В тот день, когда Алина впервые увидела дворец, море было цвета расплавленного серебра.
Корабль медленно входил в бухту, разрезая волны острым носом. Над водой кружили белые птицы, а за каменными стенами порта поднимался город — шумный, золотистый, пахнущий пряностями, горячим хлебом и дождём.
Но взгляд Алины был прикован к дворцу.
Он стоял на высоком холме, среди кипарисов и цветущих гранатов. Его белые башни отражали солнце, купола сияли бирюзой, а длинные галереи казались вырезанными из слоновой кости. Вокруг дворца тянулись стены, украшенные мозаикой: синие птицы, золотые луны, алые цветы.
— Дворец Семи Ветров, — сказал рядом пожилой капитан. — Место красивое, но счастливых людей там мало.
Алина улыбнулась.
— Разве красота и счастье не могут жить под одной крышей?
Капитан посмотрел на неё так, будто она сказала нечто наивное и опасное.
— Не в этом дворце.
Она не стала расспрашивать. Ей предстояло прожить здесь несколько месяцев в качестве реставратора. Из столицы её пригласили для работы с древними рукописями и настенными росписями. После смерти отца Алина осталась почти без средств, а предложение из дворца оказалось слишком выгодным, чтобы от него отказаться.
Кроме того, ей хотелось перемен.
Она устала от тихих улиц родного города, от людей, которые говорили о ней шёпотом, словно после смерти отца она сама стала частью траура. Устала от писем, оставшихся без ответа, от привычки ждать того, кто никогда не вернётся.
Михаил ушёл три года назад, пообещав, что вернётся через месяц.
Не вернулся.
Сначала Алина сердилась, потом плакала, затем перестала чувствовать что-либо. Она думала, что больше не сможет полюбить.
Дворец Семи Ветров изменил это убеждение уже в первый вечер.
Её встретили у главных ворот. Высокий мужчина в тёмной одежде стоял под аркой, где на камне были вырезаны слова:
«Истина открывается тому, кто не боится войти».
Он был примерно одного возраста с Алиной — лет тридцати. Чёрные волосы, смуглая кожа, внимательные глаза необычного янтарного оттенка. Его лицо казалось спокойным, но в этом спокойствии таилась напряжённость, будто он привык постоянно ждать удара.
— Госпожа Алина Воронцова? — спросил он.
— Да.
— Я Дариан Саид. Управляющий дворца.
Он произнёс это сухо, без улыбки, но голос был глубоким и неожиданно мягким.
— Вы сами встречаете гостей?
— Не всех.
— Значит, мне повезло?
В его глазах мелькнуло что-то похожее на усмешку.
— Возможно. Или наоборот.
Он повёл её по длинному коридору. Под ногами лежали ковры с узорами, напоминающими волны. Вдоль стен горели лампы, заключённые в цветное стекло. Свет переливался на мраморе, и казалось, будто дворец дышит.
Алина заметила, что на каждой двери выгравирован один и тот же знак — полумесяц, окружённый семью точками.
— Что он означает? — спросила она.
Дариан не обернулся.
— Старый символ династии.
— А почему семь точек?
Он остановился.
— Вы любите задавать вопросы?
— Только если вижу тайну.
— Тогда вам будет здесь интересно.
Её комната находилась в восточном крыле, рядом с библиотекой. Окна выходили на внутренний сад, где журчали фонтаны и росли апельсиновые деревья. На столе лежало письмо с печатью дворца.
Алина вскрыла его ножом.
«Работайте только в отведённых помещениях. Не посещайте западное крыло после заката. Не поднимайтесь на башню Семи Ветров. Если услышите музыку в коридорах ночью — не следуйте за ней».
Подписи не было.
— Это шутка? — спросила Алина.
Дариан стоял в дверях.
— Нет.
— А если я нарушу правила?
— Тогда дворец решит, что вы ему больше не нужны.
Он ушёл, оставив её одну.
В первую неделю Алина почти не покидала библиотеку. Там хранились сотни рукописей, привезённых из разных стран. Пыль лежала на полках тонким золотистым слоем, а воздух пах древесиной, кожей и засохшими чернилами.
Её главной задачей была реставрация древнего альбома, найденного в заброшенной часовне. На обложке был изображён тот же символ — полумесяц и семь точек. Внутри находились миниатюры дворца, портреты прежних правителей и странные записи, сделанные на неизвестном языке.
Каждый вечер Алина замечала, что одна страница оказывается открытой, хотя она точно закрывала альбом.
На странице была изображена женщина в серебряном платье. Она стояла у окна башни и смотрела на море. На её пальце сверкало кольцо с тёмным камнем.
Под рисунком шла надпись:
«Она ждала его семь лет. Но он пришёл, когда двери уже были заперты».
Алина пыталась расшифровать текст, однако буквы менялись. Иногда они напоминали арабскую вязь, иногда — старославянские знаки, а порой складывались в узор, похожий на ветви дерева.
