Глава 1. Странные сны
Прошло ровно три месяца с тех пор, как Тимоша вернул Золотому дракону Марику его волшебный кристалл Света и победил свой страх темноты. С тех пор мальчик спал спокойно, без ночников и без бабушкиных сказок на ночь — хотя сказки он всё равно слушал, просто уже не для того, чтобы не бояться, а потому что любил.
Но в последнюю неделю что-то пошло не так.
Тимоше начали сниться странные сны. В них он снова летел на спине Марика над горами и лесами, и всё было хорошо, пока вдалеке не появлялась чёрная туча. Она росла, клубилась, тянула к ним длинные туманные пальцы — и каждый раз дракон начинал терять высоту. Его золотая чешуя тускнела, крылья тяжелели, и он шептал: «Тимоша… помоги… она возвращается…»
Мальчик просыпался в холодном поту и долго смотрел в окно, где над крышами Светлогорья висело чистое ночное небо. Звёзды были на месте. Самая яркая, золотая, подмигивала ему, как всегда. Но что-то тревожное скреблось у Тимоши внутри.
На четвёртую ночь сон изменился. В нём появился Искрик — маленький дракончик-посланник с золотистой чешуёй и крыльями стрекозы. Он летал вокруг Тимоши и тоненько кричал:
— Тимоша! Проснись! Беда! Колдунья Мглиста… она не сдержала обещание! Она забрала кристалл снова!
Тимоша вскочил на кровати. За окном занимался рассвет, розовый и тихий. Он потрогал карман рюкзака, который с тех пор так и висел на спинке стула — на всякий случай. В кармане лежал пустой мешочек из-под волшебного порошка. Порошок он истратил в Пещере Эха.
— Бабушка! — крикнул он, выбегая из комнаты. — Бабушка, мне срочно нужен твой хрустальный шарик!
Бабушка как раз пила чай на кухне. Она ничуть не удивилась — словно ждала этого.
— Я знала, что он тебе понадобится, — сказала она и достала из кармана фартука маленький хрустальный шарик, внутри которого мерцала крошечная лошадка с рогом. — Только это не просто шарик, Тимоша. Это Слеза Единорога. Если тебе станет совсем трудно — посмотри сквозь неё на то, что тебя пугает. И ты увидишь правду.
Тимоша сжал шарик в кулаке. Он уже открывал рот, чтобы сказать бабушке про сны, но в это мгновение в открытое окно влетел Искрик — весь взъерошенный, с обгоревшим кончиком хвоста.
— Тимоша! — выдохнул он. — Марик в беде! Мглиста вернулась в Тёмное Ущелье и забрала кристалл! Но это ещё не всё… Она не просто забрала его. Она разбила его на три осколка и спрятала в трёх самых опасных местах волшебного мира. Марик снова не может летать. А без полёта дракон слабеет с каждым днём. Если мы не вернём все три осколка до первого снега…
Искрик замолчал и опустил голову.
— Что будет до первого снега? — тихо спросил Тимоша.
— Марик превратится в камень. Навсегда.
Глава 2. Три осколка
Бабушка, услышав всё это, не стала ругаться и не стала запрещать. Она только вздохнула, налила Искрику блюдечко чая с мёдом (дракончик пил его, погрузив мордочку в блюдце) и сказала:
— Что ж. Значит, дорога снова зовёт. Но на этот раз, Тимоша, ты пойдёшь не один.
Она вышла в сени и вернулась с плетёной корзинкой, в которой что-то шевелилось.
— Это Мятлик, — сказала бабушка, доставая… котёнка. Обычного на вид, серого в полоску котёнка с зелёными глазами. — Только не обманывайся. Мятлик — хранитель домашнего очага. Он чувствует ложь и зло за версту. И ещё он умеет находить дорогу домой из любого места. Это тебе пригодится.
Котёнок важно мяукнул и запрыгнул Тимоше на плечо, где тут же свернулся клубком.
