Фанфик Сумерки: Изабелла Свон

Пролог: Другая дорога

В ту ночь, когда в Финиксе случилась авария, Белла Свон не просто ударилась головой о рулевое колесо. Она увидела нечто, что навсегда изменило её понимание мира. На секунду, между ударом и потерей сознания, она заметила фигуру — очень бледного человека в длинном пальто, который выскочил на дорогу прямо перед её машиной. Она вывернула руль, чтобы не сбить его, врезалась в столб, а когда очнулась, никого рядом не было.

Врачи сказали: «Галлюцинация из-за сотрясения». Мать подтвердила: «Тебе показалось, дорогая». Но Белла знала: она видела реального человека. Или не человека.

После больницы у неё появилась странная особенность: она перестала бояться темноты и стала замечать детали, которые раньше ускользали. Например, запахи. Она могла учуять, какой дезодорант использовал прохожий за два квартала, и отличить один сорт кофе от другого по аромату на расстоянии. Ещё она стала быстрее. Не суперскорость, но на школьных соревнованиях по бегу она вдруг начала выигрывать у мальчиков.

— Ты просто повзрослела, — сказала мать, когда Белла попыталась объяснить. — Или у тебя гормональный всплеск.

Белла замолчала. Она научилась скрывать свои странности, как девушка из маленького городка учится прятать нежелательную беременность — молча и с притворной улыбкой.

Переезд в Форкс стал для неё не побегом от проблем, а возможностью начать расследование. Финикс был слишком шумным, слишком солнечным, слишком безопасным. Форкс же, наоборот, был пропитан тайнами. Постоянные дожди скрывали небо, густые леса прятали тени, а слухи о пропавших туристах и странных происшествиях передавались шёпотом.

Белла Свон приехала в этот город не искать любовь. Она приехала искать правду.

---

Часть первая: Новый вид хищника

Глава 1. Прибытие

Дождь шёл, когда полицейский крейсер Чарли Свона свернул на подъездную дорожку к их дому — маленькому, двухэтажному, с облупившейся краской и вечно мокрым крыльцом. Белла смотрела на знакомые с детства очертания и чувствовала… ничего. Ни ностальгии, ни страха, ни радости. Только холодную, чистую решимость.

— Я покрасил твою комнату в бежевый, как ты хотела, — сказал Чарли, неловко вытаскивая её чемодан из багажника.

— Спасибо, пап.

Он был хорошим отцом. Молчаливым, неуклюжим, не умеющим говорить о чувствах, но всегда готовым прийти на помощь. Белла ценила это. Но она уже давно перестала быть девочкой, которая нуждается в защите. Она стала той, кто защищает других. Хотя Чарли об этом не знал.

В школе Форкса её встретили с обычным любопытством. Джессика Стэнли говорила без умолку, перечисляя имена учителей и одноклассников, пока они шли по коридору. Майк Ньютон смотрел на Беллу с той смесью восхищения и неуверенности, которую она научилась распознавать у мальчиков. Эрик Йорки предложил показать библиотеку.

— А кто это? — спросила Белла, когда взгляд упал на пятерых фигур, сидящих за отдельным столом в столовой.

Джессика понизила голос:

— Каллены. Доктор Каллен и его приёмные дети. Они… странные. Держатся особняком. Все поголовно красивые, но какие-то… ненастоящие.

Белла смотрела на них, и по её позвоночнику пробежал холодок. Не от страха. От узнавания.

Она видела таких раньше. В Финиксе, в ту ночь аварии. Та же неестественная бледность. Та же застывшая грация. Те же глаза — тёмные, с золотистым отливом.

«Вампиры», — подумала она, и это слово не испугало её, а, наоборот, успокоило. Наконец-то её догадки обрели форму.

Один из Калленов — тот, с бронзовыми волосами и вишнёвыми губами — поднял голову и посмотрел прямо на неё. Его ноздри расширились, будто он учуял что-то, что заставило его замереть. Выражение его лица было сложным: любопытство, смешанное с тревогой.

Белла не отвела глаз. Она смотрела ровно, спокойно, как смотрят на хищника в зоопарке: без страха, но с уважением к его силе.

Эдвард Каллен отвернулся первым. Это была маленькая победа.

Глава 2. Библиотека и легенды

Белла не ходила за Калленами. Она не пыталась с ними заговорить, не строила глазки и не задавала вопросов одноклассникам. Вместо этого она записалась в школьную библиотеку и городскую — тоже, и начала читать.

