Мы с котом заключили негласный союз против мужа, чтобы отвоевать лучшее место на диване

Глава 1. Диван, который разделил нашу семью

Если бы десять лет назад мне сказали, что однажды я вступлю в тайный сговор с котом против собственного мужа, я бы рассмеялась этому человеку в лицо. Возможно, даже предложила бы ему обратиться к специалисту, потому что нормальные люди, как мне казалось, не делят территорию в собственной гостиной с домашними животными.

Но жизнь любит преподносить сюрпризы.

Особенно когда в ней появляются мужчина, женщина, старый диван и кот по имени Барсик, который считает себя полноправным владельцем всего имущества, включая холодильник, кровать и мою нервную систему.

Началось всё совершенно невинно.

Мы с мужем, которого зовут Андрей, купили диван пять лет назад. Выбирали долго, придирчиво и с размахом, достойным покупки загородного дома. Пересмотрели десятки моделей, переспорили из-за цвета обивки, проверили мягкость всех сидений в трёх мебельных магазинах и в итоге остановились на огромном угловом диване цвета тёмного шоколада.

Андрей называл его «нашим семейным гнёздышком».

Я называла его «местом, где наконец можно вытянуть ноги».

Барсик, которого мы завели через полгода после покупки дивана, сразу обозначил свою позицию: вся мебель принадлежит ему, а люди могут пользоваться ею по предварительной договорённости.

Сам диван кот одобрил безоговорочно.

Особенно его правую часть, возле окна. Там находилась широкая подушка, за спинкой которой прятался небольшой выступ, а сбоку стоял торшер с тёплым светом. Если вечером положить рядом плед, получалось идеальное место для чтения, просмотра сериалов и уютного безделья.

Я обожала этот угол.

Андрей тоже.

В чём, собственно, и заключалась проблема.

Поначалу мы как-то умудрялись договариваться. Если я приходила с работы раньше, занимала диван первой. Если Андрей возвращался раньше, он устраивался у окна, а я садилась рядом. Иногда мы менялись местами, иногда вместе смотрели фильмы, а иногда каждый лежал на своей половине и изображал бурную интеллектуальную деятельность в телефоне.

Но постепенно Андрей стал занимать лучшее место всё чаще.

Сначала он делал это по выходным. Потом после работы. Затем выяснилось, что его любимое положение на диване настолько точно совпадает с моим, что свободного места возле окна будто больше не существовало.

— Андрей, подвинься, пожалуйста.

— Куда?

— Чуть-чуть.

— Я и так сижу на краю.

Это была наглая ложь. Муж занимал почти две трети дивана, вытянув ноги, словно пытался освоить новую планету.

— Ты можешь сесть немного левее?

— Там неудобно.

— А мне, значит, удобно сидеть на подлокотнике?

— Ну ты же ненадолго.

«Ненадолго» превращалось в три часа.

Я приносила чай, устраивалась рядом и обнаруживала, что моя чашка стоит на единственной доступной поверхности, а мои колени упираются в мужские ступни.

Когда я пыталась осторожно отодвинуть его ноги, Андрей вздыхал так, будто я сорвала важнейшие международные переговоры.

— Ну что опять?

— Ничего.

— У тебя лицо такое, словно я украл у тебя последнюю пенсию.

— Ты украл у меня диван.

— Наш диван.

Именно тогда я поняла, что дело серьёзное.

В доме начиналась территориальная война.

И, как выяснилось позднее, у меня уже был потенциальный союзник.

Он спал на подоконнике, облизывал лапу и смотрел на происходящее с выражением существа, которое давно предупреждало человечество о последствиях его глупости.

Барсик.

Мой будущий соратник.

Мой стратег.

Мой пушистый генерал.

Правда, в тот момент я ещё не подозревала, что этот генерал готов продать меня за кусочек курицы.

Но об этом позже.

Глава 2. Барсик тоже был недоволен

Барсик появился в нашей семье из приюта. Маленький, полосатый, с белыми носочками и глазами цвета зелёного стекла, он выглядел существом кротким и слегка испуганным.

Это впечатление продержалось ровно два дня.

На третий день кот освоился, залез на кухонный стол, стащил сосиску и посмотрел на меня так, словно это я нарушила наши договорённости.

