Запах крови въелся в бетон так глубоко, что его не брал ни один растворитель. Дендзи знал это наверняка: он сам, своими руками, перепробовал все чистящие средства из хозяйственного магазина на углу, от дешёвого отбеливателя до едкой химии, после которой слезились глаза. Ничего не помогало. Пятна оставались — тёмные, бурые, похожие на карту какого-то чужого, мёртвого континента. Или на тени, которые не исчезали даже при ярком дневном свете.
Он сидел на корточках у стены своей крошечной квартиры и водил пальцем по самому большому пятну. Под подушечкой чувствовалась шероховатость — там, где кровь пропитала штукатурку и застыла навсегда. Это была кровь Почиты. И кровь Аки. И, возможно, его собственная. Всё смешалось в один общий, неразличимый слой, как будто их жизни, их смерти и их остатки сплавились воедино в этой убогой однушке на окраине Токио.
В кармане завибрировал телефон. Дендзи вздрогнул, выныривая из своих мыслей. Он достал старый, потрескавшийся аппарат и взглянул на экран. Сообщение от Нюто — короткое и сухое: «Нужно встретиться. Есть работа. Ты нужен».
Он не ответил сразу. Вместо этого поднялся с корточек, разминая затёкшие ноги, и подошёл к окну. За грязным стеклом простирался город, который он так и не научился понимать. Огромный, шумный, бесконечный. Город, который поглощал таких, как он, сотнями и тысячами. Город, в котором он стал тем, кем стал — не по своей воле, не по чьему-то замыслу, а просто потому, что так сложились карты, которые ему раздала судьба.
Он коснулся груди, провёл ладонью по тому месту, где под тканью дешёвой футболки скрывался шрам. Шнур, который когда-то заводил его, как старую бензопилу, теперь принадлежал не ему одному. Почита оставила ему кое-что ещё. Не только сердце, которое бьётся в его груди. Кое-что более глубокое и невыразимое.
«Ты нужен», — повторил он вслух, смакуя слова на языке, словно они были чем-то съедобным. Нужен. Это слово всё ещё казалось ему странным. Ненужный всю свою жизнь — проданный родителями за долги, убитый и воскрешённый, брошенный и преданный — он до сих пор не мог привыкнуть к тому, что кто-то может в нём нуждаться. Даже Нюта со своим прагматизмом и вечной сосредоточенностью. Даже она.
Дендзи отошёл от окна и направился в ванную. Вода из-под крана была ледяной, но он не обращал на это внимания. Умылся, глядя на своё отражение в треснувшем зеркале. Обычное лицо. Ничего особенного. Разве что глаза — слишком старые для его возраста, слишком много повидавшие. И шрам через всю грудь, который не видно под одеждой, но который всегда с ним, как напоминание о том, что он уже не совсем человек. А может, и никогда им не был.
Он знал, что будет делать. Он знал, что наденет. Куртка, которую он так и не сдал в химчистку, с въевшимся запахом улицы. Ботинки на толстой подошве, которые пережили не одну драку. Он станет тем, кем его знает мир, — Цепным Человеком. Он выйдет на улицу и снова ввяжется в драку, потому что это то, что он умеет лучше всего. Потому что это то, что придаёт его существованию хоть какой-то смысл. Потому что, если остановиться и подумать, станет слишком больно.
Встреча была назначена в старом кафе, спрятавшемся в переулке за железнодорожной станцией. Заведение выглядело так, будто не менялось с шестидесятых: обшарпанные деревянные стойки, потемневшие от времени фотографии на стенах, густой запах сигаретного дыма и старой яичницы. Нюта сидела в дальнем углу, за столиком, который был стратегически расположен так, чтобы видеть вход и окно одновременно. Перед ней стояла чашка нетронутого кофе.
— Ты опоздал, — сказала она, не поднимая головы.
— Прости, задумался, — буркнул Дендзи, усаживаясь напротив. — Что за работа?
Нюта подняла глаза. В них было что-то новое — тревога, смешанная с решимостью. Она пододвинула к нему тонкую папку, какие использовали в правительственных учреждениях, пока не перешли на электронный документооборот.
— Взгляни.
Дендзи открыл папку. Внутри лежали фотографии — чёрно-белые, зернистые, явно сделанные скрытой камерой. На них был человек: средних лет, худощавый, с зализанными назад волосами и выражением лица, которое Дендзи не сразу смог описать. Потом понял: это было лицо человека, который давно перестал чему-либо удивляться.
— Кто это? — спросил он.
— Его зовут Кайо Рейзо, — ответила Нюта, понизив голос. — Бывший агент службы общественной безопасности. Работал в отделе, который занимался ликвидацией демонов. Пропал без вести четыре года назад. Официально — погиб при исполнении.
