Старая железнодорожная станция «Маяк» была закрыта больше двадцати лет назад. Люди говорили, что по ночам там слышны шаги и детский смех. Никто не решался проверить эти слухи… пока однажды молодой журналист Артём не приехал туда ради статьи.

В этом доме тишина никогда не была признаком покоя. Она была хищником, затаившим дыхание. Когда половицы переставали скрипеть, начинало звучать то, чему нет названия в языке живых — мерный, сухой стук

Оно не двигалось, когда я смотрел на него. Но каждый раз, когда я моргал, расстояние между нами сокращалось на толщину человеческого волоса. В пустом доме, где не должно было быть ни души, я начал слышать

Когда Марина Соколова переехала в старый дом на окраине города, соседи предупреждали её: этот дом не пустует. Он ждёт. Он помнит всех, кто когда-либо жил в нём — и не отпускает никого навсегда.

Когда Марина открыла дверь старого дома, она почувствовала не холод и не страх — она почувствовала, что дом узнал её. И это было страшнее всего.