Через неделю он уже руководил распорядком дня всей семьи.

В шесть утра Барсик будил меня, потому что у него заканчивалась еда, хотя миска была полной. В восемь он требовал открыть дверь в комнату, чтобы через минуту потребовать выпустить его обратно. Днём спал, а вечером внезапно вспоминал, что является хищником, и начинал охотиться на мои тапочки.

Но диван был его настоящей страстью.

Он обожал устраиваться возле окна и часами наблюдать за дворовыми птицами. Иногда кот смотрел в одну точку с такой сосредоточенностью, что я начинала подозревать наличие там тайного портала в другое измерение.

Андрей относился к этим занятиям с уважением.

— Смотри, как Барсик сосредоточен, — говорил он. — Настоящий охотник.

Я однажды спросила, почему настоящий охотник не ловит собственную игрушечную мышь, лежащую прямо перед носом.

— Это другое, — ответил муж. — У него стратегия.

Надо же.

Оказывается, у нашего кота была стратегия.

И у меня, между прочим, тоже начала появляться.

Первый тревожный сигнал прозвучал в субботу вечером.

Я пришла в гостиную с чашкой чая и любимой книгой. Андрей уже лежал на диване у окна. На его груди спал Барсик.

— Андрей, подвинься.

— Не могу.

— Почему?

— Барсик спит.

— А ты?

— Я тоже отдыхаю.

— Отлично. А мне, значит, предлагается стоять до утра?

Муж приоткрыл один глаз.

— Сядь в кресло.

Я посмотрела на кресло.

Кресло было маленьким, неудобным и стояло так, что телевизор приходилось смотреть под углом, от которого через двадцать минут начинала болеть шея.

— Я хочу на диван.

— Тогда разбуди кота.

Я посмотрела на Барсика.

Кот мирно дышал, положив лапу на футболку Андрея. Его мордочка выражала абсолютное блаженство. Усы слегка подрагивали, а кончик хвоста иногда взмахивал в такт невидимой музыке.

Разбудить его?

У меня просто не поднялась рука.

К тому же я знала, что последствия будут ужасными. Барсик проснётся, недовольно мяукнет, спрыгнет с дивана, а потом всю ночь будет носиться по квартире, мстя за нарушение его законного отдыха.

Я села в кресло.

Через десять минут Андрей уснул окончательно.

Барсик тоже.

Я посмотрела на них и почувствовала, как во мне просыпается нечто тёмное.

Не ненависть.

Не ревность.

А обыкновенная женская обида на несправедливое распределение мягкой мебели.

— Ну хорошо, — прошептала я. — Посмотрим, кто кого.

Барсик открыл один глаз.

Я поклялась бы, что он меня понял.

Он медленно моргнул, потянулся, повернулся на бок и продолжил спать.

Но с этого момента между нами возникла связь.

Не дружба.

Пока ещё нет.

Скорее взаимное признание интересов.

Мы оба хотели одного и того же.

Лучшего места на диване.

И оба знали, кто мешает нам его получить.

Глава 3. Переговоры с полосатым генералом

С любым серьёзным проектом нужно начинать с анализа ситуации.

Поэтому на следующий день я провела наблюдение.

Я приготовила кофе, взяла блокнот и села за кухонный стол. Передо мной лежал список преимуществ и недостатков моего главного противника.

Объект наблюдения: Андрей.

Преимущества: сильные руки, длинные ноги, способность засыпать за две минуты, абсолютная уверенность в своей правоте.

Недостатки: любит перекусывать на диване, часто отвлекается на телефон, не умеет сопротивляться коту, когда тот начинает мурлыкать.

Последний пункт показался мне особенно интересным.

Я перевела взгляд на Барсика.

Он сидел напротив и умывался.

— Нам нужно поговорить, — сказала я.

Кот продолжил умываться.

— Барсик.

Он поднял голову.

— Ты ведь тоже заметил, что Андрей занимает наше место?

Кот зевнул.

— Я понимаю, что ты не любишь вмешиваться в человеческие дела. Но здесь речь идёт о принципиальном вопросе.

Барсик поставил лапу на край стола.

Я решила, что это знак согласия.