— Но он не погиб, — догадался Дендзи.
— Очевидно. Неделю назад он появился в Токио. Начал собирать информацию. Много информации. О демонах, об агентстве, о… тебе.
Дендзи нахмурился:
— Обо мне?
— Да. Интересуется твоими передвижениями, твоими контактами, твоими привычками. Мы засекли его запросы к старым архивам. Он ищет что-то конкретное. И это как-то связано с тобой.
Дендзи откинулся на спинку стула. В голове роились мысли, но ни одна не задерживалась надолго. Зачем бывший агент службы безопасности интересовался им? Что ему нужно?
— И что ты хочешь, чтобы я сделал? — спросил он наконец.
Нюта подалась вперёд:
— Я хочу, чтобы ты нашёл его. Поговорил с ним. Выяснил, что он задумал. Официальные каналы здесь не работают — если бы я подняла этот вопрос по линии агентства, они бы спросили, почему меня вообще интересует человек, который официально мёртв. А у меня нет времени на бюрократию.
— Почему ты уверена, что он опасен?
— Он был хорош, Дендзи. Очень хорош. Один из лучших в своём деле. Если он пропал на четыре года, а потом внезапно вернулся, это не может быть случайностью. И тот факт, что он интересуется тобой, — не к добру.
Дендзи посмотрел на фотографии ещё раз. Человек по имени Кайо Рейзо выглядел как человек, который может пройти сквозь толпу, не оставив ни малейшего следа. Обычный, незаметный. Идеальная маскировка для того, кто когда-то охотился на демонов.
— Ладно, — сказал он, закрывая папку. — Найду его. Что ещё?
— Будь осторожен. Я не знаю, чего он хочет. Но если он связан с тем, что случилось четыре года назад… — Нюта замолчала, не закончив фразу. — Просто будь осторожен.
Дендзи кивнул. Он не был уверен, что умеет быть осторожным. В его мире выживание редко зависело от осторожности. Чаще — от скорости, от силы и от готовности причинить боль раньше, чем причинят тебе. Но он не стал говорить об этом вслух. Вместо этого спросил:
— А что случилось четыре года назад?
Нюта помолчала, глядя в свою нетронутую чашку.
— Тебя ещё не было в агентстве. Или, точнее, ты был, но не с нами. Кайо Рейзо был частью операции по зачистке крупного демонического гнезда в пригороде Осаки. Операция прошла неудачно. Почти вся его команда погибла. Официально он тоже был в списке погибших. Но тела так и не нашли.
— А если он не погиб, то где он был всё это время?
— Именно это я и хочу узнать.
Дендзи взял папку со стола и сунул её под куртку. Он не был гением сыска, не умел анализировать улики или составлять психологические профили. Но у него было кое-что другое — то, что не заменят никакие навыки следователя. У него была способность влезать в неприятности и выживать в них. А ещё — способность заставлять людей говорить. Иногда — словами. Иногда — иначе.
Он вышел из кафе, оставив Нюту допивать остывший кофе. Улица встретила его привычным шумом: гулом машин, обрывками разговоров, далёким звуком сирены. Обычный день в обычном городе. Если не знать, что под поверхностью этой обыденности скрывается мир, о существовании которого большинство людей даже не подозревает.
Дендзи начал с самого очевидного места — с архивов агентства. Точнее, с одного из тех, кто имел к ним доступ. Его старый знакомый, бывший охотник на демонов по имени Такеда-сан, держал небольшой магазинчик наладонников и подержанной электроники. На самом деле это было прикрытие — за пыльными витринами скрывался один из неофициальных информационных узлов агентства.
Такеда встретил его без особой радости:
— О, опять ты. Чего надо?
— Мне нужна информация об одном человеке. Бывший агент. Имя — Кайо Рейзо.
Такеда нахмурился, протирая ветошью плату какого-то разобранного устройства:
— Кайо… Рейзо… Не припоминаю. А должен?
— Взгляни на это, — Дендзи достал из папки фотографию и положил на прилавок.
Такеда бросил взгляд на снимок, и его руки на мгновение замерли. Потом он снова принялся за работу, но Дендзи уже заметил — это имя ему знакомо.
— Не знаю, — сказал он слишком быстро. — Не видел его.
— Врёшь.
— Послушай, парень, — Такеда поднял глаза, и в них мелькнуло что-то похожее на страх, — есть вещи, в которые лучше не лезть. Это одна из них.
— Мне платят за то, чтобы я лез в такие вещи, — Дендзи упёрся ладонями в прилавок. — И я всё равно не отстану. Так что лучше расскажи, что знаешь.
