Книжный Червь

Как вас зовут? ужель поэтом?Я вас прошу в последний раз,Не называйтесь так пред светом:Фигляром назовет он вас! Пускай никто про вас не скажет:Вот стихотворец, вот поэт;

Выхожу один я на дорогу;Сквозь туман кремнистый путь блестит;Ночь тиха. Пустыня внемлет богу,И звезда с звездою говорит. В небесах торжественно и чудно!Спит земля в сияньи голубом…

Вы не знавали князь Петра;Танцует, пишет он порою,От ног его и от пераМосковским дурам нет покою;Ему устать бы уж пора,Ногами – но не головою. 1831

Все тихо – полная лунаБлестит меж ветел над прудом,И возле берега волнаС холодным резвится лучом. 1830

Моя мать – злая кручина,Отцом же была мне – судьбина;Мои братья, хоть люди,Не хотят к моей грудиПрижаться;Им стыдно со мною,С бедным сиротою,Обняться! Но мне богом данаМолодая жена,Воля-волюшка,Вольность милая,Несравненная;

(Из Цедлица) По синим волнам океана,Лишь звезды блеснут в небесах,Корабль одинокий несется,Несется на всех парусах. Не гнутся высокие мачты,На них флюгера не шумят,И молча в открытые люкиЧугунные пушки глядят.

Я видел юношу: он был верхомНа серой борзой лошади – и мчалсяВдоль берега крутого Клязьмы. ВечерПогас уж на багряном небосклоне,И месяц в облаках блистал и в волнах;

Взгляни на этот лик; искусством онНебрежно на холсте изображен,Как отголосок мысли неземной,Не вовсе мертвый, не совсем живой;Холодный взор не видит, но глядитИ всякого, не нравясь, удивит;

Гляжу в окно: уж гаснет небосклон,Прощальный луч на вышине колонн,На куполах, на трубах и крестахБлестит, горит в обманутых очах;И мрачных туч огнистые краяРисуются на небе как змея,И ветерок, по саду