Фанфик по мотивам ролевой игры Cyberpunk 2077, посвященный Горо Такэмуре — самураю без клана
Название: «Логово лисы»
Пейринг: Горо Такэмура / Ви (глубокая эмоциональная, психологическая связь, пре-слэш / гет на ваш вкус)
Тэги: Драма, экшен, нуар, исследование характера, раскрытие тайны, предательство, романтика, Арасака, отработка долга
Пролог: Грязь и сталь
Когда-то Горо Такэмура был человеческим оружием. Его тело, укрепленное лучшей кибернетикой Арасаки, могло выдержать попадание из дробовика. Его разум, отточенный десятилетиями службы, просчитывал любую угрозу за секунды до её появления. Его долг был ясен, как клинок катаны: жизнь Сабуро Арасаки — превыше всего.
Сейчас он лежал лицом вниз на холодном бетоне, дыша не воздухом, а собственной кровью, которая заливала кибернетические импланты челюсти. Каждая соринка, каждая песчинка заброшенного склада, казалось, въедалась в открытые раны.
Пахло гнилью, дешевым синтетическим маслом и приближающейся смертью.
Его предали. Не враги, не конкуренты. Свои. Армия, которой он посвятил жизнь, объявила его вне закона. Его ученик, Сандаю Ода, которого он сам превратил в киберниндзя, едва не отправил его на тот свет. Выжил он чудом — выпрыгнул в окно, перекатился на крыше встречной машины, упал, сломал три ребра, но побежал.
Дальше была канализация. Сначала по колено в ледяной черной воде, среди крыс и скользких отходов. Он отключил болевые датчики — единственное, что мог сделать, чтобы не закричать. Шея не двигалась, эндоскелет не слушался. Он чувствовал себя не солдатом, а сломанной марионеткой, у которой оборвали все нити.
А потом была свалка за чертой города. Груды ржавого металла, органические отходы, синтетические внутренности, выпотрошенные из дронов. Он забился в угол, между старым холодильником и кучей списанных биопроцессоров, и просто…
Ждал.
Не сдался. Он не умел сдаваться. Тело отказывало, но разум всё ещё работал. Сабуро-сама мёртв. Убит собственным сыном. А Такэмура ничего не смог сделать. Он провалил единственную миссию, которая имела значение. Теперь весь мир Арасаки, весь его мир, превратился в пепел.
«Я позор», — подумал он, глядя в грязное небо Найт-Сити, где даже звёзды были фальшивыми — реклама аэрокосмических корпораций мешалась с настоящим светом.
Он закрыл глаза. Холод пробирал до костей.
И вдруг услышал шаги.
Глава 1: Свидетель
Такэмура не спал. Наёмник, которого он выследил до этой свалки — долговязый, нелепый, с торчащей из виска нейросетью — ворочался неподалеку, издавая странные хриплые звуки. Чип Реликвии искал его нейроны, перестраивал личность.
Вокруг было тихо. Слишком тихо. Даже свалочные крысы притихли, чувствуя запах пороха и новой крови.
А потом он появился.
Декстер ДеШон. Фиксер. Жирное тело, обтянутое дорогим костюмом, в этом месте смотрелось как порнозвезда на похоронах: неуместно и вызывающе. За ним шли два амбала с импульсными винтовками. Такэмура насчитал четверых, включая самого ДеШона.
Руки у него не работали. Он даже пошевелиться не мог, чтобы активировать остаточную боевую программу. Всё, что ему оставалось — наблюдать.
ДеШон подошёл к наёмнику. Тот, тот самый V, что был в номере Йоринобу, оказался жив, хотя ДеШон только что выстрелил ему в голову. Реликвия делала своё дело, перезагружая повреждённые участки мозга.
— Ты должен был умереть, — сказал ДеШон, и в его голосе не было ни капли сожаления. — Похоже, вышла промашка.
