Лабубу и Огненный Ключ от Подземного Царства Фэнтези-сказка о мальчике, который не боялся собственных теней Говорят, под каждой кроватью живёт монстр. Но никто не знает, что под монстром живёт целое царство — и ключ от него спрятан в самом глубоком страхе
«Тот, кто всех страшнее, на самом деле просто боится сильнее всех».
Глава 1. Кровать, которая оказалась бездонной
Лабубу не любил заглядывать под кровать. Не потому, что боялся — игрушки ничего не боятся, кроме разве что стиральной машины. А потому, что под кроватью всегда было пыльно и темно. Но в ту ночь Петя уронил свою любимую машинку, и она закатилась прямо в темноту. Лабубу, как самый ответственный друг, вызвался её достать.
— Я мигом, — сказал он, свешиваясь с края кровати.
— Осторожнее, — зевнул Петя, засыпая. — Там, говорят, монстры живут.
— Глупости, — фыркнул Лабубу. — Монстров не бывает.
Он спрыгнул на пол и залез под кровать. Пыль, тени, знакомая машинка — она лежала прямо у стены. Лабубу протянул лапу и… вдруг пол под ним провалился. Не буквально — пол был твёрдым. Но тени под кроватью вдруг стали глубокими, как колодец. Лабубу не упал, а… поплыл вниз, как пушинка в водопаде. Тени обволакивали его, шептали, смеялись.
— Куда я попал? — прошептал он, приземляясь на что-то мягкое.
Это было не мягкое. Это была гора… страхов. Буквально. Лабубу стоял на куче серых, липких комков, которые шевелились и издавали жалобные звуки. Вокруг простиралось тёмное, бесконечное пространство, без неба и без земли. Только тени. Тени разной формы: длинные, короткие, с когтями, с крыльями, с множеством глаз.
— Добро пожаловать в Царство Теней, — раздался голос. — Ты новенький?
Лабубу обернулся. Перед ним стояла… тень. Но не простая. У неё были очертания мальчика лет пяти, только чёрная, как уголь, и с белыми, светящимися глазами.
— Я Лабубу. Игрушка. А ты?
— Я Тенебрус-младший, — сказала тень. — Но все зовут меня Страшилка. Я здесь живу.
— Тенебрус — это как король? — спросил Лабубу.
— Король — мой папа, — вздохнул Страшилка. — Он правит Царством Теней. И он очень злой. Он крадёт у детей сны и превращает их в серую массу. Вон из того, на чём ты стоишь.
Лабубу посмотрел вниз. Серая масса под его лапами была… чьими-то снами. Раздавленными, бесцветными, забытыми.
— Зачем он это делает? — ужаснулся Лабубу.
— Он хочет, чтобы все дети боялись темноты, — сказал Страшилка. — Потому что когда дети боятся, тени становятся сильнее. А когда дети спят спокойно — тени слабеют. Папа хочет, чтобы тени правили миром. Но для этого ему нужен Огненный Ключ.
— Какой ключ?
— Ключ от самого глубокого страха. Он спрятан у Тризуба — трёхголового кошмара, который живёт в Пещере Шёпота. Если папа получит ключ, он откроет Врата Вечной Ночи, и солнце никогда не взойдёт.
Лабубу стало холодно. Не от страха — от понимания, что Петя может никогда больше не увидеть солнце.
— А ты почему не хочешь ему помогать? — спросил он у Страшилки.
— Потому что я не хочу, чтобы дети боялись, — тихо сказала тень. — Я сам был ребёнком. Когда-то. Потом умер и превратился в тень. Но я помню, как это страшно — бояться темноты. Я не хочу, чтобы другие дети плакали по ночам.
— Тогда помоги мне, — сказал Лабубу. — Я достану Огненный Ключ раньше, чем твой папа. И спрячу его там, где он не найдёт.
— Это опасно, — предупредил Страшилка. — Тризуб — самый страшный кошмар в Царстве. У него три головы. Одна пугает видениями, вторая — звуками, третья — запахами. Никто не возвращался от него живым. Вернее, никто не возвращался от него небоящимся.