— Вот и отлично. Давай договоримся. Я буду обеспечивать тебя вкусными угощениями, расчёсывать, играть с тобой и иногда разрешать спать у меня на подушке. А ты поможешь мне отвоевать диван.

Кот посмотрел на меня долгим, задумчивым взглядом.

Затем спрыгнул со стола и направился к миске.

Переговоры были завершены.

Судя по всему, он требовал предоплату.

Я выдала ему кусочек варёной курицы.

Барсик съел его, вылизал усы и направился в гостиную. Там он запрыгнул на диван, несколько раз обошёл свою любимую подушку, громко замурлыкал и улёгся прямо посередине.

Я улыбнулась.

Первый этап операции прошёл успешно.

В тот вечер Андрей пришёл с работы, переоделся, взял пульт и направился к дивану.

— Эй, Барсик! Подвинься.

Кот не отреагировал.

— Барсик, я хочу сесть.

Никакой реакции.

Муж осторожно попытался подвинуть кота.

Барсик вдруг перевернулся на спину, вытянул все четыре лапы и издал звук, который можно было бы перевести примерно так: «Не смейте нарушать покой короля».

— Ну ты посмотри на него! — возмутился Андрей. — Совсем обнаглел.

— Он просто устал, — заметила я.

— От чего? Он весь день спал!

— Эмоциональная нагрузка. Охота на голубей через окно — непростое дело.

Андрей посмотрел на меня.

Я изобразила невинность.

Он попытался осторожно устроиться рядом. Барсик мгновенно вытянулся поперёк сиденья, перекрыв оставшееся пространство.

Муж вздохнул и сел в кресло.

Я едва не захлопала в ладоши.

Первая победа.

Вечером я легла спать с чувством глубокого морального удовлетворения. Мне казалось, что я нашла идеального союзника.

Наивная.

Я ещё не знала, что у любого кота есть два главных жизненных принципа: комфорт и еда.

А человеческие договорённости занимают в этом списке довольно скромное место.

Глава 4. Операция «Пушистый заслон»

На следующей неделе наш негласный союз перешёл в активную фазу.

Я разработала целую систему мероприятий.

Во-первых, Барсик должен был занимать диван до прихода Андрея.

Во-вторых, если муж пытался его сдвинуть, кот должен был изображать максимальное недовольство.

В-третьих, я обязалась обеспечивать союзника ресурсами.

Под ресурсами подразумевались курица, специальные лакомства и ежедневные сеансы почёсывания за ухом.

Я называла это стратегическим сотрудничеством.

Андрей называл это избалованностью.

— Почему кот опять лежит на моём месте? — спросил он однажды вечером.

— На твоём?

— Да. Я каждый день там сижу.

— Странно. Я думала, диван общий.

— Диван общий, но у меня есть любимое место.

Я посмотрела на него с видом человека, который только что услышал признание в преступлении.

— Значит, у тебя есть любимое место, а у Барсика нет?

— У него весь диван любимый!

— Вот именно. Он не ограничивает тебя одним местом.

Муж открыл рот, потом закрыл.

Он явно хотел возразить, но не нашёл подходящего аргумента.

Барсик тем временем внимательно наблюдал за ним, сидя на спинке дивана.

Я заметила, что кот начинает понимать преимущества своего положения.

Он научился занимать не просто диван, а конкретную точку, откуда мог контролировать всю гостиную. Если Андрей садился в кресло, Барсик свешивал лапу и смотрел на него сверху вниз.

Если муж пытался устроиться на краю дивана, кот медленно вытягивался в его сторону.

Если Андрей приносил плед, Барсик немедленно залезал под него, оставляя хозяину лишь небольшой уголок.

Однажды муж попытался провести контратаку.

Он купил огромную кошачью лежанку, мягкую, с высокими бортиками и искусственным мехом.

— Вот, Барсик! — торжественно объявил он. — Теперь у тебя будет своё место.

Кот подошёл к лежанке, понюхал её и ушёл.

Через минуту он запрыгнул на диван и лёг на мою книгу.

Андрей выглядел оскорблённым.

— Ты посмотри! Я ему кровать купил!

— Он предпочитает натуральные материалы, — объяснила я.

