Однажды в далёком, удивительном мире, которого нет ни на одной карте, раскинулась страна Канто. Не было в той стране ни городов каменных, ни дорог шумных, а были лишь бескрайние изумрудные луга, таинственные леса, где деревья упирались макушками прямо в облака, и прозрачные реки, вода в которых была сладкой, словно утренняя роса. Это был мир покемонов – удивительных созданий, умеющих дружить, мечтать и творить маленькие чудеса. И жил в этой стране один очень необычный зверёк. Звали его Пикачу.
Наш Пикачу был особенным. У него была мягкая, ярко-жёлтая шубка, пушистая, как одуванчик, длинные чёрные уши с бархатными кончиками и круглые, блестящие глазки-бусинки, в которых всегда плясали озорные искорки. А на щёчках его сияли два алых кружочка – в них, словно в маленьких батарейках, копилось электричество. И когда Пикачу радовался, кружочки эти начинали искриться и потрескивать, рассыпая вокруг крошечные золотистые молнии. Хвост у него был похож на неровную зигзагообразную стрелу, и когда Пикачу бежал, он разрезал им воздух, оставляя за собой едва уловимый запах грозы.
Жил Пикачу не один, а с лучшим другом. Мальчика звали Эш. У него были всклокоченные тёмные волосы, весёлые глаза и кепка с красным козырьком, с которой он не расставался ни днём, ни ночью. Эш мечтал стать величайшим Мастером Покемонов, и ради этой мечты он вместе с Пикачу обошёл полмира. Они не раз выручали друг друга, делили пополам и радость побед, и горечь неудач. Их дружба была крепче самого прочного камня, потому что держалась она не на словах, а на доверии.
Дело было ранней весной. Снег в горах уже растаял, и ручьи, звеня и переливаясь на солнце, несли талую воду в долины. Лес оделся в нежную зелёную дымку. Эш и его друзья, Мисти и Брок, остановились на небольшой уютной поляне, чтобы передохнуть после долгого пути. Вокруг росли дикие яблони, усыпанные бело-розовыми цветами, а в высокой траве стрекотали кузнечики.
«Ну и денёк!» – выдохнул Эш, снимая кепку и вытирая лоб. – «Пикачу, ты как, не устал?»
«Пи-ка-чу!» – бодро отозвался зверёк, взмахнув хвостом. Он совсем не выглядел уставшим. Наоборот, его распирала энергия, и он то и дело подпрыгивал на месте, оставляя на траве крошечные обожжённые следы от электрических разрядов. Ему не терпелось исследовать окрестности, ведь в воздухе пахло чем-то незнакомым и очень интересным.
«Смотри, только далеко не убегай, – предупредил Эш, доставая из рюкзака корм для остальных покемонов. – Мы здесь ненадолго. Как только поедим, сразу отправимся в путь».
Пикачу кивнул головой — его длинные уши смешно качнулись вперёд — и шустро юркнул в высокую траву. Он бежал, подгоняемый любопытством. Трава шелестела, раздвигаясь перед его носом, а солнечные зайчики прыгали по его жёлтой спинке. Вдруг кусты перед ним кончились, и Пикачу оказался на краю небольшого оврага, густо заросшего папоротником. Внизу, на самом дне, что-то слабо мерцало голубоватым светом, и оттуда доносился едва слышный, жалобный писк.
«Пи?» – настороженно принюхался Пикачу. Любопытство боролось в нём с осторожностью. Но жалобный звук повторился, и он, не раздумывая больше ни секунды, ловко спрыгнул вниз, цепляясь коготками за выступающие корни старого дуба.
На дне овражка, под большим листом лопуха, сидел крошечный покемон. Он был похож на пушистый шарик цвета топлёного молока, с розовым носиком и длинными мягкими ушами. Это был Иви. Обычно эти покемоны очень подвижны и любопытны, но этот малыш дрожал, прижавшись к влажной земле. Его правая передняя лапка запуталась в плетях дикой ежевики, а острые колючки больно впивались в нежную шёрстку. Глазки Иви были полны слёз.
«Пика-чу», – мягко и ласково произнёс Пикачу, медленно приближаясь к попавшему в беду собрату. Он говорил на языке покемонов, который понимают все звери, птицы и даже рыбы.
«Помоги мне…» – прошептал Иви. – «Я хотел сорвать самую спелую ягоду и зацепился».
