Андрей Миронов жизнь как театр трагедия и любовь зрителей Андрей Миронов биография личная жизнь роли в театре и кино причина смерти последние дни великий актёр СССР
«Он не сыграл трагическую роль. Он просто отдёрнул занавес своей души».
Москва, 7 марта 1941 года. За окнами родильного дома — ещё не война, но уже предчувствие. В палате, где пахнет хлоркой и стерильным бельём, лежит женщина с улыбкой, которая не сходит с её лица даже сквозь усталость. Её зовут Мария Миронова. Она — актриса. Рядом, нервно расхаживая, ждёт Александр Менакер — эстрадный артист, её муж. Они — семья, в которой театр не работа, а воздух.
Роды проходят тяжело. Врачи борются за жизнь матери и ребёнка. Но когда раздаётся первый крик мальчика, все вздыхают с облегчением.
— Сын, — говорит Мария, прижимая к себе младенца. — Он будет артистом. Я знаю.
— Он будет кем захочет, — улыбается Александр. — Но если он будет артистом — он будет лучшим.
Они назовут его Андреем. Они поставят в метрике дату 8 марта и пошутить: «Это будет наш подарок женщинам». Они ещё не знают, что через сорок шесть лет его смерть станет днём траура для всей страны. Что он успеет сыграть Фигаро, Хлестакова, Чацкого, Остапа Бендера — и умереть на сцене. Что его имя станет легендой.
Часть первая. Мальчик из театральной семьи.
Детство Андрея Миронова нельзя было назвать безоблачным. Война разлучила семью. Отец ушёл на фронт, мать — на гастроли. Маленького Андрея эвакуировали, он жил в чужих городах, с чужими людьми. Но даже там, в эвакуации, он нашёл себе отдушину.
— Андрюша, что ты там делаешь? — кричала воспитательница, заглядывая в сарай, где мальчик что-то мастерил из старых кастрюль и палок.
— Я оркестр делаю! — кричал он в ответ. — Я буду играть джаз!
Он и правда создал в классе собственный джаз-оркестр, где «с упоением и неистовством» играл на ударных. Он обожал футбол, теннис, музыку — всё, что требовало движения, страсти, жизни. Но главной его страстью с детства был театр.
Его родители были знаменитыми эстрадными артистами. За кулисами, где пахло гримом, пылью и зрительским дыханием, Андрей чувствовал себя как дома. Он смотрел на мать — как она выходит на сцену, как зал замирает, как аплодисменты взрываются в ответ на её улыбку. И он знал: он тоже хочет этого. Он хочет, чтобы зал замирал. Чтобы зрители смотрели только на него.
— Мама, — спросил он однажды, сидя в её гримёрке, — а ты не боишься выходить? Там же столько людей. Они все на тебя смотрят.
Мария Миронова посмотрела на сына. В её глазах — усталость, но и та самая искра, которая не гасла никогда.
— Боюсь, Андрюша, — ответила она. — Каждый раз боюсь. Но страх — это топливо. Если ты не боишься — ты не живёшь. А если боишься, но выходишь — ты актёр.
Он запомнит это на всю жизнь.
В 1958 году Андрей окончил школу и поступил в Щукинское училище. Он был голоден до сцены, до ролей, до жизни. Он играл всё, что давали — от эпизодов до главных ролей. Его талант был очевиден. В 1962 году он окончил училище с отличием и был приглашён в Московский театр сатиры, которому останется верен до конца своих дней.
Часть вторая. Театр — дом, сцена — жизнь.
Театр Сатиры стал для Андрея Миронова не просто работой. Он стал его домом, его семьёй, его воздухом. Здесь он дебютировал в роли Сильвестра в «Проделках Скапена». Здесь он играл Хлестакова в «Ревизоре», Жадова в «Доходном месте», Чацкого в «Горе от ума», Велосипедкина в «Бане», Дон Жуана. Здесь он создал свой главный театральный шедевр — Фигаро в «Безумном дне, или Женитьбе Фигаро».
В 1969 году спектакль «Безумный день, или Женитьба Фигаро» с оглушительным успехом прошёл в Москве. Про него писали: «На фоне серой, бетонной жизни советского народа на сцене Театра сатиры вызывающе благоухали писанные художником Левенталем розы. Музыка Моцарта, как диссидент, звала к высшей свободе, к счастью, за границу обыденности».