Однажды поздним вечером она услышала музыку.
Кто-то играл на пианино.
Мелодия была медленной, печальной и удивительно знакомой. Алина замерла, держа в руке кисть. Ей показалось, что она слышит голос своей матери, которая в детстве пела ту же мелодию у окна.
Музыка доносилась из коридора.
Алина вспомнила предупреждение.
Если услышите музыку в коридорах ночью — не следуйте за ней.
Но музыка звала.
Она вышла из библиотеки и пошла по тёмному коридору. Лампы мерцали, тени двигались по стенам. Мелодия становилась громче, и вскоре Алина оказалась у двери западного крыла.
Дверь была приоткрыта.
Она сделала шаг.
— Я бы не советовал.
Дариан возник из темноты почти бесшумно. В руке он держал лампу.
— Вы умеете пугать людей, — прошептала Алина.
— Вы умеете не слушаться предупреждений.
— Кто играет?
— Никто.
— Я слышала музыку.
— В этом дворце многие слышат то, чего нет.
— А вы?
Он посмотрел на неё.
— Я слышу слишком много.
В этот момент мелодия оборвалась.
Алина почувствовала холод.
— Почему западное крыло закрыто?
— Потому что там опасно.
— В каком смысле?
— В самом обычном.
— Встречаются призраки?
— Иногда.
Она ждала, что Дариан улыбнётся, но он не улыбнулся.
Он протянул руку и осторожно коснулся её локтя.
— Возвращайтесь в комнату.
От его прикосновения по коже пробежала дрожь. Алина подняла взгляд. Между ними осталось всего несколько сантиметров. Она почувствовала запах кедра и горьких цитрусовых.
Дариан первым отвёл глаза.
— Я провожу вас.
После той ночи они стали чаще встречаться.
Дариан показывал ей дворец, хотя делал вид, что выполняет служебные обязанности. Они гуляли по саду, где в вечернем воздухе пахло жасмином. Он рассказывал о старых фонтанах и легендах, но всегда замолкал, когда речь заходила о семье.
— Вы родились здесь? — спросила однажды Алина.
— Да.
— И никогда не уезжали?
— Уезжал. Возвращался.
— Почему?
Дариан долго смотрел на воду.
— Потому что некоторые места держат человека сильнее цепей.
— Дворец?
— Не только он.
Она хотела спросить, что ещё, но не решилась.
Чем больше времени они проводили вместе, тем сильнее Алина ощущала опасность этой близости. Дариан был замкнут, резок с другими и почти всегда насторожен. Но рядом с ней его лицо смягчалось. Он мог внезапно рассказать, что в детстве боялся грозы, или признаться, что любит старые карты, потому что на них мир кажется простым и честным.
Алина тоже начала говорить о себе.
Она рассказала о матери, умершей, когда Алине было пятнадцать. О том, как отец после её смерти стал молчаливым, как годами изучал дворцовые архивы, пытаясь найти сведения о своей семье.
— Ваш отец бывал здесь? — спросил Дариан.
— Да. Почти двадцать лет назад.
Он резко остановился.
— Как его звали?
— Николай Воронцов.
На лице Дариана появилось выражение, которого она раньше не видела: тревога.
— Вы уверены?
— Конечно. Почему?
— Он был историком?
— Да.
— И занимался дворцом?
— Именно поэтому я получила приглашение. В письме сказано, что его исследования здесь не завершены.
Дариан отвернулся.
— Что вам известно?
— Пока ничего.
— Возможно, так будет лучше.
Алина почувствовала раздражение.
— Вы все время говорите загадками. Это ваш способ держать людей на расстоянии?
— Это мой способ не подвергать их опасности.
— Но я уже здесь.
— Именно это меня и беспокоит.
В ту ночь она нашла под дверью ещё одну записку.
«Ваш отец оставил не рукопись. Он оставил обещание. И кто-то должен его выполнить».
Алина отправилась в архив, но обнаружила, что дверь заперта. Ключ обычно хранился у Дариана.
Она нашла его в оранжерее. Он стоял возле высокого окна и держал в руках старый медальон.
— Вы знали моего отца, — сказала Алина.
— Да.
— Почему не сказали?
— Потому что он просил никому не говорить о вас.
— Он знал, что я приеду?
— Надеялся, что вы никогда не приедете.
— Что произошло двадцать лет назад?
Дариан молчал.
Алина приблизилась.
— Я имею право знать.
— Ваш отец приехал сюда вместе с моей матерью.
— С вашей матерью?
— Её звали Лейла. Она была хранительницей дворца. Ваш отец изучал древние записи и помогал ей раскрыть тайну западного крыла.
— Какую тайну?
Дариан сжал медальон.
— Они нашли доказательства, что мой дед, правитель дворца, не погиб во время восстания, как утверждали официальные летописи. Он исчез. Перед исчезновением спрятал документы, подтверждавшие, что трон был передан незаконно.
— Кто захватил власть?
— Мой дядя.
— А ваша мать?