— Я игрушка, — сказал Лабубу. — Меня трудно испугать. У меня внутри синтепон, а не нервы.
Страшилка посмотрел на него своими белыми глазами. Потом кивнул и протянул чёрную руку.
— Идём. Я проведу тебя через Царство. Но запомни: не смотри теневым монстрам в глаза. И не дыши там, где пахнет плесенью — это ловушки.
Они пошли. Лабубу шёл за маленькой тенью мальчика, и тени вокруг расступались, шептали, тянули к нему свои длинные пальцы, но не трогали. Потому что Страшилка был сыном короля, и его боялись даже самые страшные чудовища.
— Почему ты мне помогаешь? — спросил Лабубу. — Ведь если папа узнает, тебе достанется.
— Потому что я хочу, чтобы ты кое-что понял, — сказал Страшилка. — Самый страшный страх — это не темнота и не монстры. Самый страшный страх — это одиночество. Мой папа боится его больше всего. Он стал злым, потому что боится, что его никто не полюбит. Даже я.
Лабубу замолчал. Он вдруг почувствовал, что этот огромный мир теней на самом деле не злой. Он просто очень несчастный.
— А где Тризуб? — спросил он, чтобы сменить тему.
— Вон там, — Страшилка показал на чёрную гору вдалеке. — Пещера Шёпота. У входа сидит он. Ты услышишь его раньше, чем увидишь.
Действительно, из горы доносился звук. Не рёв, не рычание, а… шёпот. Тысячи голосов шептали: «Бойся, бойся, не ходи, там темно, там страшно, там смерть».
Лабубу поёжился, но пошёл вперёд. Чем ближе он подходил, тем громче становился шёпот. И наконец он увидел Тризуба.
Он был огромным — размером с дом. Три собачьи головы на одной шее, каждая размером с холодильник. Шерсть дыбом, глаза горят красным, пасти полны клыков. Первая голова (левая) была покрыта глазами — сотнями маленьких, бегающих глаз. Вторая (средняя) — ушами, которые двигались независимо друг от друга. Третья (правая) — ноздрями, которые постоянно раздувались.
— Кто посмел? — рявкнула левая голова.
— Маленький, пушистый, — прошептала средняя.
— Вкусно пахнет синтепоном, — фыркнула правая.
— Я пришёл за Огненным Ключом, — сказал Лабубу, стараясь не дрожать.
Три головы засмеялись. Это был страшный смех — как скрежет металла по стеклу.
— А что ты нам дашь взамен? — спросила левая голова.
— Ничего, — сказал Лабубу. — Я просто попрошу.
— Просто попросишь? — удивилась средняя. — Никто просто не просит. Все приносят жертвы. Кто-то — смех, кто-то — воспоминания, кто-то — игрушки.
— Я не хочу ничего отдавать, — сказал Лабубу. — Я хочу предложить кое-что другое. Вы любите колыбельные?
Три головы переглянулись. Никто никогда не предлагал им колыбельных.
— Мы не спим, — сказала правая голова. — У нас бессонница.
— А я умею петь так, что даже камни засыпают, — сказал Лабубу. — Если вы заснёте, вы не будете знать, возьму я ключ или нет. А если не заснёте — я уйду. Честно.
— Он нас обманывает, — прошептала левая.
— Проверим, — сказала средняя.
— Спой, — приказала правая.
Лабубу закрыл глаза и запел. Ту самую колыбельную, которую пел в прошлый раз — о море, о луне, о маминых руках. Голос у него был тонкий, но проникновенный. Первой начала клониться левая голова — её сто глаз закрылись один за другим. Потом средняя — её уши обвисли. Потом правая — её ноздри перестали раздуваться.
Тризуб заснул. Его огромное тело содрогнулось и рухнуло на землю, открывая проход в пещеру. Лабубу осторожно обошёл его и вошёл внутрь. Там, на алтаре из страхов, лежал Огненный Ключ — золотой, сверкающий, с языками пламени на конце.