Такеда долго молчал, глядя на свою ветошь. Наконец вздохнул:
— Сядь. И убери фотографию.
Дендзи убрал снимок и сел на расшатанный табурет у прилавка. Такеда огляделся по сторонам, хотя в магазине, кроме них, никого не было, и понизил голос:
— Кайо Рейзо… Это имя я не слышал много лет. Он был не просто агентом. Он был одним из тех, кто стоял у истоков программы по использованию демонических сущностей в интересах агентства. Задолго до того, как это стало… стандартной практикой.
— Что за программа?
— Ты сам — часть этой программы. Когда тебя присоединили к Почите, это не было чем-то новым. Такое практиковалось и раньше. Экспериментировалось. Но проекты были засекречены, и большинство из них провалилось.
— Он тоже был гибридом?
— Нет, — Такеда покачал головой. — Он был создателем гибридов. Учёным, если так можно выразиться. Только его лабораторией была не стерильная комната с пробирками, а полевые условия. Он находил подходящих кандидатов — обычно людей, которым нечего терять, — и… делал из них оружие.
Дендзи почувствовал, как внутри шевельнулось что-то горячее. Гнев? Отвращение? Или странное, болезненное любопытство?
— И что с ним случилось?
— Четыре года назад, во время операции в Осаке, его группа была уничтожена. Полностью. По официальным данным, Кайо погиб вместе со всеми. Но ходили слухи… — Такеда замолчал.
— Какие слухи?
— Что его не убили. Что он был захвачен. И что его держали все эти годы.
— Кто держал?
Такеда посмотрел Дендзи прямо в глаза:
— Демоны.
В городе начался дождь. Мелкий, моросящий, пропитывающий одежду и волосы мельчайшими каплями. Дендзи шёл по улице, не обращая на него внимания. В голове крутились слова Такеды: создатель гибридов, лаборатория, оружие. Он снова и снова прокручивал разговор, пытаясь найти в нём хоть какой-то смысл.
Кайо Рейзо был одним из тех, кто стоял у истоков программы. Он создавал гибридов — таких, как Дендзи. Находил людей, которым нечего было терять, и превращал их в оружие против демонов. А потом, во время операции, его захватили. И держали четыре года.
Теперь он вернулся. И интересуется Дендзи.
Что, если он хочет завершить то, что начал? Что, если Дендзи — не итог программы, а лишь промежуточный этап? Или, наоборот, — ошибка, которую нужно исправить?
Дендзи остановился у витрины магазина, поймав своё отражение в мокром стекле. Обычный парень в промокшей насквозь куртке. Слишком худой, слишком бледный. Никто не догадается, глядя на него, что под этой оболочкой скрывается нечто, способное разрывать демонов на части.
Он вспомнил первый раз, когда увидел Почиту. Маленький, тщедушный, с бензопилой на голове. Израненный, истекающий кровью. Они нашли друг друга на свалке, два существа, которых мир выбросил за ненадобностью. И заключили договор: их жизни станут одной. Одна кровь, одно сердце, одна судьба.
Дендзи не знал тогда, что этот договор был лишь малой частью чего-то большего. Что за его спиной стояли годы экспериментов, исследований, неудачных попыток. Что он был не первым и, возможно, не последним.
Теперь он стоял на краю этого знания, как на краю пропасти, и чувствовал, что ещё немного — и придётся прыгнуть.
Встреча с информатором Такеды состоялась на следующий вечер, в подвальном баре, где собирались те, кто предпочитал не показываться на поверхности. Дендзи пришёл один, как и договаривались. Информатор — мелкий, сутулый человек с бегающими глазами — уже ждал его за столиком в самом тёмном углу.
— Ты ищешь Кайо, — сказал он вместо приветствия, — это плохая идея.
— Все так говорят, — ответил Дендзи, садясь. — Но мне всё равно нужно его найти.
— Зачем?
— Это моё дело.
Информатор усмехнулся:
— Как скажешь. Есть информация. Но будет стоить.
Дендзи положил на стол несколько мятых банкнот. Информатор быстро сгрёб их и засунул в карман.
— Кайо Рейзо видели в районе Синдзюку, три дня назад. Арендовал комнату в старом жилом доме, адреса нет, но есть примета: дом с синей вывеской у входа. Спрашивал людей на улице о демонической активности. Носит старый плащ, хромает.
— Хромает?
— Да. Говорят, левая нога не сгибается до конца. Старая рана.
Дендзи кивнул. Это уже что-то.
— Ещё одно, — добавил информатор, понизив голос. — Говорят, он не один. С ним кто-то был. Молодой парень, лет двадцать с небольшим. Выглядел как человек, но… — он замялся.
— Но что?
— От него пахло демоном.