— Там искусственный мех!

— Вот именно.

— Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно.

Андрей забрал лежанку и поставил её рядом с диваном.

Барсик тут же переехал туда только для того, чтобы через несколько секунд вернуться обратно на мягкую подушку.

Мы оба наблюдали за ним.

— Знаешь, — сказал Андрей, — иногда мне кажется, что наш кот специально издевается над нами.

Я медленно отпила чай.

— Иногда?

Муж посмотрел на меня подозрительно.

Но я уже давно умела сохранять лицо в критических обстоятельствах.

Особенно когда знала, что операция развивается по плану.

Глава 5. Когда союзник требует повышения

Проблемы начались в пятницу.

Я пришла с работы уставшая, мечтая только о горячем чае, тёплом пледе и своём любимом углу дивана.

Андрей должен был задержаться в офисе.

Идеальные обстоятельства.

Я переоделась, заварила чай, выключила верхний свет и включила торшер. Всё было готово для заслуженного отдыха.

Оставалось только занять место.

Но Барсик уже лежал там.

Не просто лежал.

Он расположился по диагонали, вытянув задние лапы на моей подушке, передние — на подлокотнике, а голову положил на сложенный плед.

Он выглядел как богатый аристократ, который случайно приобрёл небольшую человеческую семью в качестве домашних питомцев.

— Барсик, подвинься.

Кот приоткрыл один глаз.

— Ну пожалуйста.

Он медленно закрыл глаза.

Я вздохнула и попыталась аккуратно устроиться рядом.

Барсик тут же перевернулся, выставив живот.

Это был хитрый манёвр.

Я прекрасно знала, что коты не любят, когда их трогают за живот. Это ловушка, способная закончиться царапиной и обиженным взглядом.

Но Барсик почему-то был уверен, что я всё равно попадусь.

И я попалась.

Я машинально почесала ему живот, после чего кот мгновенно схватил мою руку передними лапами и начал изображать охоту.

— Ах ты маленький предатель!

Он выпустил когти.

Я отдёрнула руку.

Барсик невозмутимо перевернулся на бок и снова занял всю подушку.

В этот момент я впервые усомнилась в нашем соглашении.

Он получал курицу, комфорт и развлечения.

А что получала я?

Ничего.

Даже диван постепенно исчезал из моей жизни.

Когда вернулся Андрей, я сидела в кресле с чашкой чая, а Барсик спал на моей подушке.

Муж посмотрел на меня, потом на кота.

— Не получилось?

— Это временная заминка.

— Конечно.

Он сел рядом со мной в кресло, поставил чашку на журнальный столик и вздохнул.

— Слушай, а тебе не кажется, что Барсик немного…

— Немного что?

— Ну… манипулирует нами?

Я медленно повернулась к нему.

— Андрей, это кот.

— Именно. И он почему-то всегда добивается того, чего хочет.

— Потому что он милый.

— Я тоже могу быть милым.

— Ты вчера оставил грязную кружку на подоконнике.

— Это не имеет отношения к делу.

— И носки возле дивана.

— Я их убрал!

— Через два дня.

Муж замолчал.

Барсик открыл глаза, посмотрел на нас и зевнул.

Затем положил лапу на мою книгу.

Я поняла, что кот окончательно вышел из-под контроля.

Наш союз нуждался в пересмотре.

И, возможно, в новом командовании.

Глава 6. Предательство на четырёх лапах

Кризис наступил в воскресенье.

Мы с Андреем собирались смотреть новый сериал. Я приготовила попкорн, заварила чай, принесла плед и даже заранее освободила журнальный столик от книг и журналов.

Барсик сидел в дверях гостиной и наблюдал за подготовкой.

Я была уверена, что он займёт привычное место возле окна. Андрей, вероятно, сядет рядом. Мы посмотрим две серии, посмеёмся над героями и забудем о диванной войне.

Но едва мы устроились, кот подошёл к мужу и громко мяукнул.

— Что, дружок? — спросил Андрей.

Барсик потёрся о его ногу.

Затем запрыгнул ему на колени.

И замурлыкал.

Я застыла с чашкой в руках.

Такого не было никогда.

