«Электрический чайник и Пузырёк-Храбрец» Сказка о маленьком Пикачу, который боялся темноты и научился согревать сам себя — без огня, без крика, без волшебной палочки. Читайте онлайн и не выключайте свет, если не хотите. А хотите — выключите. Страх не уходит от того, что его гонят. Страх уходит от тепла.
«Тьма не исчезает, когда ты зажигаешь свет. Тьма исчезает, когда ты перестаёшь её бояться.»
Глава 1. Маленький Пикачу, который не ложился спать
Бам-Бам был самым храбрым Пикачу днём и самым трусливым — ночью. Днём он лазал по скалам, прыгал через ручьи и дразнил сонных Снорлаксов. А ночью… ночью он залезал под одеяло с головой и трясся.
— Бам-Бам, выключи свет, — говорила мама.
— Не могу, — пищал он. — Там темнота.
— Темнота — это просто отсутствие света. Она не кусается.
— А вдруг кусается?
Мама вздыхала и оставляла маленький ночник. Но и с ночником Бам-Бам не спал. Ему казалось, что тени в углах комнаты шевелятся. Что из-под кровати кто-то дышит. Что в шкафу скребётся неведомое чудище.
Он звал своего друга — Пузырька-Храбреца. Пузырёк был не покемоном, а самым обычным мыльным пузырём, который жил в банке с мыльной водой на подоконнике. Но Бам-Бам с ним разговаривал, а Пузырёк переливался радугой в ответ — это считалось «да».
— Пузырёк, я больше не могу, — шептал Бам-Бам. — Мне страшно.
Пузырёк молчал (он же пузырь), но однажды ночью случилось нечто странное. Из старого чайника, который стоял на полке и которым никто не пользовался, повалил пар. Не горячий, а тёплый, пахнущий ромашкой. Пар сложился в маленькое облачко с глазами.
— Кто здесь? — испугался Бам-Бам.
— Я — Шипелка, — ответил пар. — Дух старого электрического чайника. Я слышал твои страхи. Хочешь, я научу тебя быть смелым?
— Разве так можно научить?
— Можно. Нужно сварить суп смелости. Но для этого нужен огонь. А я — чайник электрический, от огня испорчусь. Если найдёшь того, кто сможет вскипятить воду без огня, суп получится.
— Я Пикачу. Я умею искрить, а не греть.
— Искры — это тоже тепло, — загадочно сказала Шипелка. — Просто ты не умеешь их собирать. Хочешь попробовать?
Бам-Бам подумал. Страх был сильнее, чем сон. Он кивнул.
— Тогда иди в Лес Теней, — сказала Шипелка. — Там растёт Трава-Невидимка. Если добавить её в кипяток, получится суп, который прогоняет любой страх. Но трава растёт только в самой темноте. Ты готов пойти туда?
— Нет, — честно сказал Бам-Бам. — Но я пойду.
Он взял чайник (маленький, жестяной, с потускневшим от времени носиком), посадил туда Шипелку (она превратилась в пар и спряталась внутри), и они отправились.
Пузырёк-Храбрец вылетел из банки и поплыл следом.
Глава 2. Лес, где темнота была живая
Лес Теней начинался сразу за последним фонарём деревни. Там не было тропинок, не было звёзд, не было луны. Была только чернота — густая, вязкая, как патока.
— Я ничего не вижу, — прошептал Бам-Бам.
— Зажги щёки, — посоветовала Шипелка из чайника.
Бам-Бам потёр щёки. Они засветились тускло-жёлтым — на два шага вперёд. В этом круге света он увидел коряги, похожие на когтистые лапы, и мох, свисающий как седые волосы.
— Страшно, — сказал он.
— Знаю, — ответила Шипелка. — Но ты идёшь. Это уже смелость.
Они шли долго. Бам-Бам спотыкался о корни, пугался каждого шороха и дважды чуть не повернул назад. Но Пузырёк летел перед ним, переливаясь слабой радугой, и это напоминало ему, что он не один.
Наконец они вышли на поляну. Посередине поляны рос единственный кустик. Он был совершенно прозрачным — сквозь него было видно землю, червей и камни.
— Трава-Невидимка, — сказала Шипелка. — Сорви её. Но помни: она исчезает на свету. Рви в темноте, не глядя.
Бам-Бам закрыл глаза (в темноте это было несложно), протянул лапу и нащупал холодные, скользкие стебли. Он сорвал три пучка и положил в чайник.
— Есть! — крикнул он.
И тут из темноты выступило Оно. Бам-Бам не знал, как это назвать. Это было похоже на огромную тень без хозяина. Оно дышало холодом и молчало.
— Кто ты? — спросил Пикачу дрожащим голосом.
Тень не ответила. Она просто стояла и смотрела (хотя глаз у неё не было).
