Фанфик Золушка: Обратный отсчёт — Секретная формула принца Самоходные туфельки сказка Что, если хрустальные туфельки — не магия, а взрывоопасная механика?
«Механика не терпит лжи. Если шестерёнка встала не на своё место — либо сломается всё, либо ты. То же самое с королевствами. Только в королевствах ложь живёт дольше, а чинят её не гаечным ключом, а правдой».
(Из дневника принцессы Эллы, известной как «Золушка из подземелья»)
Глава 1. Принцесса, которая не любит башмаки
Королевство Шестерёнка (настоящее название — Валь-де-Рю, но никто его так не называл после промышленной революции) лежало среди холмов, похожих на зелёные барханы. Вместо флюгеров на крышах вращались зубчатые колёса, реки крутили водяные мельницы, а главный дворец напоминал огромный часовой механизм: каждые полчаса из его башен выезжали деревянные кукушки и играли гимн.
Принцесса Элла, которую за любовь к золотарным работам прозвали Золушкой (она вечно ходила в масле и опилках), сидела в подземной мастерской под кухней. Над головой гремели тарелки — там суетились повара. А здесь, в свете карбидной лампы, рождалось чудо.
— Не шевелись, — прошептала Элла, прикручивая маленький винтик к подошве хрустальной туфельки. — Ты — самая быстрая обувь в мире. Ты должна бежать быстрее ветра. И главное — не взорваться.
Туфелька молчала. Это хороший знак.
Элла была высока, стройна, с вечно взлохмаченными русыми волосами, которые не удерживал никакой шпилька. Она носила брюки (чем шокировала фрейлин) и имела привычку грызть карандаш при расчётах. Её мачеха, баронесса Цикория, считала падчерицу позором династии.
— Ты принцесса! — ворчала баронесса. — Твоё дело — танцевать, вышивать и ждать принца. А не паять микросхемы в подвале!
— Матушка, это не микросхемы. Это гидравлический привод на основе сжатого пара, — терпеливо объясняла Элла. — Туфелька сжимает воздух под пяткой, и…
— Молчи! — баронесса хваталась за сердце. — Сегодня королевский бал. Все принцессы надевают обычные башмаки и находят женихов. А ты… ты придёшь в этих? — она ткнула пальцем в туфельки.
— Они не обычные, — гордо сказала Элла. — Они разгоняются до пятидесяти вёрст в час. И светятся в темноте.
Баронесса вышла, шепча проклятия.
Глава 2. Бал, который не задался
Королевский бал в Шестерёнке проходил раз в год — в день осеннего равноденствия. Все придворные надевали лучшие платья и… защитные очки, потому что в конце бала обычно что-то взрывалось. Традиция.
В этом году король Людовик Шестерёнчатый объявил, что на балу появится тайный гость — переодетый принц соседнего королевства Фландрия, который ищет саботажника. Дело в том, что в последние недели во дворце ломались часы, исчезали чертежи главной башни, и кто-то подсыпал песок в механизм фонтана.
— Принц притворится гостем, — шептал министр безопасности. — И выследит злоумышленника. Никто не знает его в лицо.
Элла не слушала. Она пришла на бал в своём лучшем инженерном платье — с карманами для отвёрток, светоотражающими нашивками и, конечно, в самоходных туфельках. Одна туфелька была готова на 99%, вторая — на 97% (она чуть фонила). Элла планировала просто потанцевать и уйти до полуночи, пока никто не заметил искр.
В зале играла механическая музыка — оркестр из заводных скрипок. Дамы кружились в вальсе, кавалеры путались в фалдах. И тут Элла заметила его.
Молодой человек в синем камзоле стоял у колонны и делал вид, что пьёт лимонад. Но его глаза бегали. Он рассматривал не танцующих, а потолок, стены, розетки.
— Вы тоже заметили, что люстра висит криво? — спросила Элла, подходя.
Молодой человек вздрогнул. У него были тёмные кудри, веснушки на носу и очень внимательный взгляд.
— Что? А, да. Криво. На целых три градуса, — ответил он. — Вы… инженер?
— А вы? — прищурилась Элла.
