Максим возвращался домой после поздней смены на складе. Автобусы давно перестали ходить, а идти пешком предстояло почти пять километров. Он шагал по пустынной дороге, освещённой редкими фонарями. Ветер гонял по асфальту мокрые листья, а вокруг не было ни души. Когда впереди показались огни автобусной остановки, Максим услышал шум двигателя. Из тумана неожиданно выехал старый автобус. Настолько старый, что казалось, будто он сошёл с фотографий восьмидесятых годов. Краска облезла, стёкла были мутными, а номер маршрута отсутствовал. Автобус остановился прямо перед ним. Двери со скрипом открылись.
— Едете? — спросил водитель.
Голос прозвучал странно глухо. Максим удивился, но решил, что лучше доехать хоть часть пути. Он поднялся в салон. Внутри оказалось тепло. Слишком тепло. Пассажиров было человек десять. Они сидели неподвижно, глядя перед собой. Никто не разговаривал. Никто даже не повернулся в его сторону. Максим оплатил проезд и сел возле окна.
Автобус тронулся. Через несколько минут он заметил странность. За окнами мелькали улицы, которых в городе никогда не существовало. Старые деревянные дома, заброшенные магазины, ржавые автомобили неизвестных моделей. Максим нахмурился. Он точно знал этот район. Здесь должны были быть современные многоэтажки.
— Простите, а куда мы едем? — спросил он у женщины впереди.
Она не ответила. Даже не моргнула. Тогда он осторожно коснулся её плеча. Женщина медленно повернула голову. Максим почувствовал, как внутри всё похолодело. Её глаза были мутно-белыми. Без зрачков. Без выражения. Он резко отдёрнул руку. Остальные пассажиры одновременно повернули головы в его сторону. Десять пар таких же белых глаз смотрели на него из полумрака салона.
Максим вскочил.
— Остановите автобус!
Водитель молчал. Автобус продолжал ехать. За окнами становилось всё темнее. Теперь там вообще не было домов. Только густой лес. Высокие чёрные деревья стояли вплотную к дороге.
Максим бросился к передней двери.
— Выпустите меня!
Водитель медленно повернул голову. Лицо его было серым, словно покрытым пеплом. А вместо глаз зияли чёрные пустые провалы. Максим закричал. Автобус резко затормозил. Двери открылись. Он выскочил наружу и побежал. Не разбирая дороги. Не оглядываясь. Лишь спустя несколько минут он остановился.
Вокруг был знакомый городской парк. Дождь всё ещё шёл. Фонари горели обычным жёлтым светом. Автобуса нигде не было. Максим решил, что от усталости ему всё привиделось.
На следующий день он рассказал историю коллегам. Те лишь посмеялись. Но один пожилой охранник неожиданно побледнел.
— Как выглядел автобус?
Максим описал его. Старик долго молчал. Потом сказал:
— Такой автобус разбился возле старого лесного шоссе в тысяча девятьсот восемьдесят втором году. Тогда погибли все пассажиры.
Максим рассмеялся. Но охранник не улыбнулся. Он достал старую газету из ящика стола. На пожелтевшей фотографии стоял тот самый автобус. Без номера маршрута. С облезлой краской. Максим почувствовал, как кровь отливает от лица.
Под снимком была подпись:
«Трагическая авария. Одиннадцать погибших».
Одиннадцать. Максим вспомнил салон. Водителя и десятерых пассажиров. Именно одиннадцать человек. В тот вечер он долго не мог уснуть.
Около трёх часов ночи его разбудил звук двигателя за окном. Он подошёл к занавеске и выглянул наружу. Возле дома стоял автобус. Тот самый. В салоне горел тусклый свет. Пассажиры сидели неподвижно. А водитель смотрел прямо на его окно.
Через секунду двери автобуса медленно открылись. Словно приглашая войти. Максим отшатнулся. Когда он снова выглянул на улицу, автобус исчез. Но утром на мокром асфальте остались глубокие следы старых шин. Они тянулись от дороги прямо к его подъезду. И заканчивались возле входной двери.
С тех пор каждую осень, в самые дождливые ночи, Максим слышит за окном знакомый скрип тормозов. И всегда боится посмотреть наружу. Потому что однажды он всё-таки увидел силуэты пассажиров. И среди них был человек, очень похожий на него самого.