— Андрей, — сказал ему однажды режиссёр Валентин Плучек после очередного спектакля, — знаешь, в чём твоя сила? Ты не играешь Фигаро. Ты — Фигаро. Ты живёшь на сцене. Ты дышишь ею.
Миронов улыбнулся — той самой лёгкой, обаятельной улыбкой, которая сводила с ума зрителей и коллег.
— Я просто делаю то, что умею, — сказал он. — И то, что люблю больше всего на свете.
Он и правда любил театр фанатично. Он был трудоголиком, который мог играть по два спектакля в день, репетировать ночами, не спать, не есть — лишь бы сцена была его. Но при этом он оставался человеком светлым, лёгким, никому зла не делал, не завидовал.
— Андрей, ты устал? — спрашивали его коллеги.
— Устал? — переспрашивал он. — Нет. Я счастлив. Счастье — это когда ты на сцене. Всё остальное — ожидание.
Часть третья. Кино и всенародная любовь.
В кино Андрей Миронов пришёл почти одновременно с театром. Его первой ролью стал Петька в фильме Юлия Райзмана «А если это любовь?» (1961). Фильм ругали критики за «безнравственность», но он имел успех у зрителей.
Настоящий успех пришёл в 1963 году с комедией «Три плюс два». Миронов сыграл романтичного ветеринара Романа — и его заметили. Но звёздный час наступил в 1966-м, когда Эльдар Рязанов снял его в «Берегись автомобиля». Он сыграл Диму Семицветова — молодого продавца, торгующего «из-под прилавка» дефицитом. Роль была отрицательной, но Миронов сделал её одной из самых запоминающихся.
А в 1969 году вышла «Бриллиантовая рука». Геша Козодоев — обаятельный, неуклюжий, бесконечно смешной контрабандист — стал визитной карточкой актёра. Эту роль знают все. Эту любят все.
— Андрей, — сказал ему Леонид Гайдай на съёмках, — ты делаешь из этого персонажа что-то невероятное. Он же по сценарию — просто жулик.
— Жулик? — переспросил Миронов. — Нет, он не жулик. Он — мечтатель. Он хочет красивой жизни. Он просто не знает, как её получить по-другому. И в этом он — весь я.
Гайдай засмеялся. Он знал: Миронов не шутит.
За свою карьеру Андрей Миронов сыграл более 60 ролей в кино. Среди них — Остап Бендер в «12 стульях» (1971), Мистер Фёст в «Человеке с бульвара Капуцинов» (1987), герои «Обыкновенного чуда», «Соломенной шляпки», «Невероятных приключений итальянцев в России».
Но были и другие роли — трагические, глубокие, несыгранные. Эльдар Рязанов вспоминал, что хотел утвердить Миронова на роль Ипполита в «Иронии судьбы». Миронов отказался: ему хотелось играть Лукашина. Рязанов предложил пробу: «Если ты сможешь убедительно сказать: «Я никогда не пользовался успехом у женщин» — роль твоя». Миронов не смог: из него «выпирал матёрый любовник, никогда не знавший отказа от женщин».
Но были роли, где он мог показать себя совсем другим. В фильме Алексея Германа «Мой друг Иван Лапшин» Миронов сыграл роль Ханина — пронзительно-трагическую. Как сказала актриса Татьяна Егорова, «нельзя сказать, что он её сыграл — он просто отдёрнул занавес своей души».
Часть четвёртая. Личная жизнь — за кулисами.
Личная жизнь Андрея Миронова была столь же бурной, как его работа. Он был дважды женат.
Первая жена — Екатерина Градова, легендарная радистка Кэт из «Семнадцати мгновений весны». Они поженились в 1971 году. В 1973 году у них родилась дочь Мария. Но брак продержался недолго — через три года они расстались.
В 1976 году Миронов женился на актрисе Ларисе Голубкиной. Он удочерил её дочь Марию, а вскоре у них родилась общая дочь — тоже Мария.
— Андрей, — сказала ему Лариса однажды, — ты не умеешь быть просто мужем. Ты всегда на сцене. Даже дома.
— Потому что я не умею по-другому, — ответил он. — Я актёр. И это не профессия. Это — я.
