Как моя бабушка победила интернет, а интернет так и не узнал об этом
Бабушке Зинаиде Павловне было семьдесят четыре года, и она твёрдо верила в три вещи: что сквозняк убивает быстрее пули, что молодёжь ничего не ест, и что этот ваш интернет — просто телевизор, только хуже. До того дня, когда внук Костя принёс ей планшет, оставалось ровно три дня. После этого дня интернет уже не был прежним. Бабушка — тоже.
Костя был хорошим внуком. То есть он звонил на праздники, иногда приезжал с пустыми руками, но с виноватым видом, и искренне считал, что бабушке нужен планшет. Логика была простая: он сам не мог приезжать часто, мама переживала, что бабушка одна, а планшет — это и связь, и развлечение, и вообще прогресс. Что прогресс думает по поводу Зинаиды Павловны, Костя не спросил.
— Баб, смотри, — сказал он, торжественно выкладывая устройство на стол рядом с солонкой и газетой «Аргументы и факты». — Это планшет.
Зинаида Павловна посмотрела на планшет. Планшет смотрел на неё чёрным экраном. Это было похоже на переговоры двух держав, которые друг другу не доверяют.
— И зачем?
— Ну как — зачем! Тут всё есть. Рецепты, новости, музыка. Можем по видео разговаривать. Я буду тебя видеть, ты меня.
— Я тебя и так вижу. Вот ты, живой стоишь.
— Ну когда меня нет.
— Когда тебя нет, я не скучаю, — сказала бабушка с такой спокойной честностью, что Костя на секунду растерялся. — Шучу. Садись, я котлеты разогрею.
Планшет остался лежать на столе. Бабушка разогрела котлеты, нарезала хлеб, поставила чай. Костя объяснял, как включать, как нажимать, как листать. Бабушка слушала с видом человека, которому объясняют, как правильно дышать — то есть вежливо, но с ощущением, что до сих пор справлялась сама.
— Вот тут YouTube, — сказал Костя. — Там видео любые. Хочешь — кулинария, хочешь — природа.
— А «Санта-Барбару» там показывают?
— Бабуль, «Санта-Барбара» закончилась в девяносто шестом.
— Я знаю. Но я не досмотрела.
Костя уехал в воскресенье вечером, оставив бабушке планшет, написанную от руки инструкцию на четырёх листах и номер телефона «на случай если что». Зинаида Павловна проводила его, помахала в окно, закрыла форточку — сквозняк — и уставилась на планшет.
Планшет лежал и ждал.
— Ну, — сказала бабушка.
Она включила его строго по инструкции, палец — на кнопку сбоку, три секунды. Экран загорелся. Появилась картинка — красивая, горы и закат. Зинаида Павловна надела очки, потом вторые очки поверх первых и наклонилась ближе.
— Значит, вот ты какой, — сказала она.
Первые полчаса ушли на то, чтобы освоить листание. Это оказалось неожиданно приятным — экран двигался, как живой. Бабушка листала туда-сюда минут десять просто так, без цели, как будто мяла тесто. Потом нашла кнопку с микрофоном и, следуя инструкции Кости («можно говорить вслух, оно понимает»), сказала в планшет:
— Рецепт пирога с капустой.
Планшет подумал и выдал сто восемьдесят тысяч результатов.
Зинаида Павловна сняла очки, протёрла, снова надела.
— Это что же, сто восемьдесят тысяч пирогов?
Она открыла первый рецепт. Потом второй. Потом третий. В третьем было написано «веганский пирог с капустой без глютена и сахара на кокосовом масле», и бабушка издала звук, которым обычно реагировала на новости о ценах на картошку.
— Издеваются, — сказала она и закрыла рецепт.
Зато четвёртый был нормальный, почти как у неё, только с укропом в неправильном месте. Зинаида Павловна прочитала его внимательно, нашла ошибку и сказала экрану:
— Укроп кладут в конце, а не в начале. Запомни.
Планшет промолчал. Но бабушка была уверена, что запомнил.
На третий день она нашла YouTube.
Это случилось случайно: она нажала не туда, экран сменился, и вдруг заговорил мужчина в белом фартуке, который что-то жарил и говорил очень быстро и очень радостно, как будто жарить лук — это лучшее, что с ним случалось в жизни.
Зинаида Павловна посмотрела на него с подозрением.
— Чего кричишь, — сказала она.
Но досмотрела до конца.
Потом посмотрела ещё одно. Потом ещё. Через два часа она знала, как приготовить сувид (не захотела), тирамису (может быть), и узбекский плов от «настоящего узбекского повара, подписывайтесь». На последнего она подписалась, потому что он напомнил ей соседа Рашида, который давно уехал, но всегда угощал дыней.