Такэмура скользнул взглядом по тележке, что стояла рядом с ним. Набор инструментов. Тяжелая монтировка. Он не мог взять её рукой — кости были раздроблены. Но мог… иначе. Кибернетические сухожилия в пальцах всё ещё работали — не для хвата, но для одной единственной команды. Он заставил их сократиться, зацепившись за край тележки, и подтянулся вперёд на несколько сантиметров.
Этого хватило.
— Эй, ты, — один из амбалов повернулся, заметив движение.
Такэмура не стал ждать. Он дернул тележку на себя, опрокинул, использовал её как щит. Инструменты разлетелись в стороны, но одна монтировка упала точно ему в руку — мёртвую хватку он ещё мог имитировать.
— Кто этот парень? — спросил второй амбал, наводя оружие.
— Неважно, — отрезал ДеШон. — Мочите обоих.
Прогремел выстрел. Такэмура метнулся — не вперёд, как они ожидали, а вбок, используя груды металла как прикрытие. Монтировка в его руке была не просто инструментом. Это был клинок. А он был самураем без меча.
Первый наёмник промахнулся, импульсный заряд проплавил ржавую бочку за спиной Такэмуры. Второй попытался зайти с фланга, но Такэмура уже просчитал его траекторию. Бросок — и монтировка вошла точно в шею, туда, где броня заканчивалась, а мягкие ткани оставались уязвимыми.
Человек рухнул, захлебываясь кровью.
— Ох, ты ж… — ДеШон попятился, но путь назад был отрезан.
Такэмура выдернул монтировку. Тяжело дыша, опираясь о груду металлолома, он сделал шаг вперёд. Глаза его горели — не золотом магии, а холодным, смертельным огнём человека, которому нечего терять.
— Ты не знаешь, во что ввязался, — пробормотал ДеШон, нашаривая за поясом пистолет.
— Ты застрелил единственного свидетеля убийства, — прохрипел Такэмура. — А потом пришёл добить его на свалке. Ты думал, я не узнаю? Я отследил тебя через каналы Арасаки.
— Арасаки… — ДеШон побледнел. — Ты из…
— Я — тот, кто оставит тебя здесь гнить, — закончил Такэмура.
Выстрел прогремел первым. Пуля вошла в плечо ДеШона, разворотив плоть. Он выронил оружие, упал на колени, заверещал как раненый зверь. Такэмура подошёл вплотную.
— Сабуро-сама мёртв, — сказал он, глядя в глаза фиксеру, который больше не мог скрывать страх. — Твоя вина здесь не главная. Но ты — мусор, которым я уберу эту свалку.
Он выстрелил ещё раз. В голову. Быстро, профессионально, почти без эмоций.
А потом повернулся к телу V. Наёмник не дышал. Такэмура опустился на колени, проверил пульс — слабый, но есть. Реликвия всё ещё работала, заменяя умирающие клетки живыми воспоминаниями Джонни Сильверхенда.
— Что же ты такое, — прошептал Такэмура, глядя на бледное лицо V. — Игрушка богов или просто везучий дурак?
Он взвалил безвольное тело на плечи и потащил к ближайшей капсуле консультации — единственному месту, где можно было связаться с кем-то, кто ещё не предал его полностью. Ханако Арасака. Младшая дочь Сабуро-сама. Единственная, у кого был мотив видеть правду о смерти отца.
Глава 2: Недоверие и грязные руки
V открыл глаза не в больничной палате, а в дешёвой квартире, которую Такэмура снял на подставное лицо в районе Джапонтауна. Пахло сыростью, жареным тофу и перегретой электроникой. За пластиковыми жалюзи мигали неоновые вывески, окрашивая комнату в кислотно-розовый и лиловый.
— Где я? — голос V был хриплым, болезненным.
— Там, где тебя не найдут псы Арасаки, — Такэмура сидел у окна на пластиковом стуле, держа на коленях старый ноутбук. — Пока.
— Зачем ты меня спас? — V попытался привстать, но рука, сжимающая грудь в районе сердца, остановила его. — Ты же хотел меня убить.