Она прочла всё, что касалось местной истории: легенды племени квилетов, рассказы о духах леса, упоминания странных смертей в окрестностях. Потом перешла к фольклору Восточной Европы, где вампиры были частью культурного кода. Потом — к медицинским журналам, описывающим редкие заболевания крови и порфирию.

Чарли заставал её за полночь с книгой в руках.

— Ты готовишься к экзаменам?

— Что-то вроде того, — отвечала Белла.

На третий день в школе к ней подошёл Майк и позвал в кино. Она вежливо отказалась. На пятый день Джессика пригласила на вечеринку. Белла сказала, что у неё мигрень. На восьмой день она заметила, что за ней следят.

Не Эдвард Каллен, а другой — высокий, светловолосый, с хищным взглядом и странной манерой двигаться. Он не учился в их школе. Она увидела его на парковке, когда садилась в свой старый пикап. Он стоял под деревом, абсолютно неподвижный, и смотрел на неё, как на добычу.

Белла не запаниковала. Она медленно завела двигатель, выехала на дорогу и через три поворота сбросила хвост. Её новые рефлексы помогли ей понять, когда он отстал.

В ту ночь она не спала. Она сидела у окна, сжимая в руке деревянный кол, который вырезала из старой швабры, и ждала. Но никто не пришёл.

Утром в школе Эдвард Каллен выглядел так, будто его пытали. Под глазами залегли тени, которых у вампиров не должно быть по определению. Он сидел за своим столом, сжав кулаки, и не поднимал головы.

— Странный он, — сказала Джессика.

— Очень, — согласилась Белла.

Но почему-то ей стало его жалко.

Глава 3. Джейкоб и правда

В пятницу она поехала в резервацию к Билли Блэку, старому другу Чарли. Там она нашла Джейкоба — долговязого парня лет шестнадцати с добрыми глазами и руками, которые всегда были в масле.

— Ты что-то знаешь, — сказала она прямо, когда они уселись на заднем дворе, где старый «Форд» ждал своего часа.

— О чём? — Джейкоб сделал вид, что не понимает.

— О Калленах. И о том, что водится в лесах Форкса после заката.

Джейкоб помолчал, постукивая гаечным ключом по ладони.

— Дед рассказывал, — сказал он наконец. — Старые легенды. О холодных, бледных, которые приходят с севера. О тех, кто пьёт кровь. Мы называем их… не знаю, как перевести. «Те, кто не греет».

— Вампиры, — сказала Белла.

— Если тебе так удобно. — Он посмотрел на неё с новым интересом. — Ты не боишься?

— А должна?

— Большинство людей боится.

— Я не большинство.

Джейкоб усмехнулся.

— Это точно. Твоя мать говорила, что ты всегда была странной. Когда мы были детьми, ты ловила змей голыми руками.

— Змеи боятся больше тебя, чем ты их, — отмахнулась Белла. — Рассказывай дальше.

Он рассказал. О кровососах, которые не стареют, не болеют и живут веками. О тех, кто охотится на людей, и о тех, кто, как Каллены, выбрали другую диету — животных. Он рассказал о войне между племенем и «холодными» много лет назад, о договоре, по которому вампиры не охотились на землях квилетов.

— А тот, светловолосый, которого я видела на парковке, — он не из семьи Калленов, — сказала Белла.

Джейкоб побледнел (насколько вообще может побледнеть парень с медно-красной кожей).

— Ты его видела? Он стоял и смотрел на тебя?

— Да.

— Белла, это очень плохо. Это означает, что в городе появился чужой. Те, кто не соблюдает договор. Охотники.

Она уехала от Джейкоба с чувством, что картина мира наконец сложилась. Теперь нужно было решать, что с этим делать.

Глава 4. Первый контакт

Она не ждала, что Эдвард Каллен заговорит с ней. Тем более — в библиотеке, при свидетелях. Но он подошёл к её столу, когда она читала книгу о румынском фольклоре, и спросил:

— Это для учёбы или для удовольствия?

Голос у него был как виолончель — низкий, тягучий, с лёгкой хрипотцой.

— И то и другое, — ответила Белла, не поднимая глаз.

— Вы новенькая. Изабелла Свон.

— Белла.