Барсик любил Андрея, конечно. Иногда спал возле его ног, встречал у двери и даже позволял чесать себя за ухом. Но столь демонстративных проявлений привязанности кот обычно не допускал.

А теперь он лежал на коленях моего мужа, положив голову ему на руку, и выглядел совершенно счастливым.

Андрей сиял.

— Ты только посмотри! Он сам ко мне пришёл!

— Я вижу.

— Наверное, понял, что я его хозяин.

Я чуть не подавилась чаем.

— Хозяин?

— Ну да. Кормлю его, играю с ним, забочусь.

— Кто покупает ему лакомства?

— Ты.

— Кто чистит лоток?

— Обычно ты.

— Кто возит его к ветеринару?

— Ты.

— Кто три ночи подряд сидел с ним, когда он отравился комнатным растением?

Андрей задумался.

— Ты.

— И кто, по-твоему, хозяин?

Муж посмотрел на кота.

— Тот, кому он позволяет быть хозяином.

Это было настолько неожиданно, что я на секунду забыла об обиде.

Барсик замурлыкал громче.

Андрей погладил его по спине.

— Хороший мальчик.

Кот прикрыл глаза.

Я почувствовала себя преданной.

Не просто преданной.

Использованной.

Все эти дни я снабжала Барсика лакомствами, обеспечивала ему стратегические преимущества и защищала его право на диван. А он переметнулся к врагу при первой же возможности.

— Значит, так, — прошептала я.

Андрей поднял голову.

— Что?

— Ничего.

Я встала, взяла плед и ушла в спальню.

Через несколько минут муж заглянул ко мне.

— Ты чего обиделась?

— Я не обиделась.

— У тебя лицо человека, который собирается продать дом и уехать в другую страну.

— Всё нормально.

— Это из-за кота?

Я посмотрела на него.

— Нет, Андрей. Это из-за того, что я наконец поняла одну важную вещь.

— Какую?

— В этой семье нельзя доверять никому, у кого четыре лапы и усы.

Он рассмеялся.

Я не рассмеялась.

Но когда дверь закрылась, всё-таки улыбнулась.

Потому что у меня появилась новая идея.

Если Барсик выбрал сторону Андрея, значит, мне нужно было изменить правила игры.

Не бороться за кота.

Не пытаться купить его расположение.

А предложить ему нечто более ценное.

То, чего Андрей никогда не сможет дать.

Полную свободу спать там, где хочется, не подвергаясь нравоучениям.

Включая мою сторону дивана.

Глава 7. Контрнаступление

На следующее утро я провела реорганизацию.

Сначала перенесла Барсикову лежанку из гостиной в спальню. Затем положила на диван мягкий плед, который кот особенно любил. Рядом поставила небольшую подушку с его запахом.

После этого я открыла окно на несколько минут, чтобы в комнате появился привычный запах улицы.

Барсик наблюдал за мной с подоконника.

— Видишь, — сказала я, — я не собираюсь ограничивать твою свободу. Ты можешь спать на диване, в кресле, на кровати или в корзине для белья. Я не буду тебе мешать.

Кот медленно моргнул.

— Но у меня есть одно условие.

Он насторожил уши.

— Когда Андрей займёт моё место, ты должен просто лечь рядом. Не поперёк, не по диагонали и не на моей голове. Просто рядом.

Барсик зевнул.

Я решила, что он согласен.

Вечером план сработал неожиданно хорошо.

Андрей пришёл домой, поужинал и направился к дивану. Он собирался занять привычное место у окна, но Барсик уже лежал там, свернувшись аккуратным клубком.

Муж посмотрел на кота.

— Опять?

Барсик даже ухом не повёл.

Андрей осторожно сел рядом.

И тут кот сделал то, чего я от него совершенно не ожидала.

Он поднялся, потянулся, обошёл мужа и улёгся на его колени.

Андрей просиял.

— Вот! Вот это я понимаю!

Я закатила глаза.

Но затем Барсик протянул лапу к моему пледу и потянул его на себя.

Я села с другой стороны.

Кот лежал между нами.

Впервые за несколько недель у меня появилось достаточно места, чтобы вытянуть ноги.

Я посмотрела на Барсика.

Он посмотрел на меня.