— Я хотел найти убийцу Сабуро-сама, — спокойно ответил Такэмура. — Декстер мёртв. Ты — единственное звено к правде. Пока ты жив, есть надежда доказать, что Йоринобу убил своего отца.
— И потом ты меня убьёшь?
Такэмура посмотрел на V долгим, тяжёлым взглядом.
— Есть старая поговорка, — сказал он. — Убить — просто. Выбрать — трудно. Я ещё не сделал свой выбор.
Первые дни были похожи на перетягивание каната.
Такэмура пытался контролировать всё: безопасность, связь с Ханако, маршруты передвижения. V, привыкший к свободе и импровизации, постоянно нарушал правила, импровизировал, рисковал. Они ссорились по десять раз на дню.
— Ты не понимаешь, — рычал Такэмура, когда V предложил взломать терминал в Арасака Индастриал Парк напрямую. — Сеть Арасаки — это лабиринт. Каждый шаг оставляет след.
— А ты не понимаешь, — парировал V, — что у нас нет времени на твои многоходовые комбинации. Реликвия убивает меня. Каждый день. Каждый час. Я могу не дожить до твоего идеального плана.
Такэмура замолчал, и в его глазах V впервые увидел не холодную сталь, а что-то другое. Понимание.
— Я знаю, что ты умираешь, — тихо сказал он. — Я видел достаточно мёртвых тел, чтобы распознать агонию.
— И это тебя не останавливает.
— Ничто не должно останавливать. Пока есть цель.
Такэмура врал. Или, может быть, врал себе.
Каждую ночь он сидел у разбитого окна, глядя на огни Найт-Сити, и думал о том, во что превратилась его жизнь. Человек чести. Самурай. А теперь он прятался в норе, помогал вору с умирающим мозгом и строил заговоры против своего собственного клана.
«Ты позор, — шептал внутренний голос. — Ты предал Арасаку. Ты предал Ханако-сама, когда убил солдат корпорации. Ты — ронин. Бездомный пёс».
Но другой голос — новый, чужой — возражал. Этот голос пах полынью и озоном. Этот голос звучал на плохом японском, когда V пытался шутить, чтобы снять напряжение, и делал это так нелепо, что Такэмура почти улыбался.
— Ты не пёс, — сказал однажды V, когда они сидели на крыше, ужиная дешёвым рамёном. — Ты волк. Стая предала тебя, но ты ещё можешь найти новую.
— Арасака — не стая, — возразил Такэмура. — Арасака — семья.
— Семья, которая оставила тебя умирать на свалке, — жестко ответил V. — Это не семья. Это клетка. И ты наконец-то вырвался на свободу. Даже если сам этого ещё не понял.
Глава 3: Ночь, которую нельзя забыть
Операция в Арасака Индастриал Парк прошла почти идеально. Почти.
V установил имплант на парадный флот Ханако, обеспечив цифровую связь с Такэмурой, в то время как охрана корпорации металась в поисках вторжения. Но на выходе их ждала засада.
— Беги, — крикнул Такэмура, когда рой летающих дронов начал поливать площадку огнём. — Я задержу их.
— Нет, — V схватил его за рукав. — Мы уходим вместе.
— Это приказ!
— Ты мне не командир!
Такэмура никогда не видел, чтобы гражданский так рисковал. V бросился прямо под огонь, прикрывая его спину своей, разряжая в дроны последние патроны. Это было безумно. Это было самоубийственно. И это…
Это напомнило Такэмуре о том, кем он был до того, как его вышколила Арасака. Мальчишкой из трущоб Тибы-11, который дерется за жизнь на грязной улице, потому что у него больше ничего нет.
«Ничего, кроме другого».
Они выбрались через подземный коллектор, промокшие до нитки, грязные, с мокнущими ранами. V остановился первым, прислонился к стене и сполз на корточки.
