Фанфик Барби и Мастерская Неуклюжих Чудес

Фанфик Барби и Мастерская Неуклюжих Чудес — как сёстры Блики и Сломка изобрели клей-антигравитон, построили робота-чечётку и доказали, что ошибки — это суперсила / читать онлайн полную версию

Глава первая, в которой Барби попадает под дождь из зонтиков

Барби шла по городу, разглядывая витрины. Город назывался Идеаленск — здесь всё было ровным, прямым и работало как часы. Автобусы приезжали минута в минуту. Фонари загорались ровно в семь вечера. Даже птицы летали строем. Барби любила порядок, но сегодня ей стало немного скучно.

— Куда бы завернуть? — спросила она саму себя.

И тут с неба упал зонтик. Не просто упал, а пролетел мимо неё, зацепился за фонарь, чихнул искрами и раскрылся вверх ногами, собирая дождь, которого не было.

— Странно, — сказала Барби.

Вслед за первым зонтиком упал второй, третий, четвёртый. Они были всех цветов радуги — красные, синие, жёлтые, зелёные. Некоторые кувыркались, другие свистели, третьи играли музыку. Один зонтик приземлился прямо на голову прохожему, и тот, вместо того чтобы рассердиться, засмеялся.

— Простите! — крикнул чей-то голос сверху. — Это я виновата! Я забыла закрутить гайку стабилизации!

Барби подняла голову. На крыше трёхэтажного дома с покосившейся вывеской «Мастерская Неуклюжих Чудес» стояли две девочки. Одна была светленькая, с кудряшками, вся в блёстках, и держала в руках гаечный ключ. Вторая — темноволосая, с веснушками и банданой на голове, пыталась поймать сачком пролетающий мимо пропеллер.

— Блики! — крикнула темноволосая. — Ты опять перепутала полярность!

— А ты, Сломка, опять не проверила тормоза! — ответила светленькая.

Барби засмеялась. Ей вдруг очень захотелось познакомиться с этими сёстрами.

Глава вторая, в которой сёстры представляются

Барби поднялась по скрипучей лестнице на третий этаж. Дверь в мастерскую была открыта. Внутри царил такой хаос, что Барби сначала даже не поняла, где стены. Шестерёнки лежали на полу вместе с носками. На столе стояло пять чашек с разным чаем, и ни одна не была допита. В углу сидел робот, похожий на груду металлолома, и тихо напевал себе под нос.

— Привет! — сказала светленькая, вытирая руки о фартук. — Я Блики. Потому что я вся блестящая, как блёстки. А это моя сестра — Сломка.

— Потому что я всё ломаю, — мрачно добавила темноволосая, но беззлобно.

— Я Барби, — сказала Барби. — А что у вас случилось с зонтиками?

— Ах, зонтики! — Блики подбежала к чертежу, висевшему на стене. — Мы изобрели летающие зонтики, чтобы люди не промокали. Они должны были парить над головой и следовать за хозяином. Но мы случайно поменяли местами магнитные полюса, и теперь они летят не над головой, а под ногами. И пугают прохожих.

— Зато весело, — сказала Сломка, поймав наконец пропеллер сачком. — Смех полезен для здоровья.

— Инспектор Ровняло так не считает, — вздохнула Блики. — Он придёт завтра проверять нашу мастерскую. Если у нас не будет хотя бы одного работающего изобретения, он нас закроет.

— А что, у вас совсем нет работающих? — спросила Барби.

Сёстры переглянулись. Сломка подошла к столу и взяла банку с мутной жидкостью.

— Есть кое-что, — сказала она. — Клей-Антигравитон. Он делает тяжёлые вещи лёгкими. Но есть одна проблема.

— Какая?

— Он работает только если на него чихнуть, — сказала Блики. — Мы не придумали, как заставить его работать без чиха. А чихать по заказу никто не умеет.

Глава третья, в которой появляется Инспектор Ровняло

На следующее утро в мастерскую ворвался Инспектор Ровняло. Он был высоким, худым, в идеально отутюженном костюме, с линейкой в руке и с блокнотом, в котором не было ни одного пятнышка.

— Порядок, — сказал он, оглядывая мастерскую. — Здесь нет порядка.

— Здравствуйте, — вежливо сказала Барби.

— Здравствуйте, — ответил Инспектор, даже не взглянув на неё. Он подошёл к столу и постучал линейкой по чертежу Блики. — Криво. Неровно. Не по ГОСТу.

— У нас нет ГОСТа, — сказала Сломка. — Мы изобретаем.

— Изобретательство должно подчиняться правилам, — отрезал Ровняло. — Покажите ваше лучшее изобретение.

Блики дрожащей рукой протянула банку с Клеем-Антигравитоном.

— И что он делает? — спросил Инспектор, поднося банку к носу.

— Он делает вещи лёгкими, но…

Но договорить Блики не успела. Инспектор чихнул. Прямо в банку. Громко, раскатисто, неожиданно.