— Белла, — повторил он, будто пробуя имя на вкус. — Вы знаете, что эта книга — собрание мифов? Большая часть описаний — выдумка. Особенно про чеснок и осиновые колья.

Она наконец подняла голову. Вблизи его лицо было ещё более пугающе-красивым. Скулы, подбородок, линия бровей — всё будто вырезано из мрамора. Но в золотистых глазах плескалось что-то очень человеческое. Усталость.

— А что насчёт солнечного света? — спросила Белла.

Он застыл.

— Что?

— Легенды говорят, что солнечный свет убивает вампиров. Или заставляет их светиться? Я так и не поняла. В разных источниках по-разному.

Эдвард наклонился к ней, и Белла почувствовала холод, исходящий от его кожи. Запах — как грозовая туча и старая бумага.

— Вы очень любопытны, Изабелла, — сказал он тихо. — Это качество часто приводит к неприятностям.

— А вы очень скрытны, Эдвард, — парировала она. — Это качество часто приводит к подозрениям.

Он отшатнулся, будто она ударила его. В его глазах мелькнуло удивление, а затем что-то похожее на восхищение.

— Вы меня боитесь? — спросил он.

— Нет.

— Почему?

— Потому что если бы вы хотели меня убить, вы бы сделали это в первую же секунду, как я вошла в эту библиотеку.

Эдвард несколько секунд смотрел на неё, а потом — впервые за много лет, наверное — искренне улыбнулся.

— Вы удивительная, — сказал он. — Но пожалуйста, будьте осторожны. В этом городе есть вещи, о которых вы не знаете. И некоторые из них очень опасны.

Он развернулся и вышел. Белла осталась сидеть, сжимая в руках книгу, и думала, что только что разговаривала с вампиром и осталась жива. Это был прогресс.

---

Часть вторая: Охотник и жертва

Глава 5. Тот, кто не договаривал

Джеймс появился снова через неделю. Белла ехала домой по лесной дороге, когда на дорогу выбежал олень. Она ударила по тормозам, машина заскользила по мокрой листве, и в этот момент она увидела его — фигуру, стоящую на обочине. Тот же светловолосый мужчина, только теперь он улыбался.

— Привет, маленькая, — сказал он. Голос был как скрежет металла. — Ты пахнешь так вкусно, что у меня текут слюнки.

Белла не стала ждать. Она выжала газ, развернула машину на сто восемьдесят градусов — трюк, который отточила на пустой парковке супермаркета — и помчалась обратно в город. В зеркале заднего вида она видела, как он бежит за ней. Быстро. Быстрее, чем любой человек. Но машина была быстрее.

Она влетела на парковку полицейского участка, выскочила из кабины и побежала внутрь.

— Папа! — крикнула она, задыхаясь. — За мной гнался мужчина!

Чарли поднял тревогу. Они прочёсывали лес несколько часов, но не нашли ни следов, ни отпечатков. Только странный запах — гнилой крови и плесени.

Они решили, что Белла стала жертвой галлюцинаций. Но она знала правду.

В ту ночь, вернувшись домой, она заколотила окна и двери, разложила на подоконниках ветки дикого розмарина (который, по легендам, отпугивает вампиров) и зарядила отцовский дробовик серебряными пулями, которые выплавлила из старых монет.

Она не спала три ночи. На четвёртую пришёл не Джеймс, а Эдвард.

Он просочился в её комнату через окно — бесшумно, как дым. Белла мгновенно проснулась, схватила дробовик и наставила ему в грудь.

— Ты, — сказала она холодно. — Ты его привёл?

Он поднял руки.

— Нет. Я пришёл предупредить. Тот вампир — охотник. Джеймс. Выслеживает людей для забавы. Ты ему понравилась, потому что твоя кровь необычная. Она для нас как… наркотик.

— Я знаю, — сказала Белла, опуская ружьё. — Я чувствую, когда вы рядом. У меня нюх обострился после аварии.

Эдвард посмотрел на неё с новым уважением.

— Ты не просто любопытная, — произнёс он. — Ты приспособилась. Ты — эволюционное чудо.

— Или просто везучая, — пожала плечами Белла. — Так что ты предлагаешь? Спрятаться?

— Уехать на время. Наша семья может защитить тебя.

— Ваша семья, — перебила она. — Клан вампиров-вегетарианцев, которые пьют кровь животных и притворяются врачами? Доктор Карлайл — хороший человек, я не спорю. Но я не хочу быть чьим-то грузом.