— А теперь слушайте внимательно, — сказала бабушка, усаживаясь напротив. — Я знаю, где Мглиста спрятала осколки. Первый — в Зеркальном Озере, что лежит за Волшебным лесом. Второй — в Часах Забвения на вершине горы Сияющего Гребня. А третий… третий она оставила у себя. В самом сердце Тёмного Ущелья.
— В Зеркальном Озере? — переспросил Тимоша. — Это там, где вода показывает не то, что есть, а то, что ты хочешь увидеть?
— Именно, — кивнула бабушка. — Осколок лежит на самом дне. Но озеро не отдаст его просто так. Оно покажет тебе то, чего ты желаешь больше всего, и попытается удержать. Тот, кто поддастся, останется на дне навсегда.
Тимоша сглотнул. Он посмотрел на Мятлика, который безмятежно спал у него на плече, на Искрика, который допил чай и вытирал мордочку лапкой, и на хрустальный шарик в своей руке.
— Хорошо, — сказал он. — Идём.
Глава 3. Зеркальное Озеро
Дорога до Зеркального Озера заняла полдня. Волшебный лес на этот раз встретил Тимошу приветливо: деревья кивали ему ветвями, а фиолетовоухая белка проводила до тропинки, ведущей к озеру.
Зеркальное Озеро лежало в низине, окружённое белыми камнями. Вода в нём была абсолютно неподвижной, гладкой, как стекло. И в ней отражалось небо — но не то, что было на самом деле, а ярко-голубое, с пушистыми облаками, хотя над головой Тимоши висели серые тучи.
— Осторожно, — прошептал Искрик. — Не смотри в воду слишком долго.
Тимоша подошёл к кромке воды и заглянул. Сначала он увидел своё отражение — обычного мальчика с растрёпанными волосами и упрямым подбородком. Но потом отражение начало меняться. Вода пошла кругами, и в ней появилась комната. Его комната. Только не такая, как сейчас, а… другая. В ней на столе лежали не учебники, а альбомы с рисунками. На стенах висели картины — драконы, единороги, звёзды. А сам Тимоша — взрослый, высокий, с кистью в руке — стоял у мольберта и улыбался.
«Это же моя мечта, — подумал мальчик. — Стать художником. Я никогда никому об этом не говорил».
— Тимоша! — раздался голос Искрика откуда-то издалека. — Не смотри! Это ловушка!
Но Тимоша уже не слышал. Картина в воде стала объёмной, живой. Он видел, как взрослый Тимоша дописывает картину, как к нему подходит кто-то и говорит: «Какая красота! Ты настоящий художник!» И мальчику так захотелось оказаться там, в этом тёплом, счастливом мире, что он сделал шаг вперёд.
Вода даже не заколебалась под его ногой. Она стала твёрдой, как пол. Тимоша шёл по ней, как по стеклянной дороге, и картина становилась всё ближе.
И тут на его плече зашевелился Мятлик. Котёнок вскочил, выгнул спину и громко, пронзительно мяукнул — прямо в ухо.
Тимоша вздрогнул и остановился. Он посмотрел на Мятлика, потом снова в воду. И вдруг заметил то, чего не видел раньше: в углу «счастливой картины» стояла маленькая тёмная фигурка. Колдунья. Она наблюдала за ним, улыбаясь, и в её руках был… осколок кристалла.
— Это обман! — воскликнул Тимоша. — Это не моя мечта! Это то, что она хочет, чтобы я увидел!
Он вспомнил про бабушкин подарок, достал хрустальный шарик и посмотрел сквозь него на воду. И тотчас картина исчезла. Вместо неё на дне озера, среди тёмных водорослей, лежал золотой осколок, сияющий, как маленькое солнце.
— Мне нужно нырнуть, — сказал Тимоша. — По-настоящему.
Он закрыл глаза, набрал побольше воздуха и прыгнул.
Вода оказалась ледяной. Тимоша открыл глаза — они щипали, но он терпел. Он плыл вниз, к сияющему осколку, и вода вокруг шептала: «Останься… здесь так хорошо… никто не заставит тебя делать уроки… никто не скажет, что ты неправильно рисуешь…»
— Нет! — мысленно крикнул Тимоша. — Я хочу вернуться! У меня есть бабушка, мама, друзья! И дракон, которого нужно спасти!
