Хамелеон Радужка и затерянный цвет Добрая сказка о маленьком хамелеоне, который умел становиться любым цветом, но не знал, какой цвет его на самом деле. Он отправился в космическое путешествие, чтобы найти свой истинный цвет, и встретил там удивительных друзей, которые помогли ему понять, что настоящая красота — в умении быть разным. Идеально для спокойного сна.
«Ты не обязан быть одного цвета — твоя суть в том, чтобы менять мир вокруг себя».
В самом сердце тропического леса, где листья были такими большими, что закрывали солнце, а цветы пахли так сладко, что кружилась голова, жил маленький хамелеон по имени Радужка. Своё имя он получил за то, что мог становиться любым цветом, который видел вокруг. Он был красным, как мак, когда сидел на цветке, зелёным, как листок, когда прятался в кроне, и даже фиолетовым, как ночное небо, когда смотрел на закат.
Но у Радужки была одна большая печаль. Он не знал, какой цвет его настоящий. Он смотрел на других обитателей леса — на ярко-красную птичку тукана, на золотистую обезьянку, на полосатого тигра — и завидовал им. У каждого был свой цвет. А у него — все.
— Мама, а какой я на самом деле? — спрашивал он у старой хамелеонихи.
— Ты — Радужка, — отвечала мама. — Ты можешь быть любым цветом. Это твой дар.
— Но я хочу быть одним! — настаивал он. — Я хочу знать, кто я.
Мама вздыхала и качала головой. Она знала, что её сыну ещё предстоит это понять.
Однажды Радужка сидел на фиолетовом цветке и смотрел на звёзды. Они мерцали и переливались разными цветами — белые, голубые, жёлтые. И вдруг ему пришла в голову мысль: «А что если звёзды знают, где мой настоящий цвет?»
Он закрыл глаза и прошептал: «Звёзды, звёзды, скажите мне, какой я цвет на самом деле?» И вдруг одна звезда начала расти, приближаться к нему. Она стала такой большой, что заполнила всё небо, и её свет окутал Радужку.
— Я слышала тебя, — сказала звезда голосом, похожим на перезвон колокольчиков. — Ты хочешь найти свой настоящий цвет?
— Да! — воскликнул хамелеон. — Ты можешь мне помочь?
— Могу, — ответила звезда. — Но для этого тебе придётся отправиться со мной в путешествие. Ты готов?
Радужка кивнул, и звезда подхватила его своими лучами. В тот же миг он почувствовал, как его тело становится лёгким, как пёрышко. Он поднялся над лесом, над облаками и очутился в космосе.
Вокруг было темно, но звёзды освещали путь. Они плыли между планетами, каждая из которых была своего цвета. Красный Марс, голубой Нептун, жёлтый Юпитер. Радужка смотрел на них и думал: «Вот бы стать таким же красным, как Марс, или таким же голубым, как Нептун».
Звезда, которая несла его, прочитала его мысли и сказала:
— Не торопись, маленький. Ты увидишь ещё много цветов. Но сначала я познакомлю тебя с моими друзьями.
Первым, кого они встретили, был большой астероид с неровной поверхностью. Он был серым и шершавым. Радужка не хотел становиться серым, но астероид оказался очень дружелюбным.
— Привет, малыш! — загудел он низким голосом. — Я — Камешек. Я лечу по космосу уже миллион лет. Я видел столько цветов, что устал их считать. Но самый красивый цвет, который я видел, — это цвет дружбы. Он не красный и не синий. Он — когда кто-то улыбается тебе.
— Как выглядит цвет дружбы? — спросил Радужка.
— Он разный, — ответил Камешек. — Он может быть тёплым и мягким, как объятие. Он может быть ярким и искрящимся, как смех. Его нельзя увидеть глазами, можно только почувствовать.
Радужка задумался. Ему никогда не приходило в голову, что цвет может быть невидимым.
— Я хочу его увидеть, — сказал он.
— Тогда лети дальше, — сказал Камешек. — Там, где светятся туманности, ты найдёшь ответ.
Они попрощались с астероидом, и звезда понесла Радужку дальше. Вскоре они подлетели к огромному разноцветному облаку — это была туманность. Она переливалась розовым, фиолетовым, бирюзовым — такими цветами, которые Радужка никогда не видел на земле.
Из туманности выплыла маленькая светящаяся фея с крыльями из чистого света. Её звали Лунолика.
— Ты ищешь свой истинный цвет? — спросила она, улыбаясь.
— Да! — обрадовался Радужка. — Ты знаешь его?
— Конечно, — ответила Лунолика. — Твой цвет — это ты сам. Ты можешь менять цвета, потому что ты не ограничен одним. Ты — все цвета сразу. Ты — радуга.
— Но радуга — это не один цвет, это много, — расстроился хамелеон.
— Именно! — воскликнула Лунолика. — В этом твоя сила. Ты можешь быть любым цветом, в зависимости от того, что вокруг. Ты можешь быть таким же ярким, как цветок, или таким же тихим, как тень. Ты не должен быть одним. Ты можешь быть всем.
Радужка задумался. Ему всегда казалось, что быть одним цветом — это хорошо, а быть всеми — это плохо. Но теперь он начал понимать, что это дар.
— Но как мне узнать, кто я на самом деле? — спросил он.
— Ты узнаешь это, когда перестанешь искать, — ответила Лунолика. — Когда ты просто будешь и радоваться тому, что умеешь. А теперь лети домой, маленький. Тебя ждут твои друзья.
Звезда снова подхватила его и понесла обратно. Всю дорогу Радужка смотрел на планеты, звёзды и туманности и видел в них отражения своих цветов. Он понял, что его цвет — это не один оттенок, а вся палитра.
Когда он вернулся в тропический лес, он был уже другим. Он перестал искать свой цвет. Он просто наслаждался тем, что мог быть любым. Он краснел, когда был счастлив, синел, когда грустил, становился зелёным, когда прятался от дождя. И все зверята в лесу начали замечать, что Радужка стал ещё более удивительным, чем прежде.
— Какой же ты красивый сегодня! — говорили обезьянки.
— Ты сегодня синий, а вчера был красным! — удивлялись попугаи.
— Я — хамелеон, — улыбался Радужка. — Я могу быть любым цветом. И это здорово!
Он больше не грустил. Он понял, что его суть — не в цвете, а в том, чтобы уметь меняться и подстраиваться под мир. Он мог быть разным, и это делало его особенным.
А по ночам, когда он смотрел на звёзды, он вспоминал своё космическое путешествие и улыбался. Звёзды подмигивали ему в ответ, и их свет был таким же разноцветным, как и он сам. Радужка засыпал с мыслью, что он — это все цвета Вселенной, собранные в одном маленьком хамелеоне.
И когда он просыпался утром и смотрел в своё отражение в капельке росы, он видел там не один цвет, а миллион оттенков, переливающихся и танцующих на его чешуе. Он больше не искал ответ. Он просто был.
Конец