— Это не груз. Это… необходимость. — Эдвард сделал шаг вперёд. — Ты не представляешь, насколько Джеймс опасен. Он убивал охотников, вампиров, целые семьи. Для него охота — искусство.

— А для меня — выживание, — ответила Белла. — Я не собираюсь прятаться. Я собираюсь встретить его на своей территории.

Она рассказала Эдварду свой план. Он выслушал, и на его бледном лице проступило выражение, которое она не смогла прочитать — смесь ужаса и восхищения.

— Ты безумна, — сказал он.

— Возможно. Но это мой выбор.

Глава 6. Западня

Белла выбрала место — заброшенный лесоповал в пяти милях от города. Старые ржавые контейнеры, подъёмные краны, покрытые лишайником, и тишина, которая давила на уши. Идеальное место для засады.

Она приехала туда на рассвете, когда вампиры наиболее уязвимы (по крайней мере, так утверждали легенды). У неё были с собой: дробовик с серебряными пулями, бутылки с «коктейлем Молотова» (огонь, как известно, эффективен против многих сверхъестественных тварей), и электрошокер, переделанный для высокого напряжения.

Джеймс не заставил себя ждать. Он появился из леса, неторопливо, с ленивой грацией хищника, который уверен в своей победе.

— Маленькая девочка играет в солдатиков, — усмехнулся он, оглядывая контейнеры. — Мило.

— А старый вампир играет в кошки-мышки, — ответила Белла, стоя на крыше одного из контейнеров. — Только мышь сегодня — это ты.

Джеймс рассмеялся — резко, каркающе.

— Чем ты меня убьёшь? Серебром? Это причиняет боль, но не убивает. Огнём? Я быстрее тени. У тебя нет шансов.

— У меня есть кое-что другое, — сказала Белла. Она достала из-за спины старый армейский гранатомёт, который нашла в гараже у Чарли (отцовские запасы времен службы в армии). — Например, разрывной заряд с термитом.

Глаза Джеймса расширились. Он бросился в сторону, но Белла не стреляла в него. Она выстрелила в цистерну с бензином, стоявшую в ста метрах. Взрыв был оглушительным. Волна огня накрыла лесоповал, и Джеймс, даже будучи сверхбыстрым, не смог избежать ожогов третьей степени. Он закричал — нечеловеческим, леденящим кровь криком.

Из леса выскочили Каллены. Эдвард, Эмметт, Джаспер. Они набросились на ослабленного, горящего Джеймса и разорвали его на части с жестокостью, которую Белла никогда не видела.

Когда всё кончилось, Эдвард подошёл к ней. Его лицо было в саже и крови.

— Ты могла погибнуть, — сказал он.

— Но не погибла, — ответила Белла, спрыгивая с контейнера. — Я сказала тебе: я не жертва.

Доктор Карлайл Каллен, который ждал в машине скорой помощи (на случай, если кто-то пострадает), вышел и молча пожал Белле руку. В его золотистых глазах было нечто новое: признание равной.

— Вы очень смелая девушка, — сказал он.

— Я просто не умею бегать, — усмехнулась Белла. — Поэтому пришлось учиться драться.

---

Часть третья: Равновесие

Глава 7. Новый договор

После гибели Джеймса жизнь в Форксе вошла в странное русло. Белла больше не скрывала, что знает о Калленах. Они, в свою очередь, перестали притворяться перед ней. Между ними установилось негласное перемирие, а затем — нечто похожее на дружбу.

Элис Каллен, обладающая даром видеть будущее, часто наведывалась к Белле, чтобы обсудить стратегию защиты города от возможных вторжений других вампиров. Роуз относилась к ней с холодным презрением («она слишком много о себе возомнила»), но после того, как Белла спасла Эмметта от ловушки, установленной браконьерами, сменила гнев на милость.

Эдвард стал её постоянным спутником. Не любовником — он сам чётко обозначил границы: «Ты человек, я — чудовище. Между нами не может быть ничего, кроме уважения». Но они часами гуляли по лесу, говорили о книгах, философии и о природе добра и зла.

Однажды Карлайл пригласил Беллу в свой кабинет.

— Изабелла, — начал он, — я хочу предложить вам работу.

— Какую?