В его зелёных глазах я увидела не предательство и не раскаяние.

Там было нечто другое.

Холодный расчёт.

Барсик понял, что может получить всё сразу: внимание Андрея, мой плед и удобное место посередине дивана.

И, разумеется, лакомства от обоих.

Он не выбирал сторону.

Он создавал собственную империю.

Я тихо выдохнула.

— Ну ты и хитрый…

— Что ты сказала? — спросил Андрей.

— Говорю, какой у нас умный кот.

— Вот именно!

Муж почесал Барсика за ухом.

Кот замурлыкал.

Я тоже почесала его.

Он замурлыкал ещё громче.

И тут я поняла, что наш конфликт достиг новой стадии.

Теперь мы с Андреем конкурировали за расположение кота.

А Барсик беззастенчиво пользовался ситуацией.

На следующее утро он получил две порции завтрака, потому что мы оба были уверены, что второй человек ещё не покормил его.

К полудню Барсик спал в моей корзине для белья.

К вечеру потребовал открыть шкаф, чтобы через минуту потребовать закрыть его.

А ночью, когда мы уже легли спать, кот пришёл к Андрею, сел ему на грудь и начал громко мурлыкать.

— Видишь? — сонно сказал муж. — Он меня любит.

Я перевернулась на другой бок.

— Конечно. Особенно после второй порции корма.

— Что?

— Спи, дорогой.

В этот момент Барсик повернул голову в мою сторону.

Он смотрел на меня несколько секунд.

А потом медленно моргнул.

Я поняла, что проиграла.

Но не окончательно.

Ведь у меня оставался последний козырь.

Глава 8. Великая диванная битва

Через месяц после начала нашей войны произошло событие, которое навсегда вошло в семейную историю.

В субботу мы с Андреем решили переставить мебель.

Причина была проста: муж прочитал в интернете, что правильно организованное пространство улучшает настроение и повышает продуктивность.

Я не стала напоминать ему, что он читает подобные советы исключительно тогда, когда хочет передвинуть что-нибудь тяжёлое.

Мы отодвинули журнальный столик, развернули диван и поменяли местами два кресла. Барсик наблюдал за происходящим с верхней полки шкафа.

Когда работа закончилась, гостиная преобразилась.

Диван теперь стоял напротив окна. Свет падал на него под таким углом, что даже старая обивка выглядела почти новой. Возле правого подлокотника образовалось идеальное пространство для пледа, а торшер оказался рядом с тем местом, где я обычно любила читать.

Я обрадовалась.

Андрей тоже.

Мы одновременно направились к дивану.

И одновременно остановились.

Потому что на самом лучшем месте уже лежал Барсик.

Он растянулся на подушке, вытянул лапы и закрыл глаза.

— Нет, — тихо сказала я.

— Да ладно, — пробормотал Андрей.

Кот не реагировал.

Мы переглянулись.

Впервые за всю историю нашей войны мы смотрели друг на друга не как противники, а как люди, столкнувшиеся с общей бедой.

— Надо его подвинуть, — сказала я.

— Самого?

— Нет, вызвать грузчиков.

Андрей усмехнулся.

Мы осторожно подошли к дивану.

Я взяла кота на руки.

Барсик открыл глаза, посмотрел на меня и издал возмущённое «мяу», которое можно было услышать даже за стеной.

— Прости, дружок, — сказала я. — Нам нужно сесть.

Муж приготовился занять место.

Но в этот момент Барсик вывернулся у меня из рук, одним прыжком оказался на спинке дивана и оттуда прыгнул прямо Андрею на плечи.

Муж вскрикнул.

Кот зацепился когтями за футболку, развернулся и перепрыгнул на торшер.

Торшер покачнулся.

Андрей бросился его ловить.

Я схватила диванную подушку.

Подушка выскользнула из рук и ударила мужа по спине.

— Ты что делаешь?!

— Спасаю торшер!

— Ты меня подушкой ударила!

— Случайно!

Барсик тем временем спрыгнул на столик, оттуда — на кресло, а затем вернулся на диван и занял первоначальное место.

Он посмотрел на нас.

Мы стояли посреди гостиной, тяжело дыша, с растрёпанными волосами и выражениями лиц людей, переживших небольшую гражданскую войну.