Пикачу внимательно осмотрел колючий куст. Ситуация была непростой. Если просто дёрнуть, колючки вопьются ещё глубже и сделают малышу больно. Нужно было действовать очень аккуратно и ловко. И тут Пикачу вспомнил, чему его учил Эш во время их тренировок: «Сила молнии — не только в разрушении. Её можно направить и сделать очень точной, как иголочку».
Он наклонился над лапкой Иви, и его алые щёчки начали слабо светиться. Маленькие искорки, похожие на светлячков, заплясали в воздухе. Пикачу не стал выпускать мощный и грубый разряд, который мог бы напугать малыша. Вместо этого он сконцентрировался и выпустил крошечную, тоненькую, как паутинка, молнию. Она была настолько точно направлена, что одно за другим пережгла основания нескольких колючек, которые держали лапку крепче всего. Остальные же плети он осторожно раздвинул зубами и лапками.
«Всё, – выдохнул Пикачу. – Больше не шевелись».
Он подлез под лапку Иви и одним ловким движением освободил её. Иви тут же прижал освобождённую лапку к груди и благодарно лизнул Пикачу в нос.
«Спасибо тебе большое! – пропищал он. – Ты такой смелый и сильный! И молния у тебя совсем не страшная, а добрая!»
«Пика-пи», – улыбнулся Пикачу, что означало: «Всегда рад помочь». Он помог Иви выбраться из оврага, и они вместе отправились обратно на поляну, где Эш, Мисти и Брок уже начали волноваться.
«Где ты пропадал?» – воскликнул Эш, увидев выбежавшего из травы друга. – «И кто это с тобой?»
Увидев раненого Иви, Мисти тут же ахнула и достала свою походную аптечку. Она была девочкой с добрым сердцем, хоть иногда и любила поворчать. Она аккуратно промыла ранки на лапке Иви прохладной водой из ручья и смазала их специальной заживляющей мазью из целебных трав, которую всегда носила с собой. Брок, который обожал заботиться обо всех покемонах, предложил малышу немного еды и свежего молока. Иви, ещё никогда не встречавший такой доброты от людей, быстро перестал бояться и с удовольствием принялся за угощение.
«Похоже, он потерялся», – сказал Брок, поглаживая покемона по голове. – «Придётся помочь ему найти дом. В такую пору в лесу ещё холодно по ночам».
Так у Эша и его друзей появилась новая задача. Иви объяснил, что живёт он на большой сияющей поляне далеко отсюда, глубоко в лесу. Он побежал вперед, показывая дорогу, и маленький отряд двинулся следом.
Лес становился всё гуще и таинственнее. Стройные сосны сменились могучими, кряжистыми дубами, кроны которых смыкались высоко над головой, словно зелёный шатёр. Солнечный свет с трудом пробивался сквозь листву, и в воздухе стоял зеленоватый таинственный полумрак. Пахло прелой листвой, мхом и чем-то сладким, похожим на дикий мёд. Вокруг порхали странные светящиеся бабочки-Баттерфри, а из чащи доносился мелодичный перезвон — это пели свои песни лесные Чимчо.
Путь им преградил бурный ручей. Вода в нем после таяния снегов поднялась высоко и неслась с горы с грозным рёвом. Перепрыгнуть его было невозможно, а мостика нигде не было видно.
«Что же делать?» – спросила Мисти, вглядываясь в пенистые водовороты.
Пикачу внимательно посмотрел на другой берег. Там росло толстое, поваленное ветром дерево. Но как перебросить его через поток? Тащить в воде было слишком опасно. И тут Эша осенила идея.
«Пикачу! – позвал он. – Помнишь наш коронный приём? “Стальной Хвост”! Только бить надо не врага, а очень точно по стволу того дерева!»
Пикачу сразу понял замысел друга. Он прищурился, оценивая расстояние, отбежал немного назад для разбега и прыгнул. В прыжке его хвост засиял ослепительным металлическим блеском, став твёрже стали. С криком «Пи-ка-ЧУУУ!» он, кувыркнувшись в воздухе, нанёс удар. Это был ювелирный, выверенный удар. Раздался оглушительный треск. Тяжёлое бревно вздрогнуло, подпрыгнуло и, перевернувшись, аккуратно легло поперёк потока, соединив два берега.
«Отлично, приятель!» – восторженно закричал Эш. Иви, наблюдавший за этим, смотрел на Пикачу с нескрываемым восхищением. Он и подумать не мог, что хвост этого доброго покемона может быть таким полезным и мощным.