— Всё, — выдохнул он. — Дальше не могу. Реликвия…
Такэмура опустился рядом. Грубые, покрытые ссадинами пальцы нащупали пульс на шее V. Слишком быстрый. Слишком слабый.
— Дыши, — приказал он. — Дыши, кусо-яро. Я не для того тебя тащил из могилы, чтобы ты сдох здесь в грязи.
— Красивое прощание, — усмехнулся V сквозь кашель. — Запиши на плёнку.
— Молчи.
Такэмура не умел быть нежным. Он не умел утешать. Его учили убивать, защищать, выживать. Но в эту секунду, глядя на бледное лицо V, он вдруг осознал, что готов отдать всё — каждый имплант, каждую каплю крови — чтобы этот человек не угас у него на руках.
Он бережно взял голову V, приподнял, заставляя смотреть в глаза.
— Ты меня слышишь?
— Да.
— Ты нужен мне. Живым. Понял? Ты нужен.
Не «ты нужен для миссии». Не «ты нужен для Ханако». Просто «ты нужен».
V улыбнулся — криво, по-детски, так, как никто никогда не улыбался Такэмуре.
— Ты тоже мне нужен, Горо. Даже если ты старый ворчливый перфекционист, который не может отличить нормальный кофе от растворимого.
Глава 4: Предательство в башне
Они проникли в Башню Арасаки. Вместе.
Ханако выполнила обещание — провела их через чёрные ходы, отключила системы слежения, дала доступ к ядру Микосимы. V должен был войти в систему, извлечь данные о Реликвии, получить шанс на жизнь.
Но когда дело дошло до финала, Такэмура понял: его использовали. Не Ханако, нет. Сама Арасака. Вся их корпоративная машина, которая перемалывает людей в пыль, не задавая вопросов.
— Я должен войти, — сказал V, глядя на открытый портал системы.
— Если ты войдёшь, — возразил Такэмура, — ты можешь не вернуться. Твоё тело останется здесь. А твой разум… кто знает, куда его забросит.
— Это мой единственный шанс.
— Нет, — Такэмура шагнул вперёд, заслоняя портал своим телом. — Не единственный. Мы можем найти другой путь. Уйти сейчас. Разобраться с Реликвией сами.
— Горо, — голос V звучал устало и мягко, как у человека, который смирился с неизбежным. — У меня нет времени. Ты знаешь это лучше всех. Если я не сделаю это сейчас…
— Если ты сделаешь это сейчас, — перебил Такэмура, — ты можешь потерять себя. А я… я не хочу потерять тебя.
В наступившей тишине было слышно только гудение серверов и далёкий бой где-то внизу — верные Арасаке солдаты продолжали сражаться, не зная, что исход уже предрешен.
Такэмура чувствовал, как стальные тиски внутреннего конфликта сжимают его грудную клетку. Честь требовала закончить миссию. Преданность Сабуро-сама — найти правду, любой ценой. Но каждое слово V разбивало эту броню, открывая то, о чем он никогда никому не рассказывал: его детство в трущобах Тибы-11, его желание просто быть человеком, а не оружием.
— Горо, — позвал V, и его голос дрогнул. — Я бы хотел, чтобы мы встретились в другой жизни.
— Не говори так, — рявкнул Такэмура, не глядя. — Не говори, как перед смертью.
— А это?
— Это — жизнь. Твоя жизнь. И я не отпущу тебя в неё одного.
Он развернулся и, не обращая внимания на протесты V, шагнул к серверной консоли.
— Что ты делаешь?!
— Работаю, — бросил Такэмура, быстро печатая команды на клавиатуре. — Я не могу войти в Микосиму вместо тебя, но я могу купить тебе время.
Он активировал протокол экстренного отключения системы — пиратский код, который сам же и нашёл в архивах Арасаки на случай предательства. Аварийные сирены завыли по всей башне, заливая помещение кроваво-красным светом.