— Помощника в моей практике. Не в больнице — в полевых условиях. Вы знаете о нас почти всё. Вы не боитесь. Вы умеете обращаться с оружием. Мне нужен человек, который сможет эвакуировать раненных в ситуациях, когда я сам не могу выйти на свет.

— Вы предлагаете мне стать напарником вампира? — уточнила Белла.

— Я предлагаю вам стать связующим звеном. Между людьми и теми, кто их защищает. Форкс — не единственное место, где есть такие, как мы. По всему миру существуют вампиры, которые помогают людям. Но у них нет голоса в человеческом мире. Вы могли бы стать этим голосом.

Белла подумала о Чарли, о Джейкобе, о своей матери в Финиксе. Она подумала о том, сколько ещё Изабелл Свон могут оказаться в опасности, не понимая, с чем имеют дело.

— Я согласна, — сказала она.

Глава 8. Год спустя

Она не стала вампиром. Не захотела. Ей нравилось быть человеком — с его ограничениями, его уязвимостью и его короткой, но яркой жизнью. Но она стала лучше, сильнее, быстрее. Она тренировалась с Джаспером, бывшим солдатом вампирских войн, изучала боевые искусства и тактику.

К восемнадцати годам Белла Свон была известна в узких кругах как «Серебряный улей» — человек, который может договориться с вампирами, оборотнями и людьми одновременно. Чарли так и не узнал правды — он думал, что дочь работает санитаркой в ночную смену.

Джейкоб Блэк, выросший и превратившийся в оборотня (проклятие или дар — решать ему), стал её лучшим другом. Они охраняли границы Форкса вместе: он — в волчьей шкуре, она — с серебряными патронами.

Вампиры Каллены уважали её. Армия Вольтури, узнав о существовании человека, который знает их тайну и не пытается их уничтожить, прислала ей золотой перстень — знак свободного прохода. Аро, их лидер, сказал: «Такие, как ты, — редкость, Изабелла. Береги себя».

Эпилог: Та, кто выбрала свет

В последний день лета, перед отъездом в колледж (она решила изучать медицину — вдохновлённая примером Карлайла), Белла стояла на обрыве, откуда открывался вид на океан. Дождь моросил, как всегда, но где-то далеко на горизонте проглядывал луч солнца.

Эдвард подошёл бесшумно, но она его услышала.

— Ты уезжаешь, — сказал он.

— Ненадолго. Я вернусь. Форкс — мой дом.

— Ты когда-нибудь задумывалась о том, чтобы… — он замолчал.

— Стать как вы? — Белла покачала головой. — Нет. Я хочу стареть, морщиться, чувствовать вкус кофе по утрам и боль в спине после тяжёлого дня. Я хочу умереть, зная, что прожила полную жизнь.

— А любовь? — спросил он тихо. — У тебя никогда не будет мужа, детей, если ты продолжишь эту войну.

— У меня уже есть любовь, — ответила Белла. — Любовь к этому городу. К людям, которые его населяют. К вам. Ко всем. Это не романтика из книг, но это настоящее.

Эдвард ничего не сказал. Он только взял её холодную руку в свою — ещё более холодную — и они вместе смотрели на океан.

Белла Свон не была героиней, которая спасла мир. Она не была вампиром, не была оборотнем, не была избранной. Она была просто девушкой, которая однажды попала в аварию и обрела способность видеть то, чего не видят другие. И она использовала этот дар не для того, чтобы бояться, а для того, чтобы защищать.

И, может быть, в этом и заключается настоящая сила. Не в клыках, не в когтях, не в бессмертии. А в выборе — каждый день выбирать свет, даже когда вокруг сплошная тьма.

---

Через двадцать лет на надгробии Изабеллы Свон, которая умерла во сне в возрасте тридцати восьми лет (рак, быстротечный и неумолимый), было выбито всего несколько слов:

«Она видела монстров и всё равно улыбалась».

Вампиры не приходят на кладбища. Но в ту ночь, когда её похоронили, на холме за оградой стояли шестеро бледных фигур. Доктор Карлайл Каллен положил на свежую могилу ветку вечнозелёного папоротника и прошептал:

— Спи спокойно, охотница. Спасибо за то, что научила нас быть людьми.

А где-то в лесу выл волк. И в этом вое слышалась не только скорбь, но и обещание. Что пока есть такие, как Белла Свон — несломленные, неослеплённые, не боящиеся — мир будет в безопасности.

Даже если сам мир об этом не знает.

Конец.