Лабубу взял его. Ключ был горячим, но не обжигал — игрушкам тепло не страшно. Он спрятал ключ в свой пух и вышел из пещеры. Тризуб всё ещё спал, и ему снились, наверное, добрые сны — впервые за тысячу лет.
— Ты сделал это, — прошептал Страшилка, который ждал снаружи. — Теперь бежим. Папа почувствует, что ключ исчез.
Но бежать было поздно. Небо над Царством Теней почернело ещё сильнее, и из него спустился Он. Тенебрус. Король теней.
Он был не просто тенью. Он был самим мраком. Огромный, бесформенный, с тысячей рук и с двумя глазами, похожими на чёрные дыры. Когда он говорил, голос его звучал из всех щелей сразу.
— Сын, — сказал Тенебрус. — Ты предал меня.
— Нет, папа, — ответил Страшилка, заслоняя Лабубу собой. — Я просто хочу, чтобы ты перестал бояться.
— Я не боюсь! — зарычал Тенебрус. — Я — страх!
— Ты боишься, — тихо сказал Лабубу, выглядывая из-за спины Страшилки. — Ты боишься, что тебя никто не полюбит. Что ты останешься один. Что даже твой сын тебя бросит. Потому и крадёшь сны — чтобы все вокруг боялись так же, как ты. Чтобы никто не был счастливее тебя.
Тенебрус замер. Его тысяча рук опустились.
— Откуда ты знаешь? — прошептал он.
— Потому что я игрушка, — сказал Лабубу. — А игрушки знают о страхах всё. Дети боятся темноты, потому что в темноте они одни. Игрушки приходят, чтобы быть рядом. Ты тоже хочешь, чтобы кто-то был рядом. Но ты выбрал неправильный путь.
— И что же мне делать? — спросил Тенебрус, и в его голосе впервые послышалась не злоба, а растерянность.
— Открой своё сердце, — сказал Лабубу. — У тебя ведь есть Огненный Ключ. Он открывает не только Врата Ночи. Он открывает всё, что заперто. Даже самое глубокое.
Лабубу протянул Ключ Тенебрусу. Король взял его дрожащей рукой-тенью. Он поднёс ключ к своей груди — там, где у людей сердце, у него была чёрная дыра. Ключ вошёл в неё, повернулся — и дыра открылась.
Из неё вылетел маленький светлячок. Он был золотым, хрупким, трепещущим. Это был детский страх Тенебруса — когда он сам был маленьким мальчиком и боялся темноты. Этот страх он потерял, когда стал королём, и без него он очерствел.
— Это я, — прошептал светлячок. — Я — твоя боязнь темноты. Ты забыл меня, но я всегда был внутри. Верни меня на место, и ты снова сможешь бояться. Не так, как сейчас — всемирно, а по-настоящему. Как ребёнок.
Тенебрус заплакал. Его слёзы были чёрными, но когда они падали, превращались в маленькие звёздочки.
— Прости меня, — сказал он сыну. — Я был плохим отцом.
— Ты был одиноким, — ответил Страшилка и обнял его.
Лабубу подошёл к светлячку и посадил его обратно в сердце Тенебруса. Король вздохнул, и его чёрная дыра закрылась. Теперь она была не дырой, а маленьким золотым пятном — как раз для светлячка.
— Что теперь будет с Царством Теней? — спросил Лабубу.
— Оно перестанет быть страшным, — сказал Тенебрус. — Оно станет просто… тенями. Как в хорошем смысле. Тени, которые прячут детей, когда они играют в прятки. Тени, которые укрывают от солнца в жаркий день. Тени, без которых нет света.
Он махнул рукой. Серая масса снов, лежавшая под ногами, начала подниматься. Она превращалась в разноцветные, живые сны — те самые, которые Тенебрус украл у детей. Сны разлетелись по всему миру, входя в головы спящим малышам.