— У тебя есть двадцать минут, — сказал Такэмура. — Потом система перезагрузится и сотрёт всё, что не сохранила. Я посторожу твоё тело.
— А если они прорвутся?
— Тогда мы умрём вместе, — просто ответил Такэмура. — Но сначала я перестреляю всех, кто посмеет войти сюда.
Глава 5: Правая рука и новое начало
Двадцать минут превратились в час.
Такэмура держал входную дверь один. Он не считал убитых. Не думал о тех, кто были его братьями по оружию ещё вчера. Он просто стрелял. Перезаряжался. Стрелял снова. Каждый выстрел был не местью, не яростью. Каждый выстрел был обещанием.
«Я обещал тебе время. Я обещал тебе шанс. Я не нарушу слово».
Когда V вышел из системы, Такэмура уже не мог стоять. Он сидел, прислонившись спиной к консоли, в одной руке — последняя граната, в другой — пустой пистолет. Из плеча сочилась кровь, смешанная с синтетической смазкой из разбитых имплантов. Но глаза оставались холодными и собранными.
— Живой, — сказал он. Это был не вопрос, а утверждение.
— Живой, — подтвердил V, хватая его за плечо. — Пошли отсюда.
— Дальше… сам, — Такэмура попытался оттолкнуть руку V, но сил не хватило. — Я уже не нужен. Правда в наших руках, Йоринобу падёт… Ханако-сама добьёт начатое. Моя миссия закончена.
— Нет, — V рывком поставил его на ноги, игнорируя боль в собственном теле. — Твоя миссия закончена. А твоя жизнь — нет. Ты теперь свободен, Горо. Ты можешь выбрать, кем быть. И если ты выберешь — остаться, я не брошу тебя здесь умирать.
Такэмура посмотрел на V, и в его взгляде впервые не было ни стали, ни обязанностей, ни долга.
Была только усталость.
— Глупый наёмник, — прошептал он. — Ты что, не боишься меня?
— Боюсь. Но я ещё больше боюсь, что ты исчезнешь в неизвестность, а я так и не скажу тебе…
V замолчал, не договорив.
— Что? — Такэмура поднял бровь.
— Спасибо.
Они выбрались из Башни Арасаки за минуту до того, как здание оцепили спецотряды корпорации. На улице их ждал угнанный V аэродин, за руль которого он втиснулся сам, едва контролируя дрожащие пальцы.
Такэмура отключился ещё до взлёта.
Эпилог: Новый дом
Он очнулся в палате закрытого медицинского центра на границе Найт-Сити и пустошей. Рядом, в кресле, свернувшись калачиком, спал V, сжимая на поясе пистолет — готовый проснуться в любой момент.
Такэмура долго смотрел на него, на свет от мониторов, скользящий по бледному лицу, на тени под глазами, на спутанные волосы.
«Новая стая», — подумал он.
Осторожно, чтобы не разбудить, он коснулся руки V. Пальцы сомкнулись, грубые и шершавые от подсохшей крови.
— Я выбрал, — прошептал он так тихо, что услышал только сам себя. — Я живу дальше.
V пошевелился, не открывая глаз, и сжал его руку в ответ.
— Молодец, — пробормотал он спросонья. — А теперь поспи, старик. Завтра у нас много дел.
Такэмура усмехнулся. Впервые за много лет. И закрыл глаза.
На рассвете за окнами палаты загорелся Найт-Сити — город, который он ненавидел, город, который его предал, город, подаривший ему последний шанс.
«Сабуро-сама, — подумал Такэмура, глядя на первые лучи солнца, пробившиеся сквозь смог. — Я нашёл свою новую цель. И я буду её защищать до последнего».
Рядом заворочался V, выругался сквозь сон на каком-то смешанном наречии, а потом просто… уткнулся лбом в его плечо.
И Горо Такэмура, бывший личный телохранитель императора Арасаки, позволил себе то, чего не позволял никогда:
Он просто был рядом.
Он просто жил.
Конец.