Кот зевнул.

И улёгся спать.

Наступила тишина.

А потом Андрей начал смеяться.

Сначала тихо, потом всё громче. Я пыталась сохранять серьёзность, но, взглянув на собственную футболку, обнаружила на ней след кошачьей лапы и какую-то странную полоску от диванной подушки.

Я тоже рассмеялась.

Мы смеялись так долго, что Барсик наконец открыл один глаз и посмотрел на нас с выражением глубокого неодобрения.

— Знаешь, — сказал Андрей, вытирая слёзы, — кажется, нам пора признать поражение.

— Кому?

Он показал на кота.

Барсик в этот момент перевернулся на спину.

— Никогда, — ответила я.

Но сама уже понимала, что война проиграна.

Осталось только договориться о перемирии.

Глава 9. Мирный договор

Вечером того же дня я предложила Андрею обсудить ситуацию.

Мы сели за кухонный стол. Барсик устроился на подоконнике и делал вид, что его совершенно не интересуют человеческие проблемы.

— Давай будем честными, — начала я. — Мы оба хотим сидеть на диване у окна.

— Согласен.

— И оба считаем, что имеем на это право.

— Тоже согласен.

— Но Барсик считает, что диван принадлежит ему.

Андрей посмотрел на кота.

— Он, конечно, не прав.

Барсик зевнул.

— Абсолютно, — сказала я. — Поэтому предлагаю установить график.

— График?

— Да. В будни мы чередуемся. В выходные занимаем места по договорённости. Если кто-то хочет лечь, второй уступает ему часть дивана. Барсик может лежать где угодно, но не должен занимать всё пространство.

Андрей задумался.

— А если он откажется соблюдать правила?

— Тогда нам придётся признать, что мы живём с маленьким пушистым диктатором.

— Мы это уже признали.

Я протянула руку.

— Мир?

Он пожал её.

— Мир.

Мы торжественно закрепили договорённость рукопожатием.

В этот момент Барсик спрыгнул с подоконника, подошёл к столу и поставил передние лапы на моё колено.

Он мяукнул.

— Что тебе? — спросил Андрей.

Кот посмотрел на меня.

Потом на Андрея.

Потом снова на меня.

И направился к миске.

Мы оба одновременно поднялись.

— Я покормлю, — сказал Андрей.

— Нет, сегодня моя очередь.

— Ты вчера кормила.

— А ты позавчера дал ему двойную порцию.

— Он был голодный!

— У него была полная миска!

Андрей замолчал.

Мы посмотрели на кота.

Барсик сидел возле миски и терпеливо ждал.

Он снова победил.

Только теперь победа не вызвала у меня раздражения.

Я вдруг поняла, что наша диванная война никогда не была по-настоящему войной за диван.

Она была о другом.

О том, что я устала после работы и хотела иметь собственное место, где никто не будет просить подвинуться. О том, что Андрей хотел отдыхать так, как ему удобно, и не замечал, что его удобство иногда создаёт неудобство для меня. О том, что мы оба привыкли считать собственные потребности очевидными, а чужие — чем-то, что можно отложить на потом.

И ещё о том, что иногда гораздо проще поссориться из-за подушки, чем честно сказать:

«Мне тоже хочется немного внимания».

Я посмотрела на мужа.

— Андрей?

— Да?

— А давай купим второй диван.

Он долго молчал.

— Ты серьёзно?

— Совершенно.

— И поставим в другой комнате?

— Нет. В гостиной.

Он представил картину.

Два дивана, два пледа, два торшера и один кот, который будет спать на обоих одновременно.

— Знаешь, — сказал Андрей, — идея хорошая. Но Барсик всё равно займёт лучший.

— Тогда купим третий.

Муж расхохотался.

Барсик поднял голову.

Он явно не одобрял наши планы по увеличению территории, поскольку прекрасно понимал: чем больше мебели, тем больше работы по её охране.

Вечером мы впервые за долгое время сели на диван без споров.

Я заняла место у окна.

Андрей расположился рядом, оставив достаточно пространства для моих ног.

Барсик устроился между нами.

