Я знаю про своего зятя то, что моя дочь не должна знать никогда. Двадцать лет назад я был на его месте. Один вечер. Одна ошибка. Я промолчал — и это молчание разрушило наш брак не сразу, а медленно, как ржавчина.
Моя тёща, Маргарита Павловна, была женщиной монументальной. Не в смысле физических габаритов — она как раз отличалась той сухой, подтянутой грацией, которая выдает породу, многолетнюю привычку к пилатесу и железную дисциплину.
Приходит зять к тёще. Суббота, восемь утра. На улице хлещет проливной осенний дождь. На пороге стоит Костя. Вид у него такой, будто он только что пешком пересек пустыню Сахару, отбиваясь от диких койотов.