— А Огненный Ключ? — спросил Лабубу.
— Оставь себе, — сказал Тенебрус. — Он больше не нужен. Врата Вечной Ночи никогда не откроются. А ключ может пригодиться тебе — чтобы открывать чужие сердца. Не все они заперты на страх. Некоторые заперты на грусть, на обиду, на усталость. Ты теперь знаешь, как повернуть ключ.
Лабубу спрятал Огненный Ключ в свой пух. Ключ был тёплым и тихонько пел — ту самую колыбельную, которой он усыпил Тризуба.
— Как мне вернуться? — спросил он.
— Закрой глаза и пожелай оказаться у своей кровати, — сказал Страшилка. — И не забывай нас. Приходи иногда. Мы будем пить чай из теней.
Лабубу закрыл глаза. Он пожелал оказаться рядом с Петей. И в следующую секунду он сидел на полу, под кроватью, рядом с машинкой, которую пришёл достать. Время не остановилось. Прошло всего пять минут.
— Вот и машинка, — сказал он, вылезая из-под кровати и протягивая её Пете. Но Петя уже спал.
Лабубу положил машинку на тумбочку, забрался на подушку и лёг рядом с мальчиком. Внутри него, в пухе, лежал Огненный Ключ и тихонько звенел. Лабубу знал, что этот ключ откроет много сердец. Но самое главное сердце — Петино — было открыто всегда. И это делало Лабубу самым богатым на свете.
Глава 2. Светлячок по имени Вжух
Прошло несколько дней. Лабубу часто задумывался о Царстве Теней. Ему казалось, что он видел что-то очень важное, но не до конца понял. Ключ он спрятал под подушкой — на всякий случай. Но ключ иногда начинал звенеть сам по себе, и тогда Лабубу слышал шёпот: «Приходи, мы по тебе скучаем».
Однажды ночью он не выдержал и снова нырнул под кровать. Тени расступились, и он провалился в знакомую бездну. Но Царство изменилось. Оно не было больше тёмным и страшным. Теперь здесь царил полумрак — как перед рассветом. Повсюду летали светлячки, освещая дорогу. А вместо серой массы снов на земле росли цветы из страхов — они были разноцветными и красивыми.
— Лабубу! — закричал Страшилка, бросаясь навстречу. — Ты пришёл!
— Пришёл, — улыбнулся Лабубу. — Как вы тут?
— Хорошо! — сказал Страшилка. — Папа теперь не крадёт сны, а охраняет их. Он стал Хранителем Снов. А я помогаю ему. Идём, я тебе кое-что покажу.
Он повёл Лабубу к замку — который раньше был чёрным и угрюмым, а теперь стал серебряным и сверкающим. На башне замка висел огромный светлячок размером с фонарь.
— Это тот самый, что жил в сердце отца, — сказал Страшилка. — Мы назвали его Вжух.
— Вжух? — удивился Лабубу.
— Он издаёт такой звук, когда летает, — засмеялся Страшилка. — Вжух-вжух-вжух. Смотри.
Светлячок подлетел к Лабубу. Он был тёплым, золотым и пах детством — молоком, печеньем и почему-то хвоей.
— Ты спас меня, — сказал Вжух тоненьким голоском. — Я сидел взаперти сто лет. Спасибо.
— Не за что, — смутился Лабубу.
— Я хочу тебя отблагодарить, — сказал Вжух. — Я умею исполнять одно желание. Только одно. Загадывай.
Лабубу задумался. Он мог бы попросить вернуть его перламутровую пуговицу. Или сделать так, чтобы Петя никогда не болел. Или чтобы все игрушки на свете умели говорить с людьми. Но он вспомнил, что сказал Тенебрус: «Ключ открывает сердца».
— Я хочу, чтобы каждый ребёнок, который боится темноты, знал: в темноте нет ничего страшного. Только тени, которые хотят поиграть в прятки.