— Она продолжила поиски. В ту ночь, когда они с вашим отцом почти нашли тайник, начался пожар. Мать погибла. Ваш отец исчез на несколько дней, а потом уехал. Он был уверен, что за ним следят.
— Но почему он ничего мне не рассказал?
— Потому что считал, что тайна разрушила жизнь вашей матери. Он хотел защитить вас.
Алина смотрела на Дариана, не в силах поверить.
— И вы всё это время оставались здесь?
— Я должен был узнать правду.
— Ради матери?
— Ради неё. И ради себя.
— А кто теперь управляет дворцом?
Дариан поднял глаза.
— Я.
Алина отступила.
— Вы наследник?
— По крови — да. По закону — нет.
Впервые она поняла, почему он говорил с такой сдержанной гордостью, почему слуги смотрели на него не как на обычного управляющего, а как на человека, которому подчиняются из старой привычки.
— Почему мне прислали приглашение?
— Не я отправлял его.
— Тогда кто?
Он не успел ответить.
В оранжерее погасли все лампы.
Издалека донёсся звук разбитого стекла.
Дариан мгновенно оказался рядом, заслонив Алину собой.
— Что происходит? — прошептала она.
— Они пришли раньше.
— Кто?
— Те, кто не хочет, чтобы мы нашли документы.
Он взял её за руку и повёл к стене, оплетённой виноградом. Нажал на скрытую кнопку. Часть стены бесшумно отъехала, открывая узкий проход.
— Быстрее.
Они спустились по каменной лестнице. Внизу было темно, пахло сыростью и воском. Дариан зажёг факел, и перед ними возник подземный коридор.
— Как вы узнали об этом проходе? — спросила Алина.
— Дворец хранит больше тайн, чем люди.
За стенами слышались приглушённые шаги.
Дариан прижал палец к губам. Они остановились в нише. Алина чувствовала его дыхание возле виска. Его рука лежала у неё на талии, удерживая от движения.
Шаги приблизились.
Кто-то произнёс:
— Найдите её. Девушка должна знать, где рукопись.
Алина замерла.
Дариан напрягся.
— Они думают, что у меня рукопись, — прошептала она.
— У вас она есть.
— Альбом?
— Не просто альбом. Он содержит ключ.
— К чему?
— К тайнику.
Когда шаги стихли, они продолжили путь. Коридор вывел их в круглую комнату. В центре стоял каменный стол, а на стене была изображена карта дворца. Семь башен соединялись линиями, образуя звезду.
Алина достала из кармана альбом.
— Ключ должен быть здесь.
Она разложила страницы. Дариан держал факел, пока она рассматривала рисунки. Внезапно девушка заметила странность: на миниатюре дворца отсутствовала одна башня.
— Башня Семи Ветров, — сказала она. — Её нет на рисунке.
— Она построена позже.
— Нет. Посмотрите.
Алина приложила страницу к карте. Линии совпали, но одна точка оказалась за пределами стены.
— Тайник не во дворце.
— Под башней?
— Под башней.
Снаружи снова послышался шум.
Дариан посмотрел на неё.
— Нам нужно подняться туда до рассвета.
— А если нас поймают?
— Тогда я постараюсь, чтобы поймали сначала меня.
— Не говорите так.
— Почему?
— Потому что я не хочу, чтобы с вами что-то случилось.
Он замолчал.
Факел трепетал между ними, отражаясь в его глазах.
— Алина, вы не понимаете, во что ввязались.
— Тогда объясните.
— Если мы найдём документы, я смогу вернуть себе право на дворец. Но люди, которые охраняют тайну, не остановятся перед убийством.
— Вы думаете, я уеду?
— Я думаю, что вы должны.
— А если я не хочу?
Он подошёл ближе.
— Тогда мне придётся каждый день бояться, что потеряю вас.
Эти слова прозвучали тише шёпота, но сильнее любого признания.
Алина коснулась его лица.
— Вы уже боитесь?
Дариан закрыл глаза.
— С того дня, как увидел вас у ворот.
Она поцеловала его первой.
Поцелуй был коротким, почти осторожным. Но в нём было всё: тревога, надежда, годы одиночества и желание, которое они оба слишком долго скрывали.
Дариан обнял её, притянул к себе. Его губы коснулись её волос, виска, затем снова её губ. Мир вокруг исчез — остались только холодный камень, запах дыма и биение двух сердец.
— Если мы выберемся, — прошептал он, — я попрошу вас остаться.
— А если не выберемся?
— Тогда я всё равно скажу.
На рассвете они добрались до башни.
Подъём оказался почти невозможным: узкая лестница вилась внутри стены, ступени были покрыты пылью. Дариан шёл впереди, проверяя каждый поворот. На самом верху находилась круглая площадка с окнами во все стороны.
Море блестело внизу. Город просыпался, и над крышами поднимались первые струйки дыма.
В центре пола был выложен мозаичный полумесяц.
Алина поставила альбом на камень, и ушла…