— Хороший человек, — сказала бабушка экрану. — Готовит правильно.
К концу первой недели Зинаида Павловна смотрела YouTube по четыре часа в день. Её интересы расширялись стремительно и непредсказуемо. От кулинарии она перешла к садоводству, от садоводства — к документальным фильмам про животных, от животных — к видео про ремонт (смотрела с осуждением: «неправильно шпаклюют»), от ремонта — к новостям, от новостей — к каналу одной женщины по имени Людмила, которая каждый день рассказывала, что происходит в её жизни.
Людмила жила в Екатеринбурге, была пенсионерка, держала двух кошек и очень много говорила. Зинаиде Павловне она понравилась.
— Она как Нюра с пятого этажа, — объяснила бабушка коту, которого у неё не было, но которому она всё равно иногда что-то говорила вслух. — Только Нюра хотя бы в лифте останавливается.
Потом Костя позвонил по видеосвязи — по инструкции, которую он оставил, бабушка нажала нужную кнопку с первого раза — и обнаружил, что бабушка изменилась.
— Баб, ты как?
— Нормально. Костя, ты знаешь, что если кормить помидоры дрожжевым раствором, они растут в два раза быстрее?
— Э… нет.
— Я теперь знаю. И ещё: в Антарктиде живут пингвины трёх видов, которые друг с другом не разговаривают. Как некоторые соседи.
— Бабуль, ты смотришь YouTube?
— А что такого? Интересно. Вот этот Александр, который про ремонт — он всё делает неправильно, я ему написала.
Костя поперхнулся.
— Написала?
— Ну да, в комментарий. Там же можно. Я написала, что так стены не штукатурят и что он молодой, ещё научится. Он не ответил, но я думаю, прочитал.
— Баб…
— Что?
— Ничего. Молодец.
Комментарий Зинаиды Павловны под видео про штукатурку гласил: «молодой человек вы делаете неправильно так стены не штукатурят надо сначала грунтовать и ждать я делала сама в 1987 году всё держится до сих пор желаю успехов в вашем деле Зинаида Павловна г Саратов». Знаков препинания не было вообще — бабушка сочла их излишеством.
Комментарий собрал сорок два лайка.
Кто-то написал в ответ: «Зинаида Павловна, вы легенда».
Бабушка не поняла слово «легенда» в этом контексте, но на всякий случай ответила: «спасибо и вам здоровья».
Это получило ещё двадцать лайков.
Через две недели Зинаида Павловна была завсегдатаем комментариев на пяти каналах. Везде её знали. На канале про садоводство её советы цитировали. На канале Людмилы из Екатеринбурга они даже познакомились лично — то есть написали друг другу, обменялись рецептами и договорились, что если Людмила окажется в Саратове, зайдёт на чай. Людмила написала, что вряд ли окажется, но всё равно приятно.
На канале про животных бабушка вступила в спор.
Спор был про ежей. Один пользователь с именем KilerXXX написал, что ежей можно кормить молоком. Зинаида Павловна знала, что это неправда — она читала об этом в журнале «Юный натуралист» в 1978 году. Она написала KilerXXX подробное опровержение, снова без знаков препинания, но с полным набором аргументов.
KilerXXX ответил: «старая иди лесом».
Зинаида Павловна перечитала это дважды. Потом написала: «молодой человек я в лес хожу каждое лето за грибами и очень его люблю но ежей молоком всё равно кормить нельзя это научный факт желаю вам образования Зинаида Павловна».
Под этим комментарием поставили лайки сто восемнадцать человек. KilerXXX исчез.
— Интернет — это как коммунальная квартира, — сообщила бабушка Косте при следующем звонке. — Всякие живут. Но можно договориться.
В конце третьей недели произошло событие, которое Костя потом называл «бабушкин прорыв».
Зинаида Павловна случайно попала в раздел «Shorts» — короткие вертикальные видео, которые сменяют друг друга с головокружительной скоростью. Первые пять минут она смотрела с выражением человека, который едет в лифте слишком быстро. Потом начала листать сама. Котята. Рецепт за тридцать секунд. Мужчина падает с велосипеда. Снова котята. Закат. Девушка танцует. Что-то непонятное с едой. Котята.
— Много котят, — сказала бабушка.
Но ей понравилось.
Через час она нашла видео, которое изменило всё. Это была девочка лет двенадцати, которая учила бабушек делать короткие видео и говорила: «это очень просто, нужна только камера и что-нибудь интересное». Зинаида Павловна посмотрела внимательно. Потом посмотрела на планшет. Потом на кухню.
У неё было интересное.
Первое видео называлось — вернее, никак не называлось, потому что бабушка не знала, что нужно придумывать название. Оно было сорок секунд: Зинаида Павловна молча показывала, как правильно чистить картошку, чтобы кожура была тонкая. В конце она посмотрела в камеру и сказала: «Вот так. Некоторые режут толсто, это расточительство.»
Она загрузила его в половине одиннадцатого вечера, потому что долго разбиралась с кнопкой. Потом выключила планшет и пошла спать.
Утром у видео было три тысячи просмотров.
Зинаида Павловна решила, что это, наверное, нормально. Она не знала, нормально это или нет. На всякий случай сделала второе видео — про то, как правильно варить борщ, восемнадцать минут, подробно, со всеми комментариями. В конце сказала: «Кто кладёт в борщ фасоль — это отдельный борщ, не надо путать».
Двести тысяч просмотров за три дня.
Костя узнал от мамы, которая узнала от соседки, которая увидела репост в WhatsApp. Он позвонил немедленно.
— Баб, ты… у тебя канал на YouTube?
— Ну да. Я там про готовку рассказываю. И немного про жизнь.
— У тебя двести тысяч просмотров!
— Это много?
— Это очень много!
— Значит, люди интересуются, — сказала бабушка спокойно. — Нормально готовить не все умеют. Я помогаю.
Канал «Зинаида Павловна готовит и говорит» к концу первого месяца имел тридцать тысяч подписчиков. Бабушка выкладывала видео каждые два дня. Рецепты, советы, рассуждения о жизни. Однажды сняла видео просто о том, как надо правильно хранить зимние вещи. Восемьдесят тысяч просмотров.
Потом кто-то написал в комментариях, что она должна монетизировать канал. Бабушка не знала, что это такое, позвонила Косте, Костя объяснил. Зинаида Павловна подумала и сказала:
— Деньги за то, что я рассказываю, как варить борщ?
— Ну да.
— Это же просто борщ.
— Баб, люди платят за простое. Им сложного и так хватает.
— Логика странная, — сказала бабушка. — Но ладно.
Первую выплату она получила через месяц. Позвонила Косте в восемь утра:
— Костя, мне прислали деньги.
— Поздравляю!
— На что их тратят?
— На что хочешь. Ты заработала.
— Я заработала за то, что чистила картошку и рассказывала про ежей?
— Ну, в общем — да.
Зинаида Павловна помолчала.
— Странный мир, — сказала она. — Но приятный.
На деньги она купила новый ковёр в прихожую, потому что старый давно пора было менять, и отложила остальное «на случай чего». Потом сняла видео про то, как выбирать ковёр на рынке, чтобы не обманули. Сто десять тысяч просмотров.
Костя к тому времени уже немного устал объяснять коллегам, что да, это его бабушка, и нет, он её не учил, она сама, и вообще он тут вообще ни при чём.
В последнем видео месяца Зинаида Павловна сидела на кухне, за спиной висел календарь с видом Волги, на столе стоял чай, и она рассуждала о жизни. Не о рецептах — просто так. О том, что раньше всё было по-другому, но не обязательно лучше. О том, что молодёжь нервная, потому что торопится, а торопиться особо некуда. О том, что интернет — это, конечно, шум, но в шуме иногда слышно что-то важное, если слушать внимательно.
— Я думала, планшет — это ерунда, — сказала она в камеру в конце. — Оказывается, нет. Там люди. Много людей. Всякие, конечно. Но в основном — ничего.
Она немного помолчала.
— Костя, если смотришь — приезжай. Я борщ сварю. Настоящий, не для видео.
Под этим видео было четыреста тысяч просмотров и две тысячи комментариев. Большинство писали примерно одно и то же: что у них тоже есть такая бабушка, или была, или они хотели бы, чтобы была.
Зинаида Павловна прочитала комментарии. Все. Это заняло три часа. Потом она закрыла планшет, поставила чайник и посмотрела в окно на майский двор, где бегали чужие внуки и лаяла чья-то собака.
— Ничего, — сказала она негромко, неизвестно кому. — Всё нормально.
Костя приехал в следующую пятницу. С пустыми руками, но с виноватым видом — как всегда. Бабушка открыла дверь раньше, чем он позвонил: услышала шаги.
— Борщ на плите, — сказала она. — Руки мой.
— Баб, ты звезда интернета.
— Я Зинаида Павловна, — поправила она. — Иди мой руки.
Они ели борщ. За окном был тёплый вечер. Планшет лежал на подоконнике, экраном вниз — на время ужина бабушка его переворачивала, потому что во время еды отвлекаться не принято.
Интернет подождёт.
Борщ — нет.