Они перешли по импровизированному мосту и вскоре вышли к удивительному месту. Это и была та самая сияющая поляна. Но что-то здесь было не так. Вместо радостного оживления и игр друзей Иви, их встретили тишина и уныние. На поляне тусклым светом мерцали огромные, похожие на колокольчики цветы, которые были домами местных покемонов. Обитатели поляны — ещё несколько Иви, а также их эволюции: грациозные, похожие на русалок Вапореоны, искрящиеся Джолтеоны и пылающие жаром Флареоны — сидели, понурив головы. В центре поляны возвышался исполинский кристалл, от которого раньше исходила энергия дня, согревающая и защищающая всю поляну. Сейчас же кристалл был тускл и едва заметно пульсировал, словно больное сердце.
«Что случилось?» – спросил за всех Брок.
Вперёд выступила старая мудрая Вапореон, чья шёрстка отливала серебром. «Беда пришла в наш дом, – произнесла она печально. – Ещё вчера Кристалл Жизни сиял так ярко, что освещал весь лес. Но сегодня на рассвете в нашу долину спустилась Тень Уныния. Она не имеет тела, это просто чёрный холодный туман, который высасывает весь свет и радость. Наш Кристалл угасает, а у нас больше нет сил, чтобы зажечь его вновь. Если он погаснет совсем, поляна умрёт, и вечная тьма поглотит эти земли».
Пикачу посмотрел на Иви, которого они спасли. Малыш дрожал от страха, прижимаясь к его жёлтому боку. Внутри у Пикачу всё сжалось. Он не мог допустить, чтобы дом его нового друга исчез. Слова мудрой Вапореон напомнили ему одну историю, которую он слышал давным-давно, ещё когда был совсем крошечным Пичу. История гласила, что Кристаллы Жизни питаются не простым электричеством, а чистой радостью, надеждой и крепкой дружбой. Самая сильная молния получается не из злости, а из добрых чувств.
«Пи-ка-чу! Пика-чу пи-ка!» – громко и решительно произнёс Пикачу, обращаясь ко всем собравшимся на поляне. Но понимал его, увы, только Эш. Пикачу подбежал к мальчику и принялся активно жестикулировать, показывая то на кристалл, то на своё сердце, то на грустных покемонов, то на свои щёчки, изображая искры.
Эш, который знал друга с полуслова, нахмурил брови, пытаясь понять. «Ты хочешь сказать… что кристалл можно зарядить заново? Но не простым электричеством, а чем-то другим? Радостью?»
«Пика-пи!» – радостно закивал Пикачу, глаза его загорелись. Он подбежал к первому попавшемуся грустному Иви и принялся его смешить. Он надувал щёки, делал смешные рожицы, кувыркался через голову и пытался поймать собственный хвост. Иви сначала удивлённо хлопал глазами, потом уголки его губ дрогнули в невольной улыбке, и, наконец, он тихонько рассмеялся. В тот же миг крошечная капелька света сорвалась с его шёрстки и полетела в сторону кристалла. Это заметили все.
«Понял!» – закричал Эш. – «Друзья, нам нужно развеселить их! Чем больше радости и смеха будет здесь, тем больше энергии получит кристалл!»
И тут на поляне началось настоящее веселье, которое мог устроить только Эш со своей командой. Он выпустил из покеболов всех своих покемонов. Чармандер, весёлый огненный ящерок, принялся выдувать в небо причудливые фигурки из безопасного розового дыма. Бульбазавр, луковичный покемон, пускал из своей бутончика огромные, переливающиеся всеми цветами радуги мыльные пузыри, которые лопались с забавным хлопком, обдавая всех ароматом весенних цветов. Сквайртл, маленькая черепашка, достал откуда-то свой знаменитый солнцезащитный крем и нарисовал себе на панцире уморительные рожицы, начав забавно пританцовывать.
Пикачу же был в самом центре событий. Он бегал от одного покемона к другому, рассыпая вокруг себя крошечные, совершенно безопасные золотистые искорки смеха. Если кто-то всё ещё хмурился, он подбегал и легонько, как котёнок, бодал его головой или начинал быстро-быстро теребить лапками его уши, пока тот не начинал улыбаться. Особенно ему помогал тот самый спасённый Иви. Малыш, поняв, что его спаситель затеял, прыгал вокруг друзей и рассказывал, какой Пикачу храбрый, как ловко он пережёг колючки своей молнией-паутинкой и как одним ударом хвоста перекинул целое бревно через реку.
«Пи-пи-пи! Чу!» – подбадривал Пикачу грустного Джолтеона, похожего на него самого, только колючего. Он показал ему, как можно играть с солнечным зайчиком. Он наловчился отражать лучи света своим лоснящимся мехом прямо на забавные мордочки, и те начинали жмуриться и хихикать.