Слава сердцееда сопутствовала ему всю жизнь, хотя сам он никогда не подтверждал этот имидж. Но женщины любили его. И он любил женщин — страстно, искренне, безоглядно.
— Андрей — как шампанское, — говорили о нём друзья. — Лёгкий, искрящийся, вечно праздничный. Мало кто видел его в плохом настроении.
Но те, кто знал его близко, видели и другое — страх, боль, неуверенность. Он всю жизнь яростно сражался с лишним весом. Он переживал из-за каждой неудачной роли. Он боялся, что его разлюбят зрители. Он боялся, что его перестанут снимать.
«В нём была безумная страсть к жизни, — вспоминала Лариса Голубкина. — Ему нравилось всё: играть, петь, танцевать, общаться с людьми, любить друзей до самозабвения».
Но за этой страстью скрывалась пропасть.
Часть пятая. Бомба замедленного действия.
О том, что у Андрея Миронова есть аневризма сосудов головного мозга, стало известно за девять лет до смерти. В 1978 году он потерял сознание на сцене во время гастролей. Врачи заподозрили менингит, но потом поняли: это было кровоизлияние.
— По-хорошему, нужно было срочно делать операцию, — говорили врачи. — Но операция могла пройти не очень успешно. Вдруг бы он потерял способность говорить?.. Может, он просто махнул рукой на болезнь.
Миронов махнул рукой. Он продолжал работать. Он играл, снимался, гастролировал. Он жил так, будто смерти не существует.
Утром 14 августа 1987 года он был в Риге на гастролях со спектаклем «Безумный день, или Женитьба Фигаро». В тот день стояла страшная жара. Миронов, как всегда, боролся с весом: он несколько часов играл в теннис, обмотанный тремя полиэтиленовыми пакетами, чтобы согнать лишнее.
— Андрей, ты с ума сошёл! — кричал ему Александр Ширвиндт. — Ты же убьёшь себя!
— Не убью, — смеялся Миронов, отбивая мяч. — Я же Фигаро. Я бессмертный.
Он вернулся в санаторий, немного отдохнул, а затем отправился в театр.
Вечером, во время спектакля, всё шло как обычно. Миронов блистал, зрители аплодировали. Но в одной из заключительных сцен он почувствовал чудовищную головную боль. Он даже успел незаметно шепнуть Ширвиндту, находясь на сцене:
— Шура, голова…
Ширвиндт понял: другу плохо. Он оперативно увёл Миронова за кулисы. Опустился занавес. В гримёрку позвали врачей.
— Андрей! — кричала Лариса Голубкина, вбегая за кулисы. — Андрей, держись!
Но Миронов уже терял сознание. Его увезли в больницу Гайльэзерс, где диагностировали кровоизлияние в мозг. Два дня врачи боролись за его жизнь. Но аневризма, лопнувшая в мозгу актёра, была размером с абрикос. Спасти его было невозможно.
16 августа 1987 года, не приходя в сознание, Андрей Миронов умер. Ему было 46 лет.
Эпилог. Человек, который стал легендой.
Андрей Миронов был похоронен на Ваганьковском кладбище в Москве. Провожали его всей Москвой — со слезами на глазах.
Александр Ширвиндт, его друг и коллега, говорил потом:
— Этот кошмар в Риге, когда я выносил его с «Фигаро» — я всё помню как вчера. Физически ощущения помню, и его последние слова: «Шура, голова».
Андрей Миронов не был просто актёром. Он был Шампанским советского экрана — лёгким, искрящимся, вечным. Но за этой лёгкостью скрывалась боль, страх, несыгранная трагедия. Он мог сыграть любую роль — от комедийного проходимца до трагического героя. Но главную роль — роль человека, который боится, страдает, любит и умирает — он сыграл в своей жизни.
Он остался в памяти зрителей как Геша Козодоев, Остап Бендер, Фигаро, Хлестаков. Как человек, который улыбался, даже когда внутри всё сжималось от боли. Как актёр, который отдавал сцене всё — до последней капли.
«Он не сыграл трагическую роль, — сказала о нём Татьяна Егорова. — Он просто отдёрнул занавес своей души».
И этот занавес мы видим до сих пор. В каждом его фильме, в каждом спектакле, в каждой улыбке, которая стала бессмертной.
Андрей Миронов ушёл. Но он остался. Потому что настоящие актёры не умирают. Они просто уходят за кулисы.