— Я… э-э-э… торговец механизмами. — Он протянул руку. — Жак.
— Элла. Очень приятно. У вас руки в масле, милый торговец. Вы чинили что-то перед балом?
Жак покраснел.
— Я… я упал. В карете. Масло. Да.
— Ах да, кареты нынче текут, — усмехнулась Элла. — Смотрите, не упадите снова.
Она хотела уйти, но Жак схватил её за руку.
— Подождите. Ваши туфельки… они странные. Они вибрируют.
— Это массажный эффект. Полезно для ног.
— Нет, — он наклонился. — Одна вибрирует сильнее. Как будто… внутри что-то тикает.
Элла побледнела. Она посмотрела на левую туфельку. Та пульсировала красным. Таймер, который она установила для отладки, был запущен. На часах — 23:58.
— Ой, — сказала Элла.
— Что значит «ой»? — спросил Жак.
— Это значит, что нам нужно выйти на улицу. Бегом.
Она схватила его за рукав и потащила к выходу. Но в дверях они столкнулись с баронессой.
— Ах, вот ты где, позорница! — закричала та. — Ты кого сюда привела? Это что, твой…
— Матушка, потом! — Элла вытолкнула Жака на террасу.
Раздался хлопок. Не сильный, но неприятный. Левая туфелька Жака (она оказалась у него на ноге — Элла перепутала туфельки, когда тянула) лопнула, как перезревший каштан. Из неё вырвалось облачко дыма и искр.
Жак вскрикнул и упал. Его нога была в порядке, но вокруг лодыжки защёлкнулся браслет — маленькое устройство с цифровым таймером.
24:00:00.
23:59:59.
— Что это?! — заорал Жак.
— Это… это аварийный замок, — прошептала Элла, опускаясь на колени. — Я его встроила на случай, если туфельку украдут. Если через 24 часа не ввести код… он взорвётся. По-настоящему.
— Ты сумасшедшая?! — он попытался снять браслет. Бесполезно.
— Я — принцесса Элла, и я… я, кажется, только что приковала бомбу к ноге тайного принца. Вы ведь принц? Тот самый переодетый саботажник?
Жак — или принц Филипп Фландрский — закрыл лицо руками.
— Я приехал ловить шпиона, а поймал идиотку с бомбой. Прекрасно.
Глава 3. 23 часа 47 минут
Элла и принц (который теперь с трудом передвигал ногу из-за браслета — устройство весило почти килограмм) спрятались в мастерской под кухней. Сверху доносились крики бала: никто не заметил взрыва, все подумали, что это часть программы.
— Разбирай, — приказал принц. — Ты же инженер.
— Я не могу, — Элла дрожала. — Браслет закалённый. Если вскрыть не тем ключом — он детонирует сразу. Нужен код. А код… я его забыла.
— Как забыла?!
— Я записала его на салфетке. А салфетку… кажется, выбросила. Или съела мышь.
Принц посмотрел на неё с таким выражением, будто хотел её съесть сам.
— Хорошо. Что мы знаем о бомбе?
— Она взорвётся через… — Элла посмотрела на таймер. — 23 часа 42 минуты. Радиус поражения — три метра. Если ты будешь сидеть неподвижно — ничего не случится. Но ходить можно. Главное — не споткнуться.
— Замечательно. И как мы найдём код?
— Нам нужно найти мою салфетку. Или… или того, кто подстроил взрыв.
— То есть себя? — желчно спросил принц.
— Нет. Я проверила механизм. Кто-то подкрутил регулятор давления. Моя туфелька была настроена на безвредный хлопок. А эта… — она показала на остатки. — Эта превратилась в бомбу. Кто-то вмешался в конструкцию.
— Шпион, которого я ищу.
— Или саботажник. Или оба. — Элла достала блокнот. — У нас 23 часа, чтобы выяснить, кто это сделал, найти код и спасти твою ногу. Поехали.
Глава 4. Шестерёнки и улики
Они начали расследование с кухни. Там Элла в последний раз видела чертежи.
Главный повар, толстый веселый дядька по имени Мишель, варил суп из крапивы (фирменное блюдо).
— Дорогая принцесса, вы что-то потеряли? — спросил он, вытирая руки о фартук.