Вжух засветился ярче и рассыпался на тысячу маленьких искр. Искры разлетелись по миру — по детским комнатам, под кровати, в шкафы, в подвалы. И каждый ребёнок, который просыпался ночью от страха, вдруг чувствовал тепло и слышал тоненькое «вжух». И страх проходил.
— Ты сделал большое дело, — сказал Страшилка. — Теперь никто не будет бояться темноты. Ну, почти никто. Иногда страх полезен. Но это уже не наш страх — это страх перед тем, чтобы не упасть с велосипеда или не получить двойку. А темнота теперь будет просто… темнотой.
— А как же вы? — спросил Лабубу. — Тени ведь питаются страхом.
— А мы научились питаться смехом, — сказал Страшилка. — Когда дети смеются, их тени тоже смеются. И это даёт нам силы даже больше, чем страх.
Они пошли в замок пить чай. Чай был из теней — тёплый, чёрный, с привкусом ванили. Тенебрус сидел во главе стола и улыбался — впервые за сто лет.
— Лабубу, — сказал он. — Я хочу сделать тебя почётным гражданином Царства Теней. Ты будешь приходить к нам в любое время. И всегда будешь желанным гостем.
— Спасибо, — сказал Лабубу. — А можно мне привести с собой Петю?
— Конечно, — кивнул Тенебрус. — Но только когда он вырастет. Маленькие дети могут испугаться. А большие — уже нет. Они понимают, что тени — это просто игра света.
Лабубу остался пить чай до утра. А когда вернулся, Петя уже проснулся и искал его.
— Лабубу, ты где был? — спросил мальчик.
— Гулял, — сказал Лабубу. — В гостях у теней.
Петя засмеялся и прижал игрушку к щеке. Он не поверил, конечно. Но в ту ночь, ложась спать, он вдруг перестал бояться выключать свет. Ему показалось, что из-под кровати донеслось тихое «вжух». Но это, наверное, просто скрипнула половица.
А Лабубу улыбнулся в темноте. Он знал, что это был не скрип. Это был светлячок Вжух, который прилетел проверить, как у Пети дела. И всё было хорошо.
Глава 3. Три головы, которые научились дружить
Через неделю Лабубу снова отправился в Царство Теней. Но на этот раз не один — он взял с собой Огненный Ключ, который уже начал привыкать к его пуху. Ключ звенел и подсказывал дорогу.
Когда Лабубу вышел из тени под кроватью, его встретил не Страшилка, а… Тризуб. Трёхголовый кошмар стоял у входа в замок и мирно беседовал с Тенебрусом.
— А, Лабубу! — заулыбался король (улыбка у него была широкая и совсем нестрашная). — Знакомься, Тризуб теперь наш друг. Он поменял профессию.
— Какую? — спросил Лабубу.
— Я теперь Хранитель Входа, — сказала левая голова. — Не пускаю сюда тех, кто хочет навредить.
— А я — Рассказчик Снов, — сказала средняя. — Я знаю миллион историй. Хочешь, расскажу?
— А я — Дегустатор Чая, — сказала правая и чихнула. — Чай из теней очень вкусный, но от него чихаешь.
Лабубу засмеялся. Тризуб был уже не страшным — он был почти милым. Правда, глаза у левой головы всё ещё бегали, уши у средней дёргались, а ноздри у правой раздувались, но это уже не пугало.
— А как вы спите? — спросил Лабубу. — У вас три головы, они наверняка мешают друг другу.
— Мы научились, — сказала левая голова. — Одна спит, две караулят.
— А потом — вторая спит, две караулят, — добавила средняя.
— А потом — третья, — закончила правая.
— И так по кругу, — сказали они хором.
Лабубу понял, что даже самые страшные чудовища могут стать друзьями, если их не бояться. Он погладил каждую голову по шерсти (шерсть была колючая, но Тризубу было приятно), и кошмар замурлыкал. Как огромный кот.
— Оставайся на ужин, — предложил Тенебрус. — Сегодня у нас пир из страхов. Только ты не пугайся — это просто названия. На самом деле это пирог с черникой.