Он схватил осколок — тот обжёг ладонь приятным теплом — и рванулся вверх. Вода не хотела его отпускать, тянула за ноги, но Мятлик, который каким-то образом оказался рядом (котёнок, конечно же, не мог плавать, но сейчас он будто летел по воде), мяукнул, и вода расступилась.
Тимоша вынырнул на поверхность, хватая ртом воздух. Искрик подхватил его под руки и вытащил на берег.
— Ты сделал это! — кричал дракончик. — Первый осколок у нас!
Тимоша разжал ладонь. На ней лежал золотой осколок, тёплый и живой. Он светился ровным, спокойным светом.
Глава 4. Часы Забвения
Второй осколок находился на вершине горы Сияющего Гребня — там, где жил сам Марик. Но пока дракон был слаб, подняться к нему можно было только пешком, по каменным ступеням, вырубленным в скале.
Путь был долгим и трудным. Тимоша карабкался по ступеням, и Мятлик ехал у него за пазухой, а Искрик летел рядом, иногда садясь на плечо, чтобы отдохнуть.
На середине пути Тимоша заметил, что ступени становятся всё более гладкими, а воздух — всё более холодным. И тут он увидел впереди арку, вырезанную прямо в скале. Над аркой было высечено: «Часы Забвения. Оставь здесь то, что мешает идти вперёд».
— Что это значит? — спросил Тимоша.
— Часы Забвения показывают не время, — объяснил Искрик. — Они заставляют забыть. Всё, что угодно. Если ты войдёшь туда, они попытаются заставить тебя забыть, зачем ты здесь. И если ты забудешь — осколок останется недосягаемым навсегда.
Тимоша вошёл в арку и оказался в круглом зале. В центре стояли огромные часы — но вместо цифр на циферблате были вырезаны сцены из жизни. Тимоша увидел себя маленьким, увидел бабушкины сказки, увидел свой первый день в школе, увидел Марика, летящего над горами.
Стрелки часов начали вращаться. И с каждым оборотом одна из сцен тускнела.
— Ты устал, — шептали часы. — Зачем тебе всё это? Забудь. Забудь дракона. Забудь бабушку. Забудь страх и смелость. Просто отдохни.
Тимоша почувствовал, как его мысли становятся вязкими, как мёд. «Зачем я здесь? — подумал он. — Я… я шёл куда-то… зачем?»
Мятлик выскочил у него из-за пазухи и вцепился когтями в руку. Тимоша вздрогнул от боли, и это помогло. Он вспомнил: бабушка! Кристалл! Марик!
— Нет! — крикнул он. — Я не забуду! Я не хочу забывать! Всё, что со мной было — это я! И страх, и смелость, и ошибки, и победы — это всё моё!
Он достал хрустальный шарик и посмотрел сквозь него на часы. И увидел: никаких часов нет. Это была просто старая каменная стена, а на ней лежал второй золотой осколок.
Тимоша протянул руку и взял его.
Глава 5. Возвращение в Тёмное Ущелье
Когда Тимоша добрался до вершины, Марик встретил его, лёжа на камнях. Дракон был совсем бледным, его золотая чешуя потускнела, крылья бессильно лежали на земле.
— Ты… пришёл, — прошептал Марик. — Я знал. Я верил.
Тимоша приложил два осколка к груди дракона. Они вспыхнули, и часть золотого света вернулась в чешую Марика. Дракон приподнял голову.
— Остался третий, — сказал он. — В Тёмном Ущелье. Но, Тимоша… Мглиста не просто так забрала кристалл. Она… она не злая. Она одинокая. Когда-то давно у неё был друг — дракон по имени Огневик. Но он улетел и не вернулся. С тех пор она ненавидит всех драконов и всех, кто умеет летать.
Тимоша задумался.
— Значит, нужно не отбирать, а… поговорить?