Клей вспенился, засветился золотом и выплеснулся из банки. Он попал на стол, и стол взлетел. Попал на стул, и стул взлетел. Попал на самого Инспектора, и он медленно оторвался от пола.

— Что происходит?! — закричал Ровняло, хватаясь за люстру.

— Я же говорила, — прошептала Сломка. — Он работает от чиха.

Инспектор парил под потолком, кружась, как воздушный шарик. Его идеальный костюм помялся. Линейка выпала из рук и тоже повисла в воздухе.

— Опустите меня! — кричал он.

— Мы не умеем, — честно сказала Блики. — Мы изобрели подъём, но не изобрели спуск.

Глава четвёртая, в которой сестры не сдаются

Барби помогла сёстрам снять Инспектора с потолка с помощью обычного веника (он зацепился за пуговицу). Ровняло, бледный и растрёпанный, выбежал из мастерской, крикнув на прощание:

— Завтра я вернусь с комиссией! Если вы не покажете что-то полезное, я закрою вас навсегда!

Когда его шаги затихли, Блики села на пол и расплакалась.

— Всё, — сказала она. — Мы пропали. Клей работает, но его нельзя контролировать. Все наши изобретения либо взрываются, либо летают, либо падают. Мы неудачницы.

— Мы не неудачницы, — сказала Сломка, но голос её дрожал. — Мы просто другие.

— Другие — это не значит плохие, — сказала Барби, садясь рядом. — Скажите, а что вы умеете делать лучше всего?

— Ломать, — хором ответили сёстры.

— Нет, — покачала головой Барби. — Я видела ваши зонтики. Они летают. Пусть вверх ногами, но летают. Я видела вашего робота — он поёт. Пусть не в такт, но поёт. Вы создаёте необычные вещи. Обычные вещи и так везде есть. А необычные — только у вас.

— Но Инспектору нужна польза, — сказала Блики. — Что мы можем такого полезного, чтобы он не закрыл нас?

Барби посмотрела на груду металлолома в углу. Потом на банку с Клеем-Антигравитоном. Потом на зонтики, которые всё ещё валялись на улице.

— А что, если построить что-то из того, что у вас есть? — предложила она. — Не идеальное, а настоящее. Не прямое, а живое.

Глава пятая, в которой они строят робота-чечётку

— У нас есть старый двигатель от зонтика, — сказала Сломка, вытаскивая из кучи мотоциклетную шестерёнку.

— И пропеллер, который мы поймали, — добавила Блики.

— И клей, — сказала Барби. — И ваши руки.

Они начали строить. Не по чертежу, а по вдохновению. Блики прикручивала детали там, где они, казалось бы, не должны были быть. Сломка соединяла провода, не глядя на цвета. Барби подавала инструменты и подбадривала.

Робот получался странным. У него было три ноги и одна рука. Голова была сделана из чайника. Глаза — из двух разных пуговиц. Вместо ушей — маленькие тарелки. Он был кривым, косым, несуразным и совершенно прекрасным.

— Он не встанет, — сказала Сломка, отходя на шаг.

— А ты попробуй чихнуть на него, — сказала Барби.

— Зачем?

— Клей-Антигравитон делает вещи лёгкими. Может быть, если ты чихнёшь на него, он сможет двигаться?

Сломка посмотрела на робота. Потом чихнула. Не сильно, а так — «апчхи!». Клей, который ещё не засох, засветился, и робот медленно поднялся на своих трёх ногах.

— Он встал! — закричала Блики.

Робот сделал шаг. Потом другой. Потом он начал танцевать. Танцевать чечётку. Его три ноги отбивали ритм: тра-та-та, тра-та-та. Голова-чайник раскачивалась в такт. Пуговицы-глаза моргали.

— Он танцует, — прошептала Сломка. — Он живой.

— Он не просто живой, — сказала Барби. — Он счастливый.

Глава шестая, в которой Инспектор возвращается

На следующий день Инспектор Ровняло пришёл с комиссией. С ним были три таких же идеальных человека в идеальных костюмах с идеальными блокнотами.

— Ну, показывайте ваше чудо, — сказал Ровняло, потирая руки. — Надеюсь, оно не разлетится на части.

Блики и Сломка выкатили робота на середину мастерской. Он стоял, слегка покачиваясь, и улыбался своей кривой улыбкой.

— Что это? — спросил один из членов комиссии.

— Это наш новый робот, — сказала Блики. — Он умеет танцевать чечётку.

— Танцевать? — переспросил Ровняло. — Какая от этого польза?

— Танцы поднимают настроение, — сказала Барби. — А хорошее настроение полезно для здоровья.

— Чепуха, — фыркнул Инспектор. — Пусть докажет свою полезность.

Сломка чихнула. Робот засветился и начал танцевать. Тра-та-та, тра-та-та. Его три ноги отбивали ритм так сильно, что пол задрожал. Комиссия попятилась. Робот подпрыгнул, и от его прыжка с полки упала коробка с гайками. Гайки рассыпались, но не просто так, а сложились в слово «ПРИВЕТ».

— Он… он написал слово, — удивился один из комиссии.

