Чья мысль восторгом угадала,Постигла тайну красоты?Чья кисть, о небо, означалаСии небесные черты? Ты, гений!.. Но любви страданьяЕго сразили. Взор немойВперил он на свое созданьеИ гаснет пламенной душой.
Недвижный страж дремал на царственном пороге,Владыка севера один в своем чертогеБезмолвно бодрствовал, и жребии землиВ увенчанной главе стесненные лежали,Чредою выпадалиИ миру тихую неволю в дар несли, – И делу своему Владыка сам дивился.
Недавно я в часы свободыУстав наездника читалИ даже ясно понималЕго искусные доводы;Узнал я резкие чертыНеподражаемого слога;Но перевертывал листыИ – признаюсь – роптал на бога.
Недавно тихим вечеркомПришел гулять я в рощу нашуИ там у речки под дубкомУвидел спящую Наташу.Вы знаете, мои друзья,К Наташе вдруг подкравшись, яПоцеловал два раза смело,Спокойно девица мояВо сне вздохнула, покраснела;
Недавно бедный музульманВ Юрзуфе жил с детьми, с женою;Душевно почитал священный АлькоранИ счастлив был своей судьбою;Мехмет (так звался он) прилежно целый деньХодил за ульями, за стадомИ за домашним виноградом,Не зная, что такое лень;
Не угрожай ленивцу молодому.Безвременной кончины я не жду.В венке любви к приюту гробовомуНе думав ни о чем, без робких слез иду. Я мало жил, я наслаждался мало…
Не пой, красавица, при мнеТы песен Грузии печальной:Напоминают мне онеДругую жизнь и берег дальный. Увы! напоминают мнеТвои жестокие напевыИ степь, и ночь – и при лунеЧерты далекой, бедной девы…
Не знаю где, но не у нас,Достопочтенный лорд Мидас,С душой посредственной и низкой,Чтоб не упасть дорогой склизкой,Ползком прополз в известный чинИ стал известный господин.
Не дай мне бог сойти с ума.Нет, легче посох и сума;Нет, легче труд и глад.Не то, чтоб разумом моимЯ дорожил; не то, чтоб с нимРасстаться был не рад: Когда б оставили меняНа воле, как бы резво яПустился в темный лес!
– Не видала ль, девица,Коня моего?– Я видала, виделаКоня твоего.– Куда, красна девица,Мой конь пробежал?– Твой конь пробежалНа Дунай реку – _____ Бежал твой конь,Тебя проклинал –Тебя проклинал 1835