Умолкну скоро я!.. Но если в день печалиЗадумчивой игрой мне струны отвечали;Но если юноши, внимая молча мне,Дивились долгому любви моей мученью:Но если ты сама, предавшись умиленью,Печальные стихи твердила

Сижу за решеткой в темнице сырой.Вскормленный в неволе орел молодой.Мой грустный товарищ, махая крылом,Кровавую пищу клюет под окном, Клюет, и бросает, и смотрит в окно,Как будто со мною задумал одно.

Блажен, кто в отдаленной сени,Вдали взыскательных невежд,Дни делит меж трудов и лени,Воспоминаний и надежд;Кому Судьба друзей послала,Кто скрыт, по милости Творца,От усыпителя глупца,От пробудителя нахала.

Угрюмых тройка есть певцов –Шихматов, Шаховской, Шишков,Уму есть тройка супостатов –Шишков наш, Шаховской, Шихматов,Но кто глупей из тройки злой?Шишков, Шихматов, Шаховской! 1815

Увы! Язык любви болтливый,Язык неполный и простой,Своею прозой нерадивойТебе докучен, ангел мой.Но сладок уху милой девыЧестолюбивый Аполлон.Ей милы мерные напевы,Ей сладок рифмы гордый звон.

Увы! за чем она блистаетМинутной, нежной красотой?Она приметно увядаетВо цвете юности живой…Увянет! Жизнью молодоюНе долго наслаждаться ей;Не долго радовать собоюСчастливый круг семьи своей,Беспечной

У Кларисы денег мало,Ты богат – иди к венцу:И богатство ей пристало,И рога тебе к лицу. 1822

Ты богат, я очень беден;Ты прозаик, я поэт;Ты румян, как маков цвет,Я как смерть и тощ, и бледен.Не имея в век забот,Ты живешь в огромном доме;Я ж средь горя и хлопотПровожу дни на соломе.

Пустое вы сердечным тыОна обмолвясь заменила,И все счастливые мечтыВ душе влюбленной возбудила.Пред ней задумчиво стою,Свести очей с нее нет силы;И говорю ей: как вы милы!И мыслю: как тебя люблю! 1828

Ты вянешь и молчишь: печаль тебя снедает:На девственных устах улыбка замирает.Давно твоей иглой узоры и цветыНе оживлялися. Безмолвно любишь тыГрустить. О, я знаток в девической печали;