С каждым новым смехом, с каждой улыбкой на поляне становилось всё светлее. Покемоны, забыв о Тени Уныния, начинали играть друг с другом. Искры радости, похожие на стайки светлячков, срывались с них и вихрем неслись к Кристаллу Жизни. Тот начал оживать. Сначала в его глубине затеплился робкий огонёк, потом он засиял ярче, ещё ярче, наполняясь силой чистой, незамутнённой дружбы.
И в этот самый момент из чащи леса выползла она — Тень Уныния. Это было действительно похоже на облако чёрного холодного тумана, в котором на мгновение проступали тоскливые, искажённые лица. Тень решила сама уничтожить источник света. Холодом и страхом пахнуло на поляну. Но Пикачу был готов. Он встал прямо перед Кристаллом, преграждая путь тьме. Его маленькое жёлтое тельце казалось тонкой свечой перед надвигающейся лавиной мрака. Но он не боялся. Рядом с ним встал Эш, положив руку ему на плечо. А за спиной Пикачу встали все покемоны поляны — и маленькие Иви, и грациозные Вапореоны, и стремительные Джолтеоны, и горячие Флареоны. Они больше не были одиноки.
«Давай, Пикачу! – крикнул Эш. – Грозовой Шар! Всю нашу энергию — в него!»
Пикачу прижал уши, зажмурился и начал собирать всю-всю радость, которую он чувствовал. Он вспомнил, как впервые встретил Эша, как они не поладили вначале, но потом стали друзьями. Вспомнил их первую победу, первую общую радугу после дождя, вкус кетчупа, который он так любил, каждую улыбку друга. Вся эта энергия, умноженная на свет ожившего Кристалла, потекла к его щёчкам. Они засияли не красным, а ослепительно белым светом. Хвост его заискрился, а от шёрстки во все стороны полетели золотые молнии.
Он подпрыгнул высоко в воздух, свернувшись в клубок, и из него вырвался шар чистейшего электрического света, размерами и яркостью похожий на маленькое солнце. Это был не просто Громовой Шар — это был Сгусток Дружбы. Он не взорвался, не разрушил. Вместо этого он, словно живое сердце, полетел прямо в самую сердцевину Тени Уныния.
И тьма не смогла выдержать такого сияния. Чёрный туман не рассеялся — он преобразился. Под воздействием света обиды, страхи и печали, из которых он состоял, растаяли, словно лёд под весенним солнцем. На миг всем показалось, что в воздухе закружились мириады крошечных хрустальных слезинок, которые, упав на землю, проросли небывалыми, сверкающими цветами. Тень исчезла, растворившись без следа. Вместо неё над поляной зажглась великолепная, яркая радуга.
Кристалл Жизни вспыхнул с новой силой, заливая всё вокруг тёплым, ласковым светом, который был ярче прежнего. Деревья вокруг весело зашумели листвой, и даже цветы, казалось, засияли изнутри.
«Пика-Пика-Чу!» – раздался со всех сторон радостный хор. Жители поляны окружили своего спасителя. Они прыгали, танцевали и пели песни, благодаря Эша и его покемонов. Спасённый маленький Иви подбежал к Пикачу и протянул ему лапку, на которой красовался венок, сплетённый из самых красивых полевых цветов.
«Носи его. Ты теперь – Хранитель Света нашей поляны, – торжественно произнёс он. – И я обещаю, что тоже стану таким же сильным и добрым, как ты».
Пикачу растроганно погладил малыша по голове и надел венок. Эш стоял рядом и улыбался. «Ну что, дружище, пора в путь. Нас ждут новые приключения», – сказал он.
Вся поляна вышла провожать героев. Старая Вапореон поклонилась им вслед. А когда Эш и его друзья отошли уже достаточно далеко и обернулись, они увидели, что Кристалл пульсирует в такт их уходящим шагам, а ветер доносит до них тихое и нежное: «Пика-чу…» Это лесные цветы, раскрывшиеся после ухода Тьмы, тихонько повторяли имя покемона, который научил их, что самая большая сила на свете — это доброе сердце и искренняя дружба.
С тех пор в лесах Канто часто рассказывают сказку о жёлтом зверьке с алыми щёчками, который смог прогнать саму Тьму не громом и молниями, а смехом, заботой и любовью, напомнив всем, что даже самая маленькая искорка радости способна победить великое уныние, если рядом — настоящие друзья.