Район Синдзюку встретил Дендзи неоновым многоцветием и плотной толпой. Люди текли по улицам сплошным потоком, не замечая друг друга, погружённые в собственные заботы. Дендзи пробирался через эту человеческую реку, высматривая дом с синей вывеской. Обычная для него задача — найти иголку в стоге сена, не привлекая внимания.
Синяя вывеска нашлась через час блужданий. Старый многоквартирный дом, построенный ещё до того, как Японию захлестнул строительный бум восьмидесятых. Облупившаяся краска на стенах, тёмные окна, тусклая лампочка над входом. Дендзи вошёл внутрь, прислушиваясь к звукам. Где-то наверху тихо играло радио, из-за чьей-то приоткрытой двери тянуло запахом варёной капусты.
Он поднялся по скрипучей лестнице на третий этаж. Коридор был узким, с низким потолком. Дендзи медленно прошёл по нему, вслушиваясь в звуки за дверями. Где-то плакал ребёнок, где-то ссорились соседи за стеной. А за третьей дверью справа — тишина. Слишком глубокая и абсолютная для обитаемой квартиры.
Дендзи остановился. Сердце забилось чаще, и он почувствовал знакомое покалывание в груди — Почита насторожился. Внутри что-то было. Или кто-то.
Он постучал. Ответа не последовало. Постучал снова — громче. Из-за двери не доносилось ни звука.
— Я знаю, что ты там, — сказал он негромко, не надеясь на ответ. — Я просто хочу поговорить.
Тишина. Дендзи уже собирался выломать дверь, когда замок щёлкнул, и дверь приоткрылась — на дюйм, не больше. В щели показался глаз.
— Кто ты? — голос был хриплым, настороженным.
— Меня зовут Дендзи. Ты искал обо мне информацию. Я здесь, чтобы спросить — зачем.
Глаз в щели не мигал, изучая его. Потом дверь закрылась, звякнула цепочка, и дверь открылась снова — шире, но всё ещё не до конца.
— Заходи. Быстро.
Дендзи вошёл в тёмный коридор. Запах в квартире был странным: смесь пыли, старой одежды и чего-то сладковатого, похожего на запах сушёных трав. Кайо Рейзо — а это был именно он, Дендзи узнал его по фотографии, хотя выглядел мужчина старше и измождённее — провёл его в единственную комнату.
Комната была почти пуста: футон в углу, маленький столик с грязными чашками, стопка газет у стены. Никаких личных вещей, никаких следов присутствия. Как будто человек, живущий здесь, был готов в любой момент сорваться с места и исчезнуть.
Кайо уселся на футон, вытянув перед собой левую ногу — та действительно плохо сгибалась. Дендзи остался стоять.
— Садись, — сказал Кайо, кивнув на пол. — В ногах правды нет, как говорили в старину.
Дендзи сел, скрестив ноги. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Наконец Кайо заговорил:
— Значит, вот ты какой. Цепной Человек. Живая легенда. Легенда, которую я, возможно, создал.
— Что ты имеешь в виду?
Кайо усмехнулся — устало, горько:
— Ты знаешь, сколько гибридов было создано до тебя? Сорок семь. Сорок семь человек, с которыми мы пытались провернуть то, что удалось с тобой. И все они погибли. Все до единого.
Дендзи нахмурился:
— Я не понимаю. Мне казалось, я получил Почиту случайно. Мы заключили договор, потому что оба были при смерти.
— Случайно? — Кайо поднял бровь. — Ты правда думаешь, что всё было случайно? Ты думаешь, что встреча, которая изменила всю твою жизнь, была делом слепого случая?
Дендзи почувствовал, как внутри всё сжимается в холодный комок. Он не хотел верить в то, что слышал. Но какая-то часть его, та самая, что всегда готова была к худшему, уже знала: это правда.
— Что ты хочешь сказать? — спросил он тихо.
— Я хочу сказать, что ты — результат десятилетий работы. Десятилетий проб и ошибок. Десятилетий смертей. И ты — первый, у кого получилось. Первый в сорока восьми.
В комнате повисла тяжёлая тишина. Дендзи слушал биение собственного сердца, отдающееся в ушах гулким эхом. Он, который тринадцать лет жил на свалке, одержимый желанием простого человеческого счастья — просто есть досыта, просто спать в тепле, просто быть кому-то нужным. Он, который считал свою встречу с Почитой даром судьбы — последним шансом, подаренным им обоим. Неужели всё это было частью чьего-то расчёта?
— Кто ты такой? — произнёс он наконец. — Что тебе нужно?
Кайо вздохнул, потирая больную ногу:
— Я уже давно никто. Человек, которого вычеркнули из жизни.
