.
— Вы пришли, — сказал он, и его голос звучал низко и зловеще. Он не встал с трона, но его глаза сверлили их, словно он мог видеть их души. — Я ждал вас. Мои тени давно шептали мне о вас. Детях Сумерек. Вы думаете, что можете меня остановить? Вы думаете, что ваша сила сравнится с моей?
— Мы не хотим тебя останавливать, — сказал Юру, натягивая лук. Его голос был спокоен, но в нём слышалась сталь. — Мы хотим освободить твой народ. Они не заслуживают твоего гнёта. Они люди, а не скот для твоего проклятого артефакта.
— Они — мой источник силы, — рассмеялся Аркадий, и смех его был похож на скрежет ржавого железа. — Они отдают мне свои годы, свою жизненную энергию, чтобы я был бессмертным. Это их долг, их плата за мир и процветание. Без меня этот город падёт! Я даю им защиту, а они дают мне жизнь.
— Тогда ты не человек, — сказала Хаос, шагнув вперёд. Её голос был холодным, как лёд, и в нём звучала ярость, которую она сдерживала веками. — Ты монстр. И я знаю, как бороться с монстрами. Я была ими. Я знаю их слабости.
Она протянула руку, и её собственная тьма ринулась на кристалл, окутывая его чёрным туманом. Аркадий встал, его лицо исказилось гневом, и он попытался остановить её, направив на неё поток тёмной энергии. Но Юру выстрелил, и стрела, усиленная светом Асы, пронзила его плечо, заставив его пошатнуться.
— Ты не сможешь победить меня! — закричал Аркадий, и его голос эхом разнёсся по залу. — Я — владыка Торнвуда! Я — бессмертный!
— Ты просто человек с игрушкой, — ответила Хаос, и её тьма сжалась вокруг кристалла. — И игрушка сейчас разобьётся.
Кристалл затрещал, и тёмная энергия вырвалась из него, но Хаос поймала её и направила обратно. Аркадий закричал, его тело начало стареть, морщины появились на его лице, и он упал на колени.
— Нет! — прохрипел он. — Я не хочу умирать!
— Ты умрёшь, как и все, — сказала Аса, подходя к нему. — Но ты умрёшь не в покое. Ты умрёшь со знанием, что ты разрушил свою жизнь ради иллюзии силы.
Кристалл разбился, и Аркадий рухнул на пол, превратившись в прах. Зал заполнился светом, и стены перестали быть мрачными. Город вздохнул свободно. Люди вышли на улицы и плакали от радости. Юру, Аса и Хаос стояли на башне и смотрели на них.
— Мы сделали это, — сказал Юру, опуская лук.
— Мы сделали это, — повторили сёстры в унисон.
Но они знали, что это лишь начало. Сердце Теней было лишь частью чего-то большего. И впереди их ждали новые приключения.
Продолжение следует…