— Салфетку с числами. Не видели?
— Ах, эта, в масле? — Мишель хлопнул себя по лбу. — Я её завернул в неё сыр. А сыр… съел.
— Кто съел?!
— Я. С сыром. А салфетка… сгорела в печи.
Принц застонал.
— Код утерян. Что дальше?
— Дальше — искать того, кто трогал мои туфельки. — Элла повела его в мастерскую.
Мастерская была завалена деталями: шестерёнки, пружины, трубки. На столе лежал журнал посещений. Элла проверила: за последние два дня в мастерскую заходили пятеро: баронесса Цикория (жаловалась на беспорядок), камергер Гриб (искал старые ложки), фрейлина Марго (хотела починить корсет), механик Клод (чинил насос) и… сама Элла.
— Исключаем меня, — сказала она. — Остаётся четверо.
— Мотив? — спросил принц, потирая ногу.
— Баронесса ненавидит меня и технику. Она могла подложить мину, чтобы я опозорилась. Камергер Гриб — он тайный агент соседнего королевства (я подозреваю, но не уверена). Фрейлина Марго — она влюблена в тебя, а ты приехал инкогнито, могла узнать и расстроиться. Механик Клод — он знает мои механизмы лучше всех.
— Отлично. Четыре подозреваемых и 22 часа. — Принц вздохнул. — Я не думал, что моя тайная миссия превратится в цирк.
— Это не цирк. Это инженерный детектив, — поправила Элла. — Пойдём, сначала допросим Клода.
Глава 5. Механик, фрейлина и ложка
Клод жил в башне с часами. Он был гений и безумец в одном флаконе: чинил всё, от консервных ножей до королевского трона. Когда Элла и принц вошли, Клод прикручивал крышку к огромному будильнику.
— А, принцесса! — улыбнулся он. — Ваши туфельки — шедевр. Особенно левая.
— Почему левая? — насторожилась Элла.
— Потому что правая взорвалась. Я слышал хлопок. Жаль.
— Это вы подстроили? — прямо спросил принц.
Клод удивился.
— Я? Зачем? Мне нравится, когда механизмы работают. А взрывы — это не работа, это халтура. — Он показал свои руки. — Посмотрите: у меня нет ожогов. А если бы я ставил взрыватель, я бы обжёг пальцы.
— Или надел перчатки, — заметила Элла.
— Или, — Клод хитро прищурился. — Это сделал тот, у кого есть доступ к лаборатории. Например, ваша мачеха. Она вчера приходила и спрашивала, где хранятся пороховые составы.
— Пороховые составы?! У меня их нет! — воскликнула Элла.
— А она думала, что есть. Я ей показал пустой шкаф. Но она могла принести свой.
Следующий подозреваемый — фрейлина Марго. Её нашли в оранжерее: она поливала кактусы и плакала.
— Я знаю, вы принц, — всхлипнула она, увидев Жака. — Я узнала вас по родинке на шее. Я вас так люблю! Но вы танцевали с этой… инженершей!
— Марго, вы трогали туфельки? — спросила Элла.
— А зачем мне ваши дурацкие туфли? Я хотела приворожить принца! Я подсыпала зелье в его лимонад. Но он его не пил. А ваши туфли… я даже не знала, что они взрываются. — Она разрыдалась.
— Зелье — это плохо, но взрыв — не ваша работа, — заключил принц. — Вы свободны. Но больше не подсыпайте.
Глава 6. Камергер и тайная дверь
Камергер Гриб оказался самым скользким типом. Он постоянно улыбался, но глаза оставались холодными.
— Ваше высочество, принцесса, — раскланялся он. — Чем обязан?
— Вы заходили в мою мастерскую позавчера. Зачем? — спросила Элла.
— Искал старые ложки для королевского обеда. Не нашёл.
— А что вы делали у стола с туфельками?
Гриб замялся.
— Просто смотрел. Они красивые. Хрусталь. Кстати, где они сейчас? Одна, говорят, взорвалась?
— Откуда вы знаете? — вмешался принц.
— Слухи. Во дворце всё известно.
