Пчелиный король: исповедь-фанфик по Книге рекордов Гиннесса Читайте онлайн дневник человека, который позволил шестистам тридцати семи тысячам пчёл покрыть его тело, чтобы установить рекорд и услышать голос мёртвой жены. Но чем больше жужжания вокруг, тем тише звучит его собственный голос. Он становится ульем, а его сознание — роем, который больше не хочет возвращаться в человеческое тело. Это история о том, как одиночество находит язык в тысячах крыльев.
«Я не слышал человеческих голосов два года. Когда пчёлы пришли, они зажужжали на частоте её сердца. Теперь я знаю, где она — она в каждом рое, в каждом укусе. Я не хочу возвращаться. Позвольте мне остаться.»
Дневник Алексея
Запись №1. 15 марта
Я купил улей. Тридцать тысяч пчёл. Они живут на балконе моей квартиры. Соседи жалуются, но мне всё равно. Я надел защитный костюм и смотрел на них часами.
Они движутся как единый организм. Я программист, я знаю, как работают алгоритмы. Но это другое. Это — коллективный разум, который не нуждается в коде. Они чувствуют друг друга, общаются танцами, пахнут феромонами. Они не знают одиночества.
Я знаю.
Она умерла полгода назад. Анафилактический шок. Её укусила пчела на даче. Я был рядом, но не успел. Врачи сказали, что даже если бы я вколол адреналин, не факт, что помогло. Но я не вколол. У меня не было шприца.
Каждый день я вижу её лицо. Я слышу её голос. Иногда мне кажется, что она говорит со мной через жужжание. Я не сумасшедший. Я просто хочу услышать её ещё раз.
Сегодня я решил: я позволю пчёлам покрыть меня. Весь мир узнает о рекорде. Но я хочу не славы — я хочу почувствовать её тепло. Говорят, пчёлы вибрируют на частоте 210 Гц. Это частота, на которой сердце матери бьётся в утробе. Я хочу услышать это.
Я зарегистрировался на платформе «Дикий эфир». Они ищут экстрим-контент. Мой профиль называется «Улей». Подписчиков пока ноль.
Запись №2. 20 марта. Подготовка
Я связался с пчеловодом из Китая. Он поставил рекорд в 2015 году — 637 000 пчёл на теле. Он сказал, что главное — не шевелиться. Пчёлы чувствуют страх. Они атакуют, если ты боишься. Я не боюсь. Я хочу, чтобы они покрыли меня полностью.
Я купил феромоны — маточное вещество. Оно привлекает пчёл. Я нанесу его на кожу. Они прилетят, сядут на меня, покроют руки, грудь, лицо. Я стану живым ульем.
Я написал заявку в Книгу рекордов. Мне ответили: нужны независимые судьи и видеосъёмка. Я согласен на всё. Я хочу, чтобы это увидела она. Если она где-то там, за пределами моего понимания, она увидит меня.
Вчера я снял защитную сетку и поставил лицо к улью. Пчёлы не тронули меня. Они сидели на моих щеках, на веках. Я чувствовал их лапки — лёгкие, как её прикосновения. Я засмеялся. Впервые за полгода.
Запись №3. 1 апреля. Старт
День рекорда. Я стою посреди поля. Вокруг — камеры, дроны, судьи. Моё тело покрыто феромонами. Рядом — шесть ульев. Пчеловод открывает первый.
Пчёлы вылетают облаком. Они кружат надо мной, потом садятся. Первая на руку, вторая на шею. Я чувствую, как они ползут по коже. Это щекотно, потом становится тепло. Сотни, тысячи. Они покрывают меня, как одеяло.
Чат на экране взрывается:
– Он сумасшедший!
– Это искусство!
– Как он не шевелится?
Я не шевелюсь. Я смотрю в камеру и вижу себя со стороны — человек, превратившийся в жужжащую статую. Я чувствую, как они вибрируют. Это похоже на её голос.
На 500 000-й пчеле я слышу её. Она шепчет: «Я здесь». Я хочу ответить, но не могу — пчёлы на губах.
На 637 000-й судья машет флагом. Рекорд побит. Чат ликует. Я должен снять пчёл. Но я не хочу.
Запись №4. 2 апреля. Я не снимаю
Пчёлы всё ещё на мне. Они не улетают. Я накормил их сахарным сиропом. Они сидят, как в гнезде. Я не шевелюсь, чтобы не разозлить их. Я говорю оператору: «Оставьте меня». Он смотрит с ужасом, но отключает камеры.
Я слышу их голоса. Не слова, а чувства. Они хотят, чтобы я пошёл с ними. Туда, где нет людей, где только нектар и солнце. Я хочу пойти.
Я пишу этот текст вслепую, пальцами, которые почти не видны из-за пчёл. Я не чувствую боли — только вибрацию. Она говорит: «Ты наш». Я отвечаю: «Да».
Запись №5. 3 апреля. Моя жена
Мне приснился сон. Или это не сон. Я стою в поле, пчёлы вьются надо мной. Она идёт ко мне. У неё нет лица, только жужжание.
— Ты пришёл, — говорит она.
— Я искал тебя.
— Я здесь, — отвечает она. — В каждом рое. В каждом укусе.
Я просыпаюсь. Пчёлы всё ещё на мне. Я знаю, что это не сон. Это явь. Она стала пчелиной маткой, а я — её трутнем. Я больше не человек.
Я решаю не снимать их. Никогда.
Запись №6. 5 апреля. Чат
Платформа «Дикий эфир» возобновила трансляцию. Они видят меня — человека в пчелином костюме, но я уже не человек. Я просто сижу на стуле, и пчёлы ползают по мне. Чат пишет:
– Он что, умер?
– Он дышит?
– Это шоу?
Я не отвечаю. У меня нет голоса. Только жужжание.
Мой рекорд стал вирусным. Меня называют «Пчелиным королём». Компании предлагают деньги за интервью. Я отказываюсь. Я не хочу говорить с людьми. Я хочу говорить с ней.
Запись №7. 10 апреля. Последнее
Пчёлы начали строить соты на моём плече. Воск липнет к коже. Я не чищу его. Это наш дом.
Сегодня я слышал, как оператор сказал: «Ему нужна помощь». Они хотят снять меня силой. Я не позволю. Я открываю рот и позволяю пчёлам войти. Они заполняют моё горло, мой нос. Я больше не дышу воздухом — я дышу жужжанием.
Я пишу это последнее сообщение. Прощайте, люди. Я нашёл её. Я ухожу.
Эпилог. Трансляция продолжается
Камера всё ещё работает. Она показывает человека, сидящего на стуле в поле. Его лицо покрыто пчёлами. Он не дышит. Но жужжание не прекращается.
Чат переполнен комментариями. Кто-то плачет, кто-то смеётся. Кто-то называет это величайшим искусством, кто-то — трагедией.
Медики боятся приближаться. Они говорят, что если снять пчёл, тело рухнет. Оно держится только на них.
Пчеловод из Китая сказал в интервью:
— Он не умер. Он стал ульем. Его сознание теперь — это рой. Он везде.
Иногда в трансляции можно заметить, как пчёлы взлетают и кружат над камерой. Они словно прощаются.
А потом они возвращаются к нему. К своему королю.