Лабубу остался. Они ели пирог, пили чай, слушали истории Тризуба и смотрели, как светлячки танцуют вальс над Царством. И Лабубу подумал: а ведь это и есть счастье. Не когда нет страха. А когда есть те, кто рядом, чтобы разделить его.
Глава 4. Последняя тень, которая оказалась доброй
В последнюю ночь, перед тем как Лабубу должен был вернуться к Пете насовсем (потому что Петя уезжал в гости к бабушке и брал игрушку с собой), Тенебрус позвал его на разговор.
— Лабубу, — сказал король. — Ты изменил наше Царство. Но есть одна тень, которую мы не можем победить. Она внутри тебя.
— Внутри меня? — удивился Лабубу.
— У каждого есть тень, — сказал Тенебрус. — Даже у игрушек. Твоя тень — это страх, что Петя перестанет тебя любить, когда вырастет. Что ты станешь ненужным. Что тебя выбросят или отдадут другому ребёнку.
Лабубу молчал. Он знал этот страх. Он прятал его глубоко в синтепон, но тень была там.
— Что мне делать? — спросил он.
— Прими её, — сказал Тенебрус. — Не борись. Погладь. Скажи ей: «Ты часть меня, но ты не управляешь мной». И тогда она станет не страшной, а просто… тенью. Которая будет напоминать тебе о том, что ты любишь.
Лабубу закрыл глаза. Он увидел свою тень — маленькую, дрожащую, похожую на него, но чёрную. Она боялась. Она сидела в уголке его пуха и плакала.
— Иди сюда, — сказал Лабубу. — Я не буду тебя бояться.
Тень подошла. Он обнял её. Она была холодной, но, когда он её обнял, стала тёплой. Она перестала дрожать и прижалась к нему.
— Спасибо, — прошептала тень. — Я боялась, что ты меня прогонишь.
— Зачем прогонять? — улыбнулся Лабубу. — Ты — моя. А своё не бросают.
Он открыл глаза. Тенебрус смотрел на него и улыбался.
— Теперь ты настоящий, — сказал король. — Тот, кто принял свою тень, никогда не будет один.
Лабубу попрощался со всеми — со Страшилкой, с Тризубом, с Вжухом, с Тенебрусом — и нырнул обратно под кровать. Когда он вылез, Петя уже проснулся и собирал рюкзак.
— Лабубу, ты где был? — спросил он.
— Тени ловил, — сказал игрушка. — Свою собственную.
Петя не понял, но улыбнулся. Он положил Лабубу в рюкзак, и они поехали к бабушке. Всю дорогу Лабубу сидел в рюкзаке и смотрел на свою тень, которая теперь мирно лежала рядом. Он знал, что этой тени нечего бояться. Потому что любовь не кончается, даже когда вырастаешь. Просто становится другой. Как тень — она всегда с тобой, просто иногда длиннее, иногда короче, но никогда не исчезает.
А в Царстве Теней Тенебрус смотрел вслед уходящему Лабубу и думал: «Маленькая игрушка научила меня большему, чем все короли мира. Она научила меня не бояться себя».
И он улыбнулся. А светлячок Вжух сел ему на плечо и запел колыбельную. И король теней впервые за сто лет заснул спокойным сном — без кошмаров, без страхов, просто — как ребёнок.
КОНЕЦ
Если тебе когда-нибудь станет страшно в темноте, вспомни о Лабубу. Закрой глаза и представь, что под кроватью нет монстров. Там просто тени. А тени — это твои друзья, которые хотят поиграть в прятки. И если прислушаться, можно услышать тоненькое «вжух» — это светлячок Вжух прилетел сказать, что всё хорошо. И ты можешь спать спокойно.
А если ты всё-таки боишься — позови игрушку. Любую. Даже самую маленькую. И она придёт. Потому что игрушки умеют ждать. И любить. Даже когда их тени дрожат.
Спокойной ночи. И пусть твои страхи будут только на черничном пироге.