— Кроме того, кто вы на самом деле, — сказала Элла и нажала на скрытый рычаг в стене.
За портретом короля открылась дверь. Внутри лежали чертежи башни, планы побега и… точная копия её туфельки.
— Ах, — только и сказал Гриб.
— Вы шпион, — констатировал принц. — Вы украли чертежи и решили взорвать меня, чтобы спровоцировать войну между королевствами. И подставили принцессу.
— Нет! — Гриб попытался убежать, но споткнулся о ковёр (ковры — главный враг шпионов). — Я не хотел взрывать принца! Я хотел взорвать туфельку, чтобы обвинить принцессу! Это был бы скандал, и король отрёкся бы, а я бы…
— А вы бы привели к власти своего ставленника, — закончил принц. — Код от браслета у вас?
— Какой код? — искренне удивился Гриб.
— Код, который я написала на салфетке, а потом вы её украли и подложили сыр повару, — Элла скрестила руки. — Давайте его сюда.
— Я не знаю никакого кода! Я украл салфетку, потому что на ней был нарисован чертёж твоего нового механизма. А числа… я подумал, это даты. И выбросил.
— Куда?! — заорали Элла и принц хором.
— В камин. Простите.
Глава 7. Последний час
На таймере оставалось 4 часа. Код сгорел. Гриба арестовали, но его показания не помогли. Элла сидела в мастерской, обхватив голову.
— Всё. Я не помню. Шесть цифр. Они у меня в голове, но я не могу их вспомнить.
Принц молчал. Он уже привык к браслету, но страх в его глазах рос.
— Элла, — сказал он тихо. — А зачем ты вообще делала эту туфельку? Я хочу понять, что ты вкладывала в код.
— Я… я хотела сделать обувь, которая позволит сбежать от всего. От церемоний, от мачехи, от скуки. Код — это дата, когда я впервые пришла в мастерскую.
— Какая дата?
— 12 августа. Три года назад.
— 1208? — предположил принц.
— Нет. 12.08. Три года — это 3. Шесть цифр: двенадцать, ноль, восемь, ноль, три? Нет, не хватает.
Элла закрыла глаза. Она представила тот день. Она упала в люк, искала свечи, нашла старый журнал. Журнал был открыт на странице… 12.08.146.
— 146! — выдохнула она. — 1208146? Или 121208? Нет. Шесть цифр: 120846? 120846!
Она набрала на браслете: 1-2-0-8-4-6.
Таймер мигнул и погас. Браслет щёлкнул и упал на пол.
Принц выдохнул.
— Ты… ты гений.
— Я дура, — сказала Элла, заливаясь слезами. — Я чуть тебя не убила.
— Но не убила. И поймала шпиона. А я… я приехал искать саботажника, а нашёл… невесту.
— Что? — Элла подняла глаза.
— У нас в королевстве закон: кто обезвредит бомбу, привязанную к члену королевской семьи, получает руку и сердце этого члена. — Принц улыбнулся. — Или я сам влюбился. Это как посмотреть.
Эпилог. Туфельки мира
Взрыва не случилось. Гриба сослали на рудники, где он, по слухам, изобрёл новую систему подземных поездов. Фрейлина Марго вышла замуж за кактус (шутка, она вышла за садовника). Механик Клод получил звание главного инженера королевства. А баронесса Цикория, узнав, что её падчерица выходит замуж за принца Фландрии, упала в обморок и после этого стала гораздо добрее — видимо, от испуга.
Элла и принц Филипп сыграли свадьбу через месяц. Танцевали они на платформе, которую Элла сконструировала сама: она двигалась в ритме вальса и светилась разными цветами. Туфельки у невесты были новые — на этот раз без взрывателей, но с функцией подогрева пяток.
— Я всё равно переделаю их в скоростные, — шептала Элла принцу на ухо.
— Только если я буду рядом, — смеялся он. — И если таймер будет показывать время до нашего ужина, а не до взрыва.
И они жили долго и счастливо, починяя механизмы и друг друга.
Конец
P.S. История учит: если вы принцесса-инженер, всегда записывайте код от бомбы в надёжное место. И никогда не оставляйте салфетки рядом с голодным поваром.