Через пять минут он растянулся во всю длину, вытянул лапы в одну сторону, хвост — в другую и перекрыл нам половину дивана.

Мы посмотрели на него.

Потом друг на друга.

— Знаешь, — прошептала я, — мне кажется, он просто не хочет, чтобы мы были слишком близко.

— Почему?

— Ревнивый.

Андрей осторожно погладил кота.

— Не переживай, дружок. Мы тебя всё равно любим.

Барсик замурлыкал.

Я откинулась на спинку дивана.

Впервые за долгое время мне было действительно хорошо.

Не потому, что я победила.

И даже не потому, что наконец получила своё место.

А потому, что мы перестали воевать за каждую подушку.

Хотя, если честно, я всё ещё считала, что лучшее место на диване принадлежит мне.

Просто теперь я позволяла Барсику думать, что это его идея.

Эпилог. Кто в доме хозяин

С тех пор прошло полгода.

Мы с Андреем по-прежнему живём в мире, хотя иногда диванные конфликты вспыхивают с новой силой. Особенно когда по телевизору начинается интересный фильм, а Барсик решает, что именно сейчас ему необходимо лечь прямо перед экраном.

Но теперь у нас есть правило: тот, кто первым занял своё место, имеет право на него претендовать, если только это не мешает другому человеку.

Барсик, естественно, в правилах не участвует.

Он считает их человеческой слабостью.

Иногда мне кажется, что кот прекрасно знает о нашем тайном союзе. Он помнит каждое лакомство, каждый взгляд и каждую попытку договориться с ним.

И, вероятно, давно ведёт собственные записи.

В его воображаемом блокноте наверняка есть такие пункты:

«Понедельник. Женщина попыталась занять моё место. Усыпил её бдительность мурлыканьем».

«Вторник. Мужчина принёс новую лежанку. Проигнорировал. Получил дополнительную курицу».

«Среда. Люди переставили мебель. Захватил новую территорию».

«Четверг. Они заключили мирный договор. Продолжаю наблюдение».

Недавно я вернулась домой после тяжёлого дня. Сняла обувь, переоделась, заварила чай и направилась в гостиную.

На диване сидел Андрей.

Рядом лежал Барсик.

Муж посмотрел на меня и улыбнулся.

— Твоё место свободно.

Я остановилась.

— Правда?

— Конечно.

Я села рядом, вытянула ноги и накрылась пледом.

Барсик немедленно поднялся, прошёлся по моим коленям и улёгся между нами.

— Вот видишь, — сказал Андрей. — Он наконец понял, что диван общий.

Я посмотрела на кота.

Кот посмотрел на меня.

Затем он медленно закрыл глаза и начал мурлыкать.

Я поправила плед, сделала глоток чая и улыбнулась.

Потому что теперь знала одну важную вещь.

В браке можно спорить о деньгах, ремонте, отпуске, выборе фильма и даже о том, кто должен мыть посуду.

Но настоящая проверка отношений начинается тогда, когда на диване остаётся единственное свободное место.

И если рядом с тобой живёт кот, который умеет смотреть в глаза с выражением невинного младенца, а через секунду занимать всю мебель, будь готова к тому, что семейная жизнь превратится в бесконечную комедию.

Что касается нашего союза, он официально распущен.

По крайней мере, с моей стороны.

Барсик об этом не знает.

Он по-прежнему получает лакомства, спит на диване и иногда устраивается у меня на коленях, когда Андрей пытается занять лучшее место.

А я каждый раз шепчу ему:

— Молодец, мой хороший. Ты знаешь, что делать.

И кот мурлычет в ответ.

Возможно, это благодарность.

Возможно, предупреждение.

А возможно, он просто ждёт ужина.

С котами никогда нельзя быть уверенной.

Но одно я знаю точно: если однажды вы увидите, как женщина тихо разговаривает со своим котом, поглядывая на мужа, который растянулся на диване, не спешите делать выводы.

Возможно, перед вами не просто домашний питомец.

Возможно, это опытный стратег, верный союзник и единственное существо в доме, способное восстановить справедливость без единого слова.

Хотя, если честно, справедливость у Барсика весьма специфическая.

Она пахнет курицей.

И всегда занимает лучшее место на диване.

Конец.