— Он не пишет, он танцует, — сказала Блики. — Гайки сами сложились.

Робот продолжал танцевать. Он подошёл к окну, и от его чечётки на стекле появился узор из трещин, но не злых, а красивых, похожих на морозные цветы.

— Это нестандартно, — сказал Ровняло, но в его голосе уже не было прежней уверенности.

— Это уникально, — возразила Барби. — Посмотрите вокруг. В вашем городе всё одинаковое. Прямые улицы, квадратные дома, идеальные газоны. А здесь — жизнь. Кривая, смешная, но настоящая.

Глава седьмая, в которой робот спасает гору

И вдруг земля дрогнула. Не сильно, но ощутимо. За окном послышался грохот. Барби выглянула на улицу. Гора, которая стояла на окраине города, начала осыпаться. Камни падали вниз, угрожая завалить дорогу и дома.

— Обвал! — закричал кто-то на улице.

— Нам нужно срочно что-то делать! — сказала Блики.

— Что мы можем? — растерялась Сломка. — Наши изобретения вечно ломаются.

— Но они работают, — сказала Барби. — Робот! Он тяжёлый? Нет, потому что на него чихнули клеем. Он лёгкий, как пух. Но его танцы — они сильные. Что, если он станцует на горе?

— Ты хочешь, чтобы он разровнял обвал чечёткой? — не поверила Сломка.

— Я хочу, чтобы он станцевал так, чтобы камни встали на место.

Сёстры переглянулись. Потом Блики кивнула.

— Робот, — сказала она. — Иди к горе. Танцуй.

Робот кивнул своей чайной головой и вышел на улицу. Он прошёл через весь город на своих трёх ногах, и люди смотрели на него с удивлением и восхищением. Он подошёл к горе, подпрыгнул и начал танцевать.

Тра-та-та, тра-та-та. От его чечётки по горе пошли волны. Камни, которые падали, остановились в воздухе, подчиняясь ритму. Они начали подниматься обратно, укладываясь на свои места. Осыпь затягивалась, как застёгивается молния.

Через десять минут гора стояла целая и невредимая. А на её вершине, танцуя, стоял кривой, косой, несуразный робот.

— Ура! — закричали люди.

— Браво! — кричали дети.

Инспектор Ровняло смотрел на это с открытым ртом. Его линейка выпала из рук. Блокнот упал на пол.

— Это… это невозможно, — прошептал он.

— Это возможно, — сказала Барби. — Потому что он не идеальный. Он живой.

Глава восьмая, в которой Ровняло меняет мнение

Инспектор долго молчал. Потом подошёл к сёстрам и низко поклонился.

— Я был неправ, — сказал он. — Я думал, что порядок — это главное. Но вы показали мне, что главное — это душа. У вашего робота есть душа. Она кривая, косолапая, но она есть. А у моих идеальных механизмов души нет.

— Так вы не закроете мастерскую? — спросила Блики, вытирая слёзы.

— Не только не закрою, — сказал Ровняло. — Я помогу вам её расширить. Вы будете делать необычные вещи для всего города. Только, пожалуйста, зонтики сделайте так, чтобы они летали сверху, а не снизу.

— Мы постараемся, — улыбнулась Сломка.

— Но если не получится, — добавила Блики, — то снизу даже веселее.

Инспектор засмеялся. Впервые в жизни.

Глава девятая, в которой Барби прощается

— Тебе пора, — сказала Сломка, обнимая Барби. — Твой мир ждёт.

— Я приеду ещё, — сказала Барби. — Посмотрю, как вы тут без меня.

— Мы уже не пропадём, — сказала Блики. — Мы поняли, что наши ошибки — это не слабость. Это наши суперсилы.

— Помни, — добавила Сломка. — Если что-то не получается, чихни на это. Или потанцуй. Или просто не бойся быть смешной.

Барби обняла сестёр, погладила робота по чайной голове (он заурчал от удовольствия) и вышла из мастерской. Когда она оглянулась, вывеска «Мастерская Неуклюжих Чудес» висела уже не покосившись, а ровно. Но на ней появилась новая надпись: «Мы не идеальны. Мы настоящие».

Глава десятая, в которой всё продолжается

С тех пор в городе Идеаленске появилось место, где можно было не бояться ошибаться. Блики и Сломка изобрели летающие кровати (правда, они иногда переворачивались, и спящие падали на пол, но это было весело). Они изобрели говорящие чашки (чашки ругались, если их плохо мыли). Они изобрели самоходные кеды (кеды убегали от хозяев, если те забывали их чистить).

Город перестал быть идеальным. Но он стал счастливым. А Инспектор Ровняло каждое воскресенье приходил в мастерскую пить чай с сёстрами и учился смеяться над собой.

Робот-чечётка стоял на центральной площади и танцевал для всех желающих. Его танец был кривым, неритмичным, нелепым, но под его музыку даже самые серьёзные люди начинали улыбаться.

Потому что, как говорила Барби, идеально — это скучно. А неидеально — это жизнь.

Конец.