— Попробуй, — сказал Марик. — Иногда разговор сильнее любого волшебства.
Тимоша спустился с горы и снова отправился в Тёмное Ущелье. На этот раз оно не казалось таким мрачным. Может быть, потому что Тимоша знал: он идёт не воевать, а мириться.
Колдунья ждала его у входа в башню. Она выглядела старой и усталой.
— Опять ты, — сказала она без злобы. — Пришёл за третьим осколком?
— Пришёл поговорить, — ответил Тимоша. — Марик рассказал мне про Огневика.
Мглиста вздрогнула. Её глаза — обычно зелёные и колючие — на мгновение стали грустными.
— Он улетел, — сказала она тихо. — Сказал, что вернётся. Я ждала сто лет. Он не вернулся.
— А может, он не смог? — предположил Тимоша. — Может, с ним что-то случилось? Ты пробовала его искать?
Колдунья молчала.
— Я знаю, каково это — бояться, что тебя бросят, — продолжил Тимоша. — Я тоже боялся. Но я понял: если всё время бояться, можно пропустить что-то важное. Например, что кто-то рядом хочет помочь.
Он протянул ей хрустальный шарик.
— Посмотри сквозь него. На свои воспоминания об Огневике.
Мглиста недоверчиво взяла шарик и посмотрела. И вдруг её лицо изменилось. Она увидела не то, что помнила, а то, что было на самом деле: Огневик, улетая, попал в бурю и разбился о скалы. Он не бросил её. Он просто не смог вернуться.
— Он… он не виноват, — прошептала колдунья. — А я… я столько лет злилась…
Она опустила руку, и из её пальцев выпал третий осколок. Он засиял, и вместе с ним засияла сама Мглиста — её морщины разгладились, волосы потемнели, и она стала похожа на обычную женщину, уставшую от долгого горя.
— Возьми, — сказала она. — И передай Марику… передай, что я прошу прощения. За всё.
Глава 6. Снова в небе
Тимоша вернулся на вершину горы и соединил все три осколка. Кристалл Света вспыхнул так ярко, что, казалось, зажглось второе солнце. Марик поднялся на ноги, расправил крылья — и они засияли прежним золотом.
— Спасибо, Тимоша, — сказал дракон. — Ты снова спас меня. Но на этот раз ты спас не только меня. Ты спас и Мглисту. От неё самой.
Тимоша улыбнулся и погладил Мятлика, который довольно мурчал у него на плече.
— Знаешь, Марик, — сказал он, — я думал, что смелость — это когда не боишься. А теперь понял: смелость — это когда боишься, но всё равно идёшь. И ещё — когда можешь поговорить с тем, кто кажется врагом, и увидеть в нём друга.
Дракон склонил голову.
— Ты вырос, Тимоша. И это — самое большое волшебство.
Марик поднялся в небо, и Тимоша снова летел на его спине. Ветер свистел в ушах, а внизу проплывали леса, реки и горы. И где-то далеко, в Тёмном Ущелье, колдунья Мглиста смотрела им вслед и улыбалась — впервые за сто лет.
Эпилог
Дома Тимоша первым делом побежал к бабушке и рассказал ей всё. Бабушка слушала, кивала и подливала чай.
— А знаешь, что самое главное? — сказала она, когда он закончил. — Ты не просто вернул кристалл. Ты помог двум одиноким существам найти друг друга. Это и есть настоящее волшебство.
Тимоша посмотрел на полку, где стоял хрустальный шарик. Теперь он знал: это не просто талисман. Это — напоминание. О том, что даже самый маленький мальчик может совершить большое чудо, если у него доброе сердце и немного смелости.
А ночью ему снова приснился сон. В нём он летел на спине Марика над Страной Мечты, и рядом летела Селеста — Хрустальный единорог. Внизу бежал Мятлик, а сзади, на горизонте, поднималось золотое солнце.
И Тимоша улыбался во сне. Потому что знал: приключения никогда не заканчиваются. Они просто ждут следующего шага.
