Пролог Октябрь в Заозерске-14 всегда наступал внезапно, как удар ножом под дых. Ещё вчера, казалось, солнце цеплялось за вершины сосен, разливало по озеру жидкое золото, и бабки на лавках у подъездов грели косточки в последних лучах.

Осенняя Тверская губерния встретила Алексея стеной косого дождя, хлеставшего по лобовому стеклу старого «Фольксвагена» с таким ожесточением, будто само небо желало развернуть его обратно в Москву.

Ноябрь встретил Веру Кузнецову промозглой сыростью и первым снегом, который таял на асфальте, не успев добелеть. Она стояла у окна своей однушки на девятом этаже панельной многоэтажки на окраине Челябинска

Пролог Зимняя ночь в Тульской губернии опускается стремительно, словно чёрный полог, который кто-то невидимый и торопливый роняет с небесной выси. В шесть часов вечера уже такая темень, что хоть глаз выколи

Часть первая. Октябрьское зеркало Посёлок Заозёрный стоял на семи холмах, окружённый с трёх сторон лесом, а с четвёртой — старым торфяным болотом, которое местные называли Гнилой Топью.

Пролог Посёлок Северные Увалы стоял на семи холмах, и река Сестра огибала его, как ледяная рука, сжимающая горло. Зимой здесь выпадало столько снега, что дома казались сугробами, а люди — тенями среди белой бесконечности.

Пролог. Земля под ногтями Посёлок Ямное стоял на глине. Эту особенность знали все: от младенцев, лепивших из красной жижи куличики, до древних старух, которые закапывали в неё обрезки волос, чтобы не навели порчу.

Глава 1, в которой горизонт пахнет железом В конце марта северный склон Лысой горы не тает, а гниёт. Снег здесь не белый, а цвета заварки, с чёрными прожилками прелой листвы.

Пролог. Туман над Глухой Речкой Октябрь выжег листву до состояния пергамента. Река, которую в деревнях называли Глухой, текла медленно, будто у неё больше не было сил куда-либо стремиться.

Пролог: Запах сырой глины Сентябрь в Мокрую Поляну приходит не с золотом листвы, а с гнильцой. Здесь небо всегда кажется выстиранным в болотной воде — серое, тяжелое, оно нависает над крышами так низко