Тишина на станции «Гелиос-9» была почти осязаемой. Вдали от оживлённых трасс Альянса, среди ледяных скал пояса астероидов, время будто остановилось. Техник Рэй Торн коротал смену, лениво перебирая каналы связи. Внезапно эфир ожил — сквозь привычный белый шум прорвалась чёткая, монотонная последовательность цифр.
Рэй нахмурился. Код был до боли знаком. Он быстро сверил цифры с архивом протоколов и почувствовал, как по спине пробежал холодок: это был код активации Directive 8020. Тот самый, что применили пятнадцать лет назад, чтобы уничтожить объект, найденный в этом же поясе. Сигнал шёл из точки, где пропала экспедиция, отправленная изучать обломки.
— Руководство, у меня тут странный сигнал, — доложил Рэй. — Похоже на помехи, но структура слишком чёткая.
— Торн, не трать время на призраков, — отрезал диспетчер. — Это просто эхо старых протоколов. Забудь.
Но Рэй не мог забыть. Он начал расшифровку. Чем глубже он погружался в код, тем отчётливее проступали фрагменты: обрывки разговоров, крики, шёпот. Это были воспоминания. Последние минуты экипажа пропавшей экспедиции.
Ночью начались галлюцинации. В отражении иллюминатора мелькали тени. В шуме вентиляции слышались голоса. Рэй видел их: людей в потрёпанных скафандрах, бегущих по коридорам, их лица, искажённые ужасом. Он видел странное свечение, исходящее из глубины астероида, и фигуры — нечеловеческие, бесформенные, скользящие во тьме.
Другие члены станции тоже начали замечать аномалии. Датчики фиксировали движение там, где никого не было. На мониторах мелькали помехи, складывающиеся в знакомые лица. Напряжение росло.
Сигнал усиливался. Внезапно станция получила пакет данных — полный архив экспедиции. Рэй открыл последний файл. На экране появился командир пропавшего корабля. Его лицо было серым, глаза — пустыми.
— Если вы это видите… — его голос дрожал, — мы совершили ошибку. Мы думали, что уничтожили его… но оно лишь спало.
На заднем плане за его спиной клубилась тьма, из которой проступали контуры того самого объекта.
— Мы активировали 8020 снова… но оно ответило.
Экран вспыхнул белым светом. Запись оборвалась.
Рэй понял всё. Это была не передача. Это была ловушка. Сигнал не звал на помощь — он искал новые сосуды для своей памяти, новые разумы, чтобы заполнить их эхом ужаса.
Он бросился к приёмнику, пытаясь разорвать связь. Но было поздно. Сигнал уже ушёл в общую сеть Альянса.
На всех экранах колонии, от промышленных комплексов до жилых куполов, появилось одно сообщение, набранное ровным, спокойным шрифтом:
«Мы помним вас».
