В 1983 году в Горьком, в подвале старого дома, обнаружено тело девочки. Она была одета в кружевное платье, на голове у неё были банты, а лицо накрашено. Руки девочки были сложены на груди. Создавалось впечатление, что её превратили в куклу. Полиция начала расследование и вскоре вышла на след маньяка. Однако выяснилось, что это был не маньяк, а коллекционер. Он собирал не марки и не монеты, а детей.
Протокол происшествия
Горький (ныне Нижний Новгород), 1983 год. В подвале жилого дома обнаружено тело 9-летней девочки. На теле — следы удушения и побоев. Ребёнок был одет в кружевное платье, не принадлежавшее ей, на лицо нанесена косметика, в волосы вплетены банты. В ходе расследования установлено: к убийству причастен 38-летний местный житель, работавший сторожем в детском саду. Он похищал детей, наряжал их как кукол, фотографировал, а затем убивал. Жертвами стали не менее трёх детей. Задержан, осуждён, приговорён к расстрелу.
Подвал
Горький, ноябрь 1983 года. Холодный ветер с Волги пробивал насквозь, гнал по улицам сухие листья, завывал в подворотнях. В старом доме на окраине города, где давно не было ремонта, пахло сыростью и плесенью. В подвале, куда редко заходили жильцы, было темно. Только одна лампочка горела под потолком, мигая и шипя.
В этом подвале и нашли её. Девочку. Девять лет. Она лежала на старом матрасе, и её глаза были открыты. Она смотрела в потолок, но уже ничего не видела. На ней было кружевное платье, которое ей было велико. В волосах — банты. На лице — косметика. Губы накрашены ярко-красной помадой. Щёки — румянами. Ресницы — тушью.
— Господи, — прошептал милиционер, который спустился в подвал. — Что это?
— Это девочка, — ответил следователь. — Её убили.
— Кто?
— Не знаю. Но мы найдём.
Следователь Пётр Ильич Громов — высокий, сутулый мужчина с сединой на висках — осмотрел тело. Он видел много смертей. Но это — ребёнок, наряженный как кукла, — было особенно тяжёлым.
— Кто она? — спросил он.
— Лена Смирнова. Девять лет. Живёт в соседнем доме. Пропала три дня назад.
— Кто её нашёл?
— Жильцы. Они почувствовали запах.
Громов закурил. Он знал, что такие дела — самые сложные. Убийца — не маньяк, который убивает случайно. Он — коллекционер. Он выбирает, он готовится, он играет. И он не остановится.
Кукла
Лена Смирнова была обычной девочкой. Она училась в третьем классе, любила рисовать, играть в куклы. У неё были длинные светлые волосы, которые мама заплетала ей в косички. Она была тихой, послушной, никогда не уходила далеко от дома.
В тот день она возвращалась из школы. Было около трёх часов дня. Она шла по улице, прижимая к груди портфель. Она не заметила мужчину, который стоял у подъезда. Он был высоким, сутулым, с усталым лицом. Он улыбнулся ей и сказал:
— Девочка, ты не подскажешь, где здесь детский сад?
Она остановилась. Она знала этот детский сад. Он был рядом.
— Вон там, — сказала она, показывая рукой.
— Спасибо. А ты не проводишь меня? Я боюсь заблудиться.
Она согласилась. Она была доброй. Она не знала, что этот человек — сторож детского сада. Что он уже убил двоих детей. Что он ищет новую куклу.
Он привёл её в подвал. Он сказал, что там живёт котёнок. Она пошла за ним. Он закрыл дверь. Она поняла, что что-то не так, но было поздно.
Коллекционер
Сторожа звали Виктор. Он работал в детском саду уже пять лет. Он был тихим, незаметным, всегда здоровался с родителями, всегда улыбался детям. Никто не подозревал, что под этой маской скрывается монстр.
Виктор был одинок. Он жил в маленькой квартире, ни с кем не общался, не имел друзей. Его единственной страстью были дети. Но не те, которые играют во дворе. Дети, которых можно нарядить, причесать, накрасить. Дети, которых можно превратить в кукол.
Он начал с того, что воровал кукол из детского сада. Он приносил их домой, наряжал, расчёсывал. Потом ему стало мало. Он захотел живую куклу. И он её нашёл.
Первой жертвой стала семилетняя девочка из соседнего двора. Он заманил её в подвал, нарядил, накрасил, сфотографировал. А потом убил. Он не хотел, чтобы она рассказала. Он не хотел, чтобы кто-то узнал о его коллекции.
Второй жертвой стала девочка из другого района. Он встретил её на остановке, предложил проводить, завёл в подвал. Она тоже стала куклой. Он хранил их фотографии в альбоме. Он смотрел на них по ночам и улыбался.
Лена стала третьей. Он нарядил её в платье, которое купил в магазине. Он накрасил ей губы, нарумянил щёки, заплёл банты. Он фотографировал её, пока она была жива. А потом задушил.
Следствие
Громов начал расследование. Он опросил всех, кто знал Лену. Он проверил всех, кто работал в детском саду. Он проверил всех, кто жил в доме, где нашли тело. И нашёл странную вещь. В подвале, где лежала девочка, были фотографии. Много фотографий. На них были дети. Наряженные, накрашенные, с бантами. Они улыбались.
— Это его коллекция, — сказал Громов. — Он собирал их. Он наряжал их. Он фотографировал. А потом убивал.
— Кто он?
— Сторож детского сада. Виктор.
Громов пришёл в детский сад. Виктор сидел на стуле у входа, читал газету. Он выглядел спокойным, почти безразличным.
— Виктор? — спросил Громов.
— Да.
— Вы арестованы.
— За что?
— За убийство.
Виктор не сопротивлялся. Он встал, положил газету на стул, протянул руки для наручников.
— Я знал, что вы придёте, — сказал он.
Признание
На допросе Виктор рассказал всё. Он говорил спокойно, без эмоций, как будто рассказывал о чём-то обычном.
— Я наряжал их, — сказал он. — Я красил им губы. Я заплетал банты. Они были такими красивыми. Как куклы.
— Зачем вы их убивали?
— Они не должны были уходить. Они должны были остаться со мной. Навсегда.
— Вы понимаете, что вы сделали?
— Я сделал то, что хотел. Я создал свою коллекцию.
Громов закрыл глаза. Он слышал много признаний. Но это было одним из самых страшных. Перед ним сидел человек, который не понимал, что он убил детей. Он думал, что создал красоту.
Суд
Судебный процесс был закрытым. Виктора приговорили к расстрелу. Он не просил пощады. Он не раскаивался. Он только сказал:
— Я не жалею. Я создал красоту.
Прошли годы. Дом, где нашли тело Лены, снесли. На его месте построили новый. Люди, которые там живут, не знают этой истории. Им не нужно знать.
Виктор был расстрелян. Его фотографии и альбомы уничтожили. Но память о нём осталась. В архивах Следственного комитета до сих пор хранятся папки с этим делом. В них — фотографии, протоколы, показания. И та самая кукла, которую он сделал из девочки.
Иногда, когда за окном темнеет, кто-то из старожилов Горького вспоминает ту историю. И смотрит в сторону дома, где когда-то был подвал. И молчит.