— Это Страх, — прошептала Шипелка. — Он не злой. Он просто живёт здесь. Он хочет, чтобы ты остался.
— Я не останусь, — сказал Бам-Бам. — Я пришёл за травой, и я уйду.
Он попятился. Тень двинулась за ним. Чем быстрее он шёл, тем быстрее двигалась тень. Он побежал — тень понеслась следом.
— Не беги! — крикнула Шипелка. — Страх любит догоняющих. Остановись!
Бам-Бам замер. Тень остановилась тоже. Она нависала над ним, холодная и огромная.
— Что тебе нужно? — спросил Бам-Бам, глядя в черноту.
Тень не ответила. Но вдруг Пузырёк-Храбрец подлетел к ней и лопнул. Прямо на тени. Мыльные брызги сверкнули радугой, и тень… вздрогнула. Она стала меньше. Совсем чуть-чуть, но меньше.
— Она боится радуги! — догадался Бам-Бам.
Он вспомнил, что его щёки умеют светиться не только жёлтым, но если сильно потереть — дают маленький спектр. Он потёр щёки лапками с такой силой, что из них вылетела не жёлтая, а белая искра. Она рассыпалась на семь цветов и ударила прямо в тень.
Тень завизжала (беззвучно, но Бам-Бам почувствовал вибрацию) и рассыпалась на тысячи крошечных теней, которые разбежались по лесу.
Поляна осветилась. Не ярко, но достаточно, чтобы Бам-Бам увидел дорогу назад.
— Бежим! — крикнула Шипелка.
Он побежал. И на этот раз тени за ним не гнались.
Глава 3. Суп, который не выгнал страх, но согрел
Дома, в своей комнате, Бам-Бам поставил чайник на стол. Шипелка выскользнула из носика и села сверху.
— Теперь нужно вскипятить воду, — сказала она. — Но без огня. Как ты это сделаешь?
Бам-Бам задумался. Он открыл крышку, налил в чайник воды (из графина), бросил туда Траву-Невидимку. Закрыл.
— Я Пикачу, — сказал он. — У меня нет огня. Но у меня есть хвост.
Он обхватил чайник лапами и начал тереть хвостом по его стенкам. Быстро-быстро. Из хвоста посыпались искры — не сильные, но частые. Стенки чайника нагревались. Вода внутри зашумела.
— Ещё! — крикнула Шипелка.
Бам-Бам тёр сильнее. Искры сыпались градом. Вода закипела — не бурно, не как на огне, а тихо, по-домашнему. Из носика пошёл пар. Тот самый, пахнущий ромашкой.
— Снимай! — скомандовала Шипелка.
Бам-Бам открыл крышку. Внутри булькало что-то золотистое, с плавающими прозрачными листьями. Суп был готов.
— Пей, — сказала Шипелка.
Он отпил глоток. Суп был тёплым, сладковатым, не противным. Он разлился по животу, поднялся к горлу, к щекам. Бам-Бам почувствовал, как внутри разливается спокойствие.
Он выключил ночник.
Комната погрузилась в темноту. Он ждал, что сейчас начнётся паника. Но нет. Сердце билось ровно. Тени в углах не шевелились. Из-под кровати никто не дышал.
— Оно прошло? — спросил он шёпотом.
— Нет, — ответила Шипелка. — Страх никуда не ушёл. Он просто… перестал быть страшным. Потому что ты понял: тьма — это не враг. Это просто место, где нет света. А ты можешь зажечь свет внутри себя.
Бам-Бам лёг в кроватку. Укрылся одеялом. И впервые за много месяцев закрыл глаза без содрогания.
Ему приснился Пузырёк-Храбрец. Он был огромным, радужным и смеялся.
Глава 4. Чайник, который стал другом
Наутро Бам-Бам проснулся с улыбкой. Шипелка уже не было в чайнике — она стала обычным паром и улетела в небо. Но чайник остался. Бам-Бам поставил его на видное место.
Теперь каждую ночь он наливал в чайник воду, прогревал её хвостом и пил тёплый, чуть сладковатый суп. Не потому, что боялся. А потому, что это стало его ритуалом. Ритуалом, который напоминал: тепло можно создать самому.
Через неделю он перестал греть чайник. Ему больше не нужно было.
А через месяц он подошёл к шкафу, открыл дверцу и заглянул внутрь. Там было темно и пусто.
— Привет, темнота, — сказал он. — Как дела?
Темнота не ответила. Но Бам-Бам показалось, что она чуть-чуть посветлела.
Пузырёк-Храбрец больше не вернулся (он же лопнул в лесу), но на подоконнике выросла новая банка с мыльной водой. И каждый раз, когда Бам-Бам выдувал из неё пузырь, тот летел к тем углам, где раньше прятался страх, и лопался радугой.
И тени улыбались.
Потому что они поняли: их не боятся. А значит, и им не нужно пугать